Теория пламени - С. Ф. Э. Блэк

— Спустился в подвал почитать? — спросила я, глядя на свёрток.

Он ещё дальше спрятал его за спину.

— А, понятно. Хочешь держать в тайне, что умеешь читать.

— Эй, девочка с лопатой, ты забыла, что я знаю твой секрет.

Каждая мышца в моём теле напряглась.

Он усмехнулся.

— Племянница Фэйрфакса. Хорошая попытка.

Мои губы на мгновение сжались. Он знал, что я не племянница Фэйрфакса, ладно. Это было лучше, чем если бы он знал правду о Мифе. Но мне всё равно нужно было попытаться сыграть свою роль.

— Это ты пустил тот слух обо мне? Ты куда умнее, чем о тебе думают.

Тихий смешок сорвался с его губ, когда он начал отступать, аккуратно пряча свёрток за спиной.

— Иди спать, Миро. Ты выглядишь уставшей.

Это было странно.

Он явно не хотел, чтобы за ним шли, поэтому, разумеется, я пошла за ним.

Но к тому моменту, как я дошла до угла, за которым он исчез, его нигде не было. Здесь не было дверей, но он не мог так быстро пройти весь коридор. Он просто исчез. В конце коридора узкая лестница вела обратно на верхние этажи. Мои шаги глухо отдавались по старому дереву, пока я поднималась, вторя биению моего сердца. Мне нужно было узнать, в порядке ли Миф. Блуждание по школе не помогало. Я могла отправить телеграмму Фэйрфаксу, он ответит быстро, я надеялась.

За следующим поворотом я чуть не столкнулась с Ваньей.

— Вот ты где! Тебя не было в комнате, и я начала беспокоиться.

— Прости. — Я не знала, что ещё сказать. — Я хотела отправить телеграмму.

Теперь мне придётся выбраться утром и отправить её тайком.

— Ты выглядела расстроенной из-за дикого дракона. Теперь мы в безопасности, Ари. Его больше нет.

От этих слов мне стало ещё хуже.

— Они… они сказали что-нибудь ещё о нём?

— Это был не он, а она.

Моё лицо просияло.

— О.

Слово дрогнуло на губах. Мне хотелось опуститься прямо на пол и расплакаться от облегчения, но я подавила это чувство, стараясь придать ему вид обычного любопытства.

— Я видела, как Ковингтон там крался. Он почти признался, что это он распустил слух обо мне.

Ванья покачала головой, и мы вместе направились обратно в общую комнату.

— Только неуверенные в себе люди распускают слухи о других, — сказала она. — Если сын герцога, у которого самые большие шансы выиграть студенческую гонку в этом году, настолько неуверен, то он ещё меньше стоит твоего времени, чем все остальные.

Мы шли по коридорам, взявшись под руки, и мой разум, хотя и успокоенный насчёт Мифа, зацепился за её слова о том, что у Ковингтона лучшие шансы на победу в гонке в этом году. Если я собиралась выполнить свою часть сделки с Фэйрфаксом, мне нужно было выяснить, как именно он собирается победить.

Остаток недели мы изучали то, что Брайс называл основами. Мы учились правильно седлать дракона, по очереди работая с драконом Брайса или профессора Индиго. Мы учились тщательно чистить кожаное седло, и однажды днём, натирая одно из них, я могла думать только о том, как впервые заберусь в седло.

— Ты сказала, что никогда не ездила, да?

Я резко подняла голову от седла, которое смазывала маслом. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что Кларенс обращается ко мне. Он стоял рядом, довольно небрежно наливая масло на кожу и размазывая его. Нам выдали седла, принадлежащие старшекурсникам, и Брайс сообщил, что владельцы получат отчёт о том, кто чистил их седло. Мне досталось седло Шепа, что было куда лучше, чем чистить седло Лютера, но я всё равно чувствовала давление сделать всё как следует.

— Не ездила, — призналась я, возвращаясь к работе.

— Ну, мой отец тоже никогда не позволял мне ездить, пока я не связался с Тео.

Я оглянулась через плечо.

— Это имя твоего дракона?

— Да. А твоего?

— Миф, — сказала я, не в силах сдержать улыбку. Было приятно, когда меня спрашивали, как зовут моего дракона.

— О, мне нравится. — Он слегка улыбнулся. — Как будто они когда-то были мифическими существами и всё такое.

Этот комплимент был приятен, даже если он неправильно понял, почему я выбрала имя Миф. Слова Кларенса вселили во меня небольшую надежду: возможно, я не единственная, кто совсем неопытен в седле. Возможно, не все эти богатые семьи баловали своих детей.

Я закончила чистить седло и наклонилась, чтобы поднять его, как показывал Брайс. Ремней было много, сами седла были огромными и тяжёлыми в обращении из-за жёсткого каркаса из драконьей чешуи под кожаным сиденьем. В большинстве знатных семей этим занимались конюхи, но Брайс ясно дал понять, что здесь мы будем носить свои седла сами. Размер и расположение шипов у каждого дракона были уникальны, поэтому индивидуальные седла были обязательны для езды. К счастью, Фэйрфакс заказал одно, как только снял мерки с Мифа. Он заверил меня, что седло будет готово к тому времени, как Миф прибудет в Кардан Лотт.

Я никогда раньше не поднимала драконье седло, но месяц с лопатой и полными тачками сделал мои руки сильнее. Я заправила все ремни и закинула седло на плечо.

В нескольких шагах от меня Кларенс уронил своё седло, не донеся его до логова своего дракона.

Когда Прескотт рассмеялся, я бросилась к Кларенсу, готовая помочь ему поднять тяжёлое седло, но Брайс погрозил мне пальцем.

— Нет-нет, Миро. Здесь каждый несёт свой груз сам.

Точно. Я продолжила идти к комнате с упряжью Дома Рубин. Брайс показывал, что переноска седла на плече снимает большую часть нагрузки с рук, но закинуть его и удержать было непросто, если какие-то ремни болтались.

Мне пришлось остановиться и поправить ремень, который соскользнул, пока я шла. Когда я снова закинула седло на плечо, мимо прошёл Прескотт, его седло лежало на плече так легко, будто это был всего лишь маленький кот, устроившийся у его массивной шеи.

— Святые, Миро, — сказал он, отступая в сторону, когда седло задело его бок.

— Прости, — сказала я, пошатываясь под тяжестью.

Но, уходя, он обернулся и крикнул Кларенсу:

— Если тебе нужна помощь, Миро у нас вьючная лошадь.

Это было одновременно и комплиментом, и оскорблением, и я не знала, стоит ли мне улыбнуться или нахмуриться. Кларенс же, тащивший своё седло совершенно неправильно, волоча его по земле, поднял на меня восхищённый взгляд, когда я проходила мимо.

— Покажи, как ты это делаешь, — сказал он.

Поражённая его простотой, я едва не уронила своё седло.

— Хорошо, дай мне минуту.