Принцы фейри - Никки Сент Кроу

— Ебать, да, я, — говорит он.

— Вейн трахает мой рот.

Повязку стягивают с глаз.

Баш ухмыляется снизу, целиком утопая во мне.

Вейн хватает прядь моих волос и заставляет подняться к нему.

— Такая послушная маленькая шлюшка, Уин, — говорит он. — А теперь дай мне выебать этот милый ротик, пока я не залью тебе всё горло.

Я шумно, возбуждённо втягиваю воздух, когда его губы снова встречаются с моими.

Пэн и Баш находят общий ритм, трахают меня вместе, пока Вейн ебёт мой рот.

— Кас, — говорит Пэн, — заставь её кончать снова и снова, пока у неё ноги не затрясутся.

Усики лиан обвиваются вокруг моих бёдер, затем скользят к моей киске, мягкие кончики дразнят набухший бутон.

Кас рядом со мной, творит свою фейскую магию, флакон со смазкой в руке. Он капает несколько капель мне на грудь, и смазка закручивается вокруг сосков, вырывая из глубины груди стон. Ещё несколько капель падают на живот, и Кас проводит ими вниз, скользя пальцами по моему клитору.

Я снова стону, и Вейн шипит, начиная трахать мой рот сильнее, жёстче, пока не кончает мне на язык, заполняя рот невероятно щедрой порцией спермы. Столько, что она стекает изо рта и вниз по подбородку.

Пальцы Каса присоединяются к лианам, поглаживая мой жадный бутон там, где я истекаю своей влагой, смешанной со смазкой.

Даже если бы я пыталась держаться, у меня бы не вышло.

Оргазм накрывает меня, как штормовой ветер. Меня дёргает, верёвки скрипят, и Вейн тянет меня за волосы, удерживая, плотно набив собой.

— Она сжимает мой член, как тисками, — говорит Баш. — Чёрт, Дарлинг.

Связанное тело хочет свернуться, прожить оргазм клубком, но меня заставляют оставаться открытой, принимать удовольствие, не прячась.

Когда Вейн выскальзывает, Баш подбрасывает меня на своём члене, и сперма Вейна расползается по моему подбородку.

Я привязана к столбам, но, блядь, лечу, будто вышла из собственного тела.

— Ещё, — приказывает Пэн, и Кас даёт лианам разгуляться, ни на секунду не оставляя мой клитор без внимания. Я настолько перевозбуждена, что нервы горят, и наслаждение переплетается с болью.

Пэн наклоняет меня вперёд, чтобы войти глубже в мою задницу, его ладони на моих бёдрах, он вдавливает меня на себя.

За плотно закрытыми веками пляшут белые звёзды. Каждый нерв искрит. Каждая мышца дрожит от наслаждения.

Мой клитор пульсирует, пока новая волна неумолимо поднимается.

— Кончи для меня, Дарлинг, — говорит Пэн. — Кончи, пока я заполняю твою задницу.

Его слов достаточно, чтобы волна накрыла меня.

Я вскрикиваю, и Пэн вталкивается вперёд, рыча мне в спину, когда выпускает свою сперму глубоко внутри меня.

Я сжимаюсь, задыхаясь сквозь удовольствие и боль, пытаясь вернуться в своё тело. Не хочу пропустить ни секунды.

Я тяжело дышу, потею, полная спермы, пока Пэн двигается во мне в последний раз, его тело нависает над моим.

— Это было охуенно, — говорит Баш подо мной.

Пэн отступает, пошатываясь.

— Развяжите её.

Я повисаю на верёвках, пока Баш и Кас распутывают узлы. Это Вейн подхватывает меня и поднимает на руки, прижимая к груди.

— Ты чертовски прекрасна, когда тебя трахают, Уин, — говорит он, и его голос гудит во мне.

Он несёт меня вверх и укладывает на большую кровать, которая занимает самую верхнюю площадку.

Баш поднимается следом через несколько секунд с тёплой влажной тряпкой.

— Раздвинь ножки, Дарлинг, — говорит он и бережно вытирает меня.

За ним поднимается Кас со стаканом прохладной воды и уговаривает меня всё допить.

Последним идёт Питер Пэн с огромной футболкой в руках. Похоже, её наполовину выжгло солнце, но она пахнет им, солнечным светом и звёздной пылью одновременно.

— Руки вверх, — говорит он, и я не спорю. Он натягивает на меня футболку и поправляет её на моём теле, так что лишняя ткань собирается вокруг бёдер.

Возможно, нам предстоит столкнуться с худшим врагом, но всё это отступает на задний план, когда они здесь, сейчас, нянчат меня после того, как выебали до потери чувств.

Баш взбивает подушки и откидывает одеяло.

Пэн забирается в кровать первым, потом подтягивает меня к себе, и я сворачиваюсь у него под боком. Следом ложится Баш, устраивая мои ноги у себя на коленях и укутывая меня одеялом. Вейн и Кас устраиваются с другой стороны кровати, облокотившись на подушки. Они делят сигарету и стакан с чем-то тёмным.

Я расплываюсь от удовлетворения, тело измотано, но расслаблено.

— Устала, Дарлинг? — спрашивает Пэн у меня за спиной. Его пальцы рассеянно перебирают мои волосы, и от этого по коже по голове пробегает приятная щекотка.

— Может, чуть-чуть, — говорю я и тут же зеваю.

Вейн смотрит на меня сквозь ленту дыма, затягивается длинно и глубоко, потом протягивает сигарету Касу:

— Поспи, Уин.

— Не уходите от меня, — прошу я их.

— Конечно нет, — отвечает Баш, разминая уставшую плоть моих икр.

Очень скоро я отрубаюсь.

Я просыпаюсь с пересохшим горлом и мочевым пузырём, который орёт благим матом. Мальчики спутались вокруг меня, спят крепко, но мне каким-то образом удаётся выскользнуть из-под них и выбраться из кровати, никого не разбудив. Спустившись по лестнице, по верёвочному мостику, перейдя площадки, я добираюсь до пола, а потом и спускаюсь из башни.

Зевая, всё ещё сонная, плетусь в свою ванную. Когда заканчиваю, натягиваю штаны и поправляю волосы. Выгляжу так, будто меня отымели четверо мужчин, это точно.

— Теперь воды, — бормочу себе под нос и тру глаза, когда вхожу на кухню. Резко замираю.

На кухне стоит Динь-Динь, тёмное небо за её спиной обрамлено дверями на балконе.

— Привет, Уинни, — говорит она.

Тень шевелится у меня внутри, и я знаю, что глаза становятся чёрными.

— В этом нет нужды, — говорит Динь-Динь. — Я просто хотела поговорить.

— Не верю. И меня немного оскорбляет, что ты вообще подумала, будто я поверю.

Она смеётся, и трудно не поддаться ложному ощущению безопасности, слушая этот успокаивающий перезвон. Выглядит она невинно, звучит невинно, но в ней нет ничего невинного.

Ещё до того, как её воскресили со дна могущественной, иногда прихотливой лагуны, она была хитрой. Она убила мою прародительницу, и одно это решение запустило весь этот путь, который привёл нас сюда, в этот самый момент.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю я её.

— Хочу вернуться к ощущению нормальности.

— Ты не получишь Питера Пэна обратно, — боже, я звучала как собственница, но за слова не извинюсь.

Динь-Динь обходит кухонный остров, и я следую за её движением, сохраняя остров между нами.

— Знаешь, что мне кажется немного