Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

Потолок стал ниже, вынуждая ее пригнуться, чтобы не удариться головой. После того что показалось вечностью, проход расширился, открываясь в скрытую камеру.

— Это оно. Должно быть, это тайный вход в Мэринис, — прошептала она самой себе.

Ухмыльнувшись, она развернулась; быстрым взмахом хвоста она выплыла из пещеры, через туннели и обратно к морю.

Она нашла это — то, что искали люди, то, что было запрещено самими богами.

Зная, что до затонувшего королевства можно добраться, она должна была привести туда свою команду прежде, чем люди короля Роу обнаружат его. Все станет их добычей — она даже надеялась найти ответы на вопросы о том, кто она или что она такое.

Морской бриз развевал ее иссиня-черные волосы вокруг лица, пока она наслаждалась теплом, которое солнце дарило ее коже. Бросив нерешительный взгляд в сторону желоба, где поджидал монстр, она нырнула обратно в море, сменив облик в воздухе перед тем, как врезаться в воду и устремиться на север под самой поверхностью.

Назад к «Призраку ночи».

Назад к отцу.

И, будем надеяться, назад к ответам, которых она так жаждала.

Ей потребовались дни, чтобы отыскать скрытую пещеру в море, и почти столько же, чтобы проделать обратный путь. Сначала она поплыла к Бухте Анкоридж, где команда часто заходила в порт, и, не увидев «Призрака ночи» на рейде, продолжила путь на север, ближе к Лефирину.

С каждым часом, что она проводила под волнами, ее разочарование росло — корабля нигде не было. Она гадала, не пытается ли отец наказать ее, зная, в какую ярость он придет по ее возвращении из-за нарушения приказа. Очередного.

Эсмира выпустила импульс силы, и вода вокруг нее заволновалась от его мощи. Со всех сторон она наткнулась на сопротивление объектов и существ в радиусе нескольких миль, но одна вибрация отпрянула гораздо интенсивнее остальных, и она поняла — это должен быть корабль.

Проплыв еще несколько миль, Эсмира резко замерла: в поле зрения появилось днище «Призрака ночи». Ее брови поползли вверх от недоумения, когда она заметила, что судно стоит на якоре посреди открытого моря — команда редко так поступала, если вообще когда-либо делала подобное.

Когда она приблизилась к стоящему на якоре кораблю, чувство тревоги захлестнуло ее. На судне царила жуткая тишина, ощутимая даже оттуда, где она зависла в воде; на палубе не мерцало ни одного фонаря. В горле перехватило, а по венам скользнул ужас.

Голова Эсмиры показалась над поверхностью; ее глаза впились в ониксовый корпус корабля. Луна висела низко в небе, заливая светом спокойное темное море.

— Проклятье, — пробормотала она и последним мощным толчком хвоста достигла борта, на лету принимая человеческий облик.

Ухватившись за веревочную лестницу, она взобралась наверх и перекинула ноги через планширь. Как только ее ступни коснулись палубы, морская вода скатилась по коже и собралась лужей на дереве.

Где все? Осторожно двигаясь по палубе, она пыталась прикрыть обнаженное тело руками, а ее чувства были предельно обострены.

Воздух наполнился запахом железа, смешанным с соленым ароматом моря. У грот-мачты жуткое зрелище заставило ее замереть — тела были разбросаны по палубе, безжизненные, изуродованные жестокими ранами и ожогами. Багровые лужи пятнали деревянные доски, собираясь вокруг павших.

У Эсмиры перехватило дыхание, прежде чем она сорвалась на бег и рухнула на колени рядом с грудой тел своих соратников.

— Нет. Нет. Нет. Нет! — вскрикивала она снова и снова, отказываясь верить глазам.

Кровь прилила к ушам, зрение затуманилось; она стояла на коленях, не зная, что делать.

Эсмира переворачивала каждое тело, и обожженная, обугленная кожа каждого мужчины была еще более неузнаваемой, чем у предыдущего. Она отметила, что это лишь часть команды, остальных нигде не было видно. Осматривая каждое уцелевшее лицо, она почувствовала слабое облегчение: отца среди них не было — как и Джека.

Она сжала кулаки; ярость и скорбь вскипели в ней, когда она поднялась на ноги. Кто бы ни сделал это, он заплатит. Они заплатят своими жизнями. Жизнями своих любимых и каждого, кто им дорог.

Эсмира двинулась через корабль, стараясь перешагивать через тела, устилавшие пол. Она пронеслась по палубе и обнаружила, что кабинет отца тоже пуст. Заметив его камзол, висящий у двери, она взяла его и обернула вокруг своего нагого тела, прежде чем покинуть темную комнату.

Ее взгляд скользнул к лестнице, ведущей в трюм. Когти Эсмиры удлинились, когда она выхватила пистолет из-за пояса павшего матроса. Бесшумно направившись к люку, она начала спускаться; каждый скрип дерева под ее ногами отдавался эхом в тишине.

В тусклом свете камбуза она заметила следы борьбы: перевернутые столы, разбитые ящики и еще больше крови, впитывающейся в деревянные доски пола. Кто, черт возьми, мог это сделать?

Когда она обнаружила, что и эта часть корабля пуста, у нее не осталось зацепок о том, куда могла деться остальная часть команды.

Их выбросили за борт? Когда она прибыла, в море не было плавающих тел. Проклятие отца не давало ему умереть, но что, если его забрали? Грозный капитан Блэквуд остался без защиты своего величайшего оружия и теперь мог быть в руках врага.

А когда врагом был весь Римелль, чьих жителей они дразнили веками, оставалось только гадать, чьих это рук дело. Награда за голову ее отца или его поимку была одной из самых крупных во всем королевстве.

Но они сожжены, — подумала она. Нет — нет, она не могла так думать. Смертные Лефирина никогда не были бы достаточно храбры, чтобы напасть на «Призрака ночи».

Взбежав по лестнице, она едва не ахнула при виде Джека — он стоял над окровавленными телами, единственный выживший мужчина.

Ее глаза впились в него, взгляд изменился, а мысли закружились вихрем. Что, если это вовсе не было нападением? Что, если это мятеж?

Эсмира едва узнавала выражение его лица. Она бросилась к нему, кривя губы в оскале, вскинула пистолет и выстрелила трижды.

БАХ. БАХ. БАХ.

Звук эхом разнесся над водой, наполняя полночный воздух, но Джек едва успел уклониться от пуль. Когда пистолет опустел, она небрежно отшвырнула его в сторону, продолжая наступать на него.

Джек встретился с ней взглядом:

— Эсми, подожди!

— Нет, — взревела она, ослепленная пеленой ярости.

Ее когтистая рука сомкнулась на его горле, когда она прижала его спиной к грот-мачте. Золотистые глаза Джека вылезли из орбит, пока он отчаянно пытался вдохнуть воздух.

— Если ты попробуешь сменить облик, чтобы вырваться, я отрежу крылья от твоего гребаного тела, —