Безупречная - Анастасия Аристова

— Как? Нас очень мало! — возмутилась Варвара.

Я покачал головой. Не потому, что хотел ее унизить. Просто… как можно было упустить такой шанс?

Я сдержал вздох. В голове начал созревать план.

— Хочешь сказать, у тебя есть идея, как захватить лагерь? — уточнила Варвара.

— Есть, — ответил я. — Варвара, активируй управление флайджета, а затем передай планшет мне.

Она колебалась. Смотрела на Боула, на Вадима, на Эвелин. Потом снова на меня. Я не отводил взгляда. Если мы будем действовать поодиночке — нас сомнут за час. Нужен один командир. И сейчас это буду я.

В конце концов она подчинилась. Села в кресло пилота, активировала панель управления, протянула планшет.

Я взял его и, по непонятной мне причине, сел рядом с Эвелин.

“Зачем?” — тут же задал себе вопрос. Я не знал. Может быть, чтобы следить за ней. Чтобы держать ее в поле зрения — на случай, если она снова предаст. А может быть это зверь потянул меня ближе, вопреки ненависти, вопреки разуму. Потому что внутри, шевельнулось что-то давно забытое. Узнавание. Я помнил ее запах. Помнил, как ее пальцы сжимали мою рубашку на той проклятой крыше. Мой разум ненавидел ее. Но часть меня по-прежнему желала ее.

Эвелин не повернула головы. Но я заметил, как напряглись её плечи.

“Боишься? — подумал я. — Правильно.”

Глава 19.1. Лицом к лицу

Ян

— До прибытия надзирателей на территорию лагеря около пятнадцати минут, — сообщила Варвара, обернувшись ко мне через плечо.

Не поднимая головы от планшета, я кивнул. Карта лагеря, расположение постов, центр управления — я изучил это еще до того, как сел в Урал. Но сейчас уточнял детали. На флайджете Спарты мы попадем на территорию без проблем и охрана ничего не заподозрит. Это важно.

Флайджет мягко покачивался в воздухе. Позади меня Варвара и Боул заговорили на языке оборотней. Я не вслушивался, но часть слов уловил: оборотни, зверь, лагерь… и моё имя. Они догадывались, что я “не местный”, не из Спарты. Пусть. Теперь это уже не имело значения.

Я кинул взгляд на Эвелин. Она по-прежнему смотрела лишь в окно. Плечи — прямые, спина — ровная. Никаких лишних движений. Застывшая статуя в серой форме. Именно в этот момент я понял, что злюсь. Злюсь на то, что она не обращает на меня внимания. “Балбес.” — тут же мысленно отругал себя. Не о ней сейчас стоит думать.

Продолжая смотреть на планшет, я краем глаза начал наблюдать за Боулом. Мой зверь принюхался, оценивая. Рыжий оборотень был сильным и что-то скрывал.

“Я знаю, что ты оборотень,” — произнес я мысленно, переходя на язык Ашвардии. — “Я чувствую твоего зверя. Наверняка и ты тоже ощущаешь моего.”

Боул не повернул головы. Ничем не выдал, что слышит меня. Но я почувствовал, как его зверь насторожился.

“Чего ты хочешь?” — спросил Боул холодно.

“Цель у нас одна — освободить людей. Уничтожить лагерь. — Я говорил спокойно. — Варвара сообщила о том, как вам удалось прервать связь, не углубляясь в детали. Я проанализировал и понял: людьми, в человеческом обличии, вы сделать это не смогли бы. На крыше полно камер. Вас бы сразу заметили и уничтожили. Значит, это был не человек — зверь. Волки по стенам не умеют лазить, поэтому я предположил, что ты другой. Что у тебя за зверь?”

Боул молчал. Флайджет качнуло. Варвара что-то пробормотала под нос, корректируя курс. Я ждал.

“На Земле живут оборотни? Много?” — спросил он меня, снова проигнорировав вопрос. Упрямец.

“Да. Но нас немного. Мы попали сюда случайно, двадцать шесть лет назад. Мои родители рассказывали — их вожак нашел проход в другой мир. И тогда все поселение ушло через портал. Спасались от безумного короля Эварда.”

Я сделал паузу. Воспоминания нахлынули — мать, сидящая у огня, отец с хмурым лицом, когда он рассказывал о том, что им пришлось оставить.

“Они и представить себе не могли, что попадут в не менее безумный мир. Здесь спокойной жизни нам не видать. После они искали этот портал, чтобы вернуться, но так и не нашли. Я родился уже здесь. ”

“Понятно, — голос Боула звучал задумчиво. Следующую фразу, казалось, он произнес больше для себя. — Случайностей не бывает. Ян, мир, из которого пришли твои родители, как называется?”

“Ашвардия.”

Слово повисло в воздухе. Я ждал реакции. Вместо неё — тишина. Я чувствовал, как Боул переваривает услышанное, анализирует. Но он не сказал ни слова. Только отодвинул свою мысленную стену — совсем чуть-чуть — и я на мгновение ощутил его зверя. Огромного. Крылатого. И в этом ощущении мелькнуло что-то древнее, почти забытое — память о мире, который я никогда не видел, но который носил в крови.

Эвелин пошевелилась. Чуть повернула голову — будто что-то услышала. Но нет. Мы говорили мысленно. Она не могла нас слышать. Это было просто напряженное ожидание. Она сильно сцепила пальцы на коленях, так что костяшки побелели. Мой зверь потянулся, чтобы понять ее эмоции, но я тут же одернул его. Я не хотел знать, что она там испытывает.

“Мой зверь — филин, — наконец ответил Боул, возвращая меня к нашему диалогу, в его голосе проскользнула гордость. — Именно я поджёг блоки питания. Те, на которые указала Варвара.”

Филин. Я моргнул. Я ожидал чего-то крупного. Медведя, например. Но птица? Я представил, как над Спартой парит огромный филин, и пазл не сложился.

“Могу я предположить, что твой зверь не такой уж большой?” — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально. Без насмешки.

Боул усмехнулся.

“В определённых моментах — да,” — ответил он. И я понял: он не договаривает. Я не стал настаивать. Но в голове уже крутились вопросы: насколько маленьким он может быть? И насколько большим? И почему он не хочет говорить об этом?

— “Тогда наша цель по захвату центра связи по большей части будет зависеть от тебя,” — подытожил я. — Как только приземлимся, я расскажу, что надо сделать.”

— “Хорошо.”

Боул замолчал. Я чувствовал, что он принял мои слова, но не до конца. В его мыслях все еще была настороженность. Я не стал давить.

— Садимся через пять минут, — произнесла Варвара, прерывая наш мысленный разговор. — Каков план?

— Первое — захватываем центр управления, — произнес сухо. — Второе — из центра в лагерь мы