Пара - Эли Хейзелвуд

— Лет сорок назад. Может, чуть меньше.

— Почему?

— Разногласия между бывшим альфой и Советом. Отдельные гнёзда ушли и стали управлять собой сами. Центр остался под контролем альфы. Пять гнёзд составляли примерно половину населения, довольно ровное деление.

— И что, между ними шла война?

— Что? Нет, конечно! — она смеётся хрипло, сбивчиво. — Мы всегда поддерживали контакт. Я родилась в гнезде Лунного Кратера, но когда мне было лет пять, мать работала в Центральном Секторе. Мы с Коэном учились читать в одной школе.

— И что случилось потом? Почему они снова объединились?

— Нас попыталась уничтожить группа изгоев. Сила Северо-Западной стаи в её единстве.

Я, похоже, слишком увлеклась разговором, потому что в следующую секунду Бренне удаётся высвободиться. Мы обе подскакиваем, и всё превращается в вихрь ударов и пинков. Она пытается прижать меня к углу, но я ухожу вбок. Бью локтем, целясь ей в колено, но теперь она меня не недооценивает и это обидно.

— Это были люди? — спрашиваю я, уворачиваясь. — Та самая угроза?

— А кто же ещё? — рычит она, пытаясь сбить меня с ног, зацепив своей ногой. Мы обе теряем равновесие, сцепляемся, падаем и снова поднимаемся. — Вас, людей, чертовски много. Неудивительно, что вы лезете всюду, куда только можно.

Я отступаю, выравниваю дыхание, снова принимаю боевую стойку. Под кожей уже пульсирует боль, синяки распускаются, как тёмные цветы.

— И как Коэн смог всех объединить?

— Он навёл порядок, — отвечает она, двигаясь вперёд. — Дал обещания. Принял кучу вызовов и выиграл каждый.

Она бросается на меня с ударом в корпус, но я встречаю его серией коротких ударов в грудь.

— За считаные часы я потеряла родителей и новорождённую сестру. Думаешь, после этого меня хоть чуть волновало, кто с кем не поделил власть?

Её удары становятся всё яростнее, и я больше не успеваю блокировать. Она делает рывок, врезается плечом в мой живот и я снова оказываюсь на полу.

— Чёрт! — выдыхаю я, извиваясь, пытаясь вырваться, но она наваливается всем телом.

— Худшее во всём этом… — мы обе тяжело дышим. Её взгляд пронзает меня, когда она пытается зафиксировать мой локоть. — Худшее, чего я бы ему никогда не пожелала…

— Что? — выдавливаю я.

— Тебя.

Моё сердце сжимается, хотя в её голосе нет ни злости, ни презрения. Думаю, ей просто жаль. Ей жаль Коэна, потому что ему досталась я. И мне почти хочется спросить её, почему. Почему я, такое чудесное сочетание всего, что может пойти не так, не подхожу? Выбор огромен. Может, потому что я гибрид? Не настоящая оборотница? Потому что за мою голову назначена награда? Потому что я выросла среди вампиров? Без работы?

Я фыркаю, и с моих губ срывается короткий смешок. Если честно, всё это уже даже забавно. Я и правда идеальный антипод для альфы. Но Бренна выглядит совсем не развеселённой.

— Я не хочу быть несправедливой, — говорит она ровно. — У тебя была тяжёлая жизнь. Но, Серена, я искренне надеюсь, что ты скоро исчезнешь. Ценю, что ты хочешь защитить сестру Лоу, но надеюсь, ты понимаешь: как только всё закончится… Уходи. Быстро.

Если бы я думала, что она специально так груба, я бы просто рявкнула в ответ. Но нет, ей больно. И это настолько её отвлекает, что она не замечает, как ослабляет захват. Я рывком высвобождаю руку, переворачиваю нас и закидываю ноги ей на корпус. Фиксирую локоть и несколько секунд держу, пока она дёргается.

По глазам вижу: она поняла, что выхода нет.

— Я не собираюсь здесь оставаться, — выдыхаю я. — Скоро ты избавишься от меня, даже не успеешь меня выгнать. И не переживай за меня и Коэна. Между нами ничего нет. Эта история с парой ничего не значит. Мы тайно не влюблены. Мы даже не спим вместе.

— О, я знаю, — отвечает она натянуто, с кривой улыбкой. — Поверь, это знают все.

— Отлично. Значит, он всё объяснил. — я поднимаю голову и встречаю взгляд Коэна. Он наблюдает за нами. Если он злится из-за того, что я выиграла, то скрывает это мастерски. Вокруг его глаз мелькает тень улыбки. Почти… гордости.

Я надеюсь, что он читает моё торжествующее выражение. Похоже, я всё-таки буду жить одна. Кажется, он понимает. Он кивает, коротко, словно признавая мою правоту. Я уже открываю рот, чтобы сказать что-то язвительно-победное… и в тот же миг понимаю, что праздную слишком рано.

С невообразимой силой Бренна взрывается движением, сбрасывает меня, освобождается и, пользуясь моим замешательством, захватывает сзади и обвивает рукой мой горло.

— Ему не нужно было ничего объяснять, — шепчет она мне в ухо. — Есть три вещи, в которых я уверена абсолютно. Смерть приходит за всеми. Что бы ни случилось, солнце всё равно встанет утром. И Коэн никогда тебя не тронет. Даже если ты будешь умолять его на коленях.

Она отпускает меня так резко, что я падаю навзничь на мат, дезориентированная, задыхаясь. Когда открываю глаза, Коэн стоит надо мной, с лёгкой, почти удивлённой улыбкой.

— Ради своего же блага, убийца, — говорит он спокойно, — не оставляй грязную посуду в раковине.

Глава 12

Как мило с её стороны думать, будто он хоть на миг спустит с неё глаз.

Я проиграла, поэтому молча следую за Коэном наружу, двигаясь осторожно. Каждый мускул болит, тело ноет. Любой порядочный мужчина спросил бы, всё ли со мной в порядке, но, очевидно, Коэн к таким не относится. Он идёт впереди, не обращая на меня внимания, и когда внезапно останавливается, я почти врезаюсь в его спину.

На капоте его машины лежит небольшой свёрток, аккуратно завернутый в коричневую бумагу. Чёрным маркером на нём выведено: «Для бывшего человека».

Инстинктивно я обхожу его и тянусь к посылке, но в следующую секунду оказываюсь в воздухе: его рука обвивает мою талию, мои ноги теряют опору. Его ладонь прижимается к моему животу, притягивая ближе к груди.

— Просто из любопытства — ты смерти ищешь или действительно такая безмозглая? — шипит он.

Я пытаюсь освободиться, но безуспешно.

— О да, лучший способ самоубийства это открывать свои посылки.

— Серена, это ненормально.

— Посылки?

— Посылки для наполовину человеческих гибридов, находящихся под моей защитой, — отрезает он. — И