Все дело в кузнеце - Кристина Шефер

Вот и верь после этого нимфам. У всего своё тайное дно. А то и не одно.

— Я не знала этого условия.

— Хм. Ещё бы ты знала.

— Темнейший тоже видит все это во мне?

— Он видит лучше любого из нас. Такой у него дар. Редкий даже среди нашего народа. Острое зрение, способность подмечать мельчайшие детали, — Она усмехнулась. — Я бы не приняла тебя, если бы он не попросил. А уж что побудило его это сделать — одним богам ведомо. Но он был прав. Сейчас, когда я подошла ближе, и сама вижу. Ты занятная. Совсем не скучная!

К этому моменту она обогнула стол и приблизилась ко мне почти вплотную. Взгляд её скользил где-то поверх меня, сосредоточенный, изучающий.

— Что…? — испугалась я новых откровений, но она перебила.

— Помолчи. Дай рассмотреть.

Я послушно замолчала. Она медленно обошла меня, наклонялась, прищуривалась, поворачивала меня то влево, то вправо. Несколько долгих минут я стояла, позволяя ей как следует разглядеть себя.

Продлилось это несколько минут. Она отпрянула только тогда, когда в шатёр вернулся Титус с подносом, уставленным едой. Тут же стало ясно: день клонился к вечеру, а я сегодня только завтракала. Жадный взгляд сам собой потянулся к блюдам.

— Пойдем поедим, — распорядилась Светлейшая.

Мы втроём сели за стол, с которого она смахнула в сторону часть бумаг. На подносе оказалось мясное рагу с овощами, фрукты, вино и свежая буханка хлеба. Это было лучшее рагу в моей жизни.

Неописуемо вкусное. Если бы не страх показаться невоспитанной, я бы, пожалуй, облизала тарелку.

Когда мы закончили трапезу, дервайнцы налили себе вина, а мне подлили ароматный чайный сбор. Только тогда они вернулись к разговору.

— Ты был прав, — произнесла нимфа, лениво покачивая бокал.

— Ты тоже заметила?

— Да. И это очень нехорошо. Надо бы разобраться, как так вышло.

— А девочку спрашивала?

— На ней стоит магический запрет. Она не может ничего рассказать.

— Но может ведь ответить да или нет. Так? — подал голос Титус, повернувшись ко мне. Я напряглась.

— Что не так? Вы о моей ауре нимфы?

— Это странно, но не это нас сейчас тревожит, —ответила Светлейшая. — Кроме ауры нимфы у тебя в ауру вплетены неестественные, неправильные, покореженные темные сгустки. Никогда такого не видела. Как-будто ты неизлечимо больна. Но я проверила, ты абсолютно здорова. И это для человека. Таких не магических существ вообще не бывает.

— И чем это мне грозит?

— Пока не знаю, — Она пожала плечами. — Но Титус считает, что это со временем рассосётся. И, к счастью, в тебе этого немного. Я склонна ему верить в подобных вопросах.

— Значит, все вернётся, как было?

— Как было — не вернётся никогда, — тихо сказала она, и на мгновение в её голосе прозвучала грусть.

— Скажи, — заговорил Титус, — над тобой проводились ритуалы? Может быть, какие—то опыты? Зелья, магические воздействия?

— А ты уверен, что это не один, но мощный ритуал? — вмешалась нимфа, бросив на него внимательный взгляд.

— Уверен. Нельзя достичь такого за один ритуал. Да и нужно стабилизировать его влияние, а это лучше всего достичь зельями, — уверенно произнёс он, отпив чай и снова посмотрев на меня. — Итак?

— Я не уверена, что смогу ответить даже «да» или «нет». Раньше не могла.

— Тот, кто всё это с тобой сделал, жив?

— Нет, но договор был ещё и на его сына.

— Хм… давай попробуем. Зависит от силы мага, что накладывал обязательство, и от формулировки. Вполне может быть, что теперь хотя бы односложно ты сможешь отвечать.

— Хорошо.

— Повторюсь, над тобой проводились различные эксперименты?

— Да, — ответила я тихо. Стыдно было до дрожи. Хотя я ничего не могла изменить. Да, я участвовала. Добровольно-принудительно. Но всё равно чувствовала себя так, будто это я сама всё устроила.

— Их было больше десяти?

— Да.

— Больше пятидесяти?

— Не знаю.

Он на секунду задумался и задал вопрос по-другому:

— Это происходило несколько лет?

— Да.

— Перерывы между ритуалами были?

— Да.

— Длинные?

— Эм…

— Несколько месяцев?

— Редко.

— Ясно, — кивнул он и перевёл взгляд на нимфу. Та посуровела, хотя шатёр по-прежнему оставался залит мягким светом.

— Ты все поняла? — спросил он.

— Да. Поняла. Надо выяснить, где именно это происходило, и разобраться в деталях.

— Подождите. Допустим, вы всё узнаете… А что будет со мной? — тихо спросила я.

— Это будет зависеть от твоих ответов. И от обстоятельств. Но уже сейчас могу сказать: в свете всего, что мы выяснили, мы тебя тут не оставим.

Я уже была готова радостно благодарить, но нимфа добавила:

— Подожди. Помогать бесплатно тебе никто не собирается. За всё полагается плата. Это не жадность, это уважение. Плата должна быть достойной.

— Что вы хотите? — спросила я и потянулась к корзинке.

— Мне не нужны твои деньги, — ответила она, задумалась на мгновение — Дай время подумать. Не переживай. Мы позаботимся о тебе.

«Угу. Прикопать за кустом это тоже забота». — подумала я.

Видимо, слишком выразительно подумала, потому что нимфа усмехнулась и добавила:

— Никто тебя убивать не собирается. Мы не воюем с детьми.

На этом я немного успокоилась.

Далее всё тем же методом коротких вопросов и односложных ответов они выяснили почти всё: кто это был, где его искать, как добраться и прочие общие детали.

А закончилось всё тем, что нимфа, чьё имя я до сих пор так и не услышала, внезапно выдвинула идею.

— Титус, позови мне Арима. Я буду шалить! — произнесла она с придыханием и… какой-то, я бы сказала, кровавой улыбкой. Вот зуб даю, именно с таким выражением лица и убивают — почти сумасшедшим, азартным, с блеском в глазах и по уши в крови. У меня аж мурашки побежали.

— Обожаю, когда вы шалите. — засветился Титус. Порывисто наклонился, поцеловал ей руку и буквально выпорхнул из шатра. Весь этот путь он проделал с выражением лица полного удовлетворения.

— А как насчет меня? — вернулась я к волнующему меня вопросу. За этот час они выяснили про меня все, что только могли, а вот я ничего.