Непорочная невеста Лорда Тьмы - Таня Акентьева

А когда он затих, то прошептал:

— Я думал, что потерял тебя. Когда я почувствовал твой страх через кольцо… такой сильный, такой отчаянный… я думал, что сойду с ума. Я бросил всё, собрал Тьму и пошёл по следу. Я был готов разорвать Эштона на куски. Я хотел этого. Хотел почувствовать его кровь на своих руках.

Дариус поднял голову и посмотрел на меня. Его глаза были красными от слёз, но взгляд ясным.

— И я почти сделал это, Элис. Если бы не ты… если бы не твой голос, твои слова… я бы убил его. Я бы стал тем, кем меня считают. Монстром.

— Но ты не стал, — я погладила его по щеке, стирая остатки слёз. — Ты остановился. Ты выбрал не убивать, а изгнать. Это был твой выбор, Дариус. Не мой. Твой. Ты доказал, что сильнее Тьмы. Что ты человек, а не монстр.

— Ты правда так думаешь?

— Я знаю это, — я улыбнулась. — Я знаю тебя, Дариус. Не того, кем тебя считают, а настоящего. Того, кто отказывается убивать, даже когда это самый простой путь. Того, кто несёт своё проклятие в одиночку, чтобы не причинять боль другим. Того, кто плачет от облегчения, когда его жена оказывается жива. Это и есть настоящий ты.

Дариус долго смотрел на меня, и постепенно его лицо смягчалось, морщины боли разглаживались, а в глазах загоралось что-то новое. Что-то похожее на покой.

— Я люблю тебя, Элис, — сказал он, и в его голосе не было ни тени сомнения. — Я не знаю, заслуживаю ли я тебя. Наверное, нет. Но я люблю тебя так сильно, что это пугает меня больше, чем Тьма. Ты — мой свет. Моя надежда. Моя жизнь.

— И ты — моя, — я прижалась лбом к его лбу. — Моя Тьма. Моя защита. Моя любовь.

Мы сидели, касаясь друг друга лбами, и дышали в унисон. В комнате было тихо, только угли в камине потрескивали, догорая. И в этой тишине я чувствовала, как между нами что-то меняется. Словно последние стены, которые он воздвиг вокруг себя за долгие годы одиночества, наконец рухнули. Дариус больше не прятался. Не защищался. Он был передо мной — настоящий, уязвимый, живой.

— Завтра — солнцестояние, — прошептал он. — Ритуал. Ты всё ещё готова?

— Готова, — ответила я без колебаний. — С тобой готова ко всему.

Дариус поцеловал меня.

В этом поцелуе была и нежность. И обещание.

Обещание, что завтра, что бы ни случилось, мы будем вместе.

А затем он уложил меня на подушки, укрыл одеялом и лёг рядом, обнимая.

— Спи, — прошептал он. — Я буду рядом. Всю ночь.

— Ты тоже спи, — пробормотала я, проваливаясь в дрёму. — Тебе нужны силы.

— Я попробую, — услышала я его тихий ответ. — Ради тебя.

И я уснула, чувствуя его руку на своей талии и его дыхание на своей щеке…

Утро пришло серое и тихое. Свет едва пробивался сквозь тяжёлые портьеры, и в комнате царил полумрак. Я проснулась первой — редкое событие. Обычно Дариус вставал раньше и уже сидел за столом с бумагами или уходил по делам. Но сегодня он всё ещё спал рядом, и его лицо было спокойным, как у ребёнка.

Я лежала, боясь пошевелиться, и смотрела на него. На тёмные ресницы, слегка подрагивающие во сне. На высокие скулы, на которых залегли тени усталости. На губы, чуть приоткрытые, словно он хотел что-то сказать.

Мой муж был очень красив.

Я вспомнила о том, какой путь мы прошли.

От страха и недоверия — к пониманию и любви.

От одиночества — к единству.

От отчаяния — к надежде.

И сегодня ночью всё решится. Либо мы победим проклятие и станем свободными, либо погибнем вместе. Но даже если второе… я не жалела. Ни о чём.

Дариус пошевелился и открыл глаза. Несколько мгновений мужчина смотрел в потолок, затем перевёл взгляд на меня.

— Доброе утро, — прошептал он.

— Доброе, — я погладила его по щеке. — Как спалось?

— Хорошо, — Дариус прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновением. — Впервые за много лет хорошо. Без кошмаров. Без Тьмы. Просто спал и видел тебя во сне.

— И что я делала во сне?

— Улыбалась, — он снова открыл глаза. — Просто стояла и улыбалась. И этого было достаточно, чтобы я чувствовал себя счастливым.

Я наклонилась и поцеловала его. Дариус ответил, и несколько минут мы просто лежали, целуясь, как обычные влюблённые, у которых впереди целая жизнь. А не как двое проклятых, которым через несколько часов предстоит встретиться лицом к лицу с Тьмой.

А когда Дариус отстранился, то серьёзно посмотрел на меня.

— Сегодня важный день. Ты помнишь всё, чему я тебя учил?

— Помню, — я кивнула. — Принять Тьму, не сопротивляться ей и довериться тебе. Позволить ей войти и стать частью меня.

— И главное — не бояться, — добавил он. — Страх — это то, чем Тьма питается. Если ты испугаешься, она почувствует слабость и попытается поглотить тебя. Но если ты примешь её с любовью и доверием, она ответит тем же.

— Я не боюсь, — ответила я, и это была чистая правда. — Я боюсь только одного… потерять тебя.

— Не потеряешь. Мы пройдём через это вместе. И выйдем с другой стороны. Оба.

Мы встали, оделись, позавтракали в малой столовой. Дариус был спокоен и сосредоточен, я тоже. Странно, но вместо страха я чувствовала какое-то возбуждение. Предвкушение. Словно перед прыжком в неизвестность, когда знаешь, что внизу вода, а не камни.

День тянулся медленно. Мы проверяли руны в западной башне, готовили свечи, повторяли последовательность ритуала. Дариус рассказывал мне о том, что я почувствую, когда Тьма начнёт входить в меня — холод, давление, возможно, боль. Но если я не испугаюсь, боль быстро пройдёт, сменившись теплом и силой.

Я слушала, запоминала, задавала вопросы. И с каждым часом чувствовала, как наша связь крепнет. Кольцо на пальце пульсировало в такт его сердцу, и я уже не могла представить жизни без этого ощущения.

Вечером, когда солнце начало клониться к закату, мы вышли на балкон западной башни, тот самый, с которого когда-то бросилась Аннабель. Я смотрела на море, на серые волны, разбивающиеся о скалы,