Безупречная - Анастасия Аристова

— Да, — прошептала я.

Одно слово. Тихий, почти неслышный выдох.

И вдруг боль ушла.

Не сразу. Не резко. Но Варвара перебирая мои эмоции, затушила их одну за другой — вину, тоску, уныние, оставляя лишь легкую печаль. Как будто с души сняли камень.

Я не была счастлива. Но я могла дышать. И точно знала, что как жила раньше так больше жить не хочу.

— Хорошо, — произнесла Варвара и указала на планшет, который все это время держала в руках. — Разблокируй его.

Я посмотрела на планшет. На свои связанные руки. На девушку, которая только что перевернула мою душу наизнанку.

Медленно, все еще дрожа, я кивнула и голосом разблокировала его.

Глава 19. Встреча

Эвелин

Варвара сидела с моим планшетом в руках, листала данные, искала что-то. Они с рыжеволосым то и дело о чем-то переговаривались на чужом для меня языке, но я старалась уловить эмоции и жесты.

“Объект 1525” — ввела Варвара в поиск. На странице профиля была размещена фотография, на которой изображена Варвара. Она искала себя? Точно она уже называла этот же номер, когда представилась.

Я молчала. Наблюдала. Она листала свою карточку — стандартные данные: откуда привезли, наказания, жизненные показатели. Родителей не было. В базе Спарты их как правило не указывали, только если ребенок не рожден здесь же.

Потом она нажала на ссылку внизу. “Объект 1618”.

И замерла.

Я видела её лицо. Сначала — непонимание. Потом — шок. Она побледнела, пальцы сжались на планшете.

На фотографии ребенок. Рыжеволосый, зеленоглазый, с веснушками. И строка: “родитель — объект 1525”.

Ее сын.

Она прошептала что-то на своем языке — тихо, почти беззвучно. Мужчина обнял ее, притянул к себе. Она смотрела на экран, на мальчика, и в ее глазах стояла боль. Материнская.

У меня не было детей. И никогда не будет. Но сейчас, глядя на Варвару, я понимала, что́ у нее отняли.

— Эта кнопка связывает только родителя и потомка, — сказала я. Мой голос прозвучал ровно, чуть хрипло. — Не переход от объекта к объекту. Связь.

Варвара подняла на меня глаза. Она не злилась. Не ненавидела. Она смотрела так, будто впервые меня видела.

Она что-то снова произнесла на неизвестном мне языке, а затем заговорила со мной. По-русски.

— Для чего нужно наказание «Трофей»? — спросила она. Голос — ровный, но напряженный. — Очевидно, что после него женщина может забеременеть. Для чего это надзирателям? Они на время теряют бойца.

— Вот как раз для того, чтобы родился ребенок, — ответила я.

— Мы столько детей привозим с заданий. Зачем?

— Многие не выживают, — я смотрела на нее, не отводя взгляда. — Женщины из лагеря заведомо могут иметь сильное потомство. Ребенок, рожденный в Спарте, ценнее ребенка, привезенного с задания. Да, и выращивать из пробирки намного дороже. Так проще.

Я помолчала. Добавила, почти без интонации:

— Заставить людей в Спарте рожать детей очень тяжело. Похоже, у них не хватает на это времени и сил.

Варвара посмотрела на меня с такой злостью, что я почти отшатнулась.

— Нет, — сказала она. — Дело не в этом. Подсознательно любая здравомыслящая женщина поймет, что условия в Спарте не подходят для ее ребенка.

Я не ответила. Потому что она была права.

Она перевела взгляд на мужчину, заговорила на их языке — быстро, сбивчиво. Он слушал, и его лицо темнело. А потом я увидела как его глаза сверкнули желтым.

— У него глаза горят жёлтым. — Произнесла я слова, которые когда-то говорила Яну. Но с тех пор я ни разу не видела такого эффекта.

Варвара повернулась ко мне, перехватила мой взгляд и с злым сарказмом произнесла:

— Вирус такой. Добавляет ума и сочувствия ко всему живому. Но землянам это не грозит — у них иммунитет.

Я ничего не ответила, а она снова уткнулась в планшет, листала карту, запоминала расположение зданий. Я наблюдала за ней из-под полуприкрытых век. Руки затекли — веревка впилась в запястья, пальцы онемели.

— Развяжите мне руки, — произнесла я приказным тоном.

Варвара подняла голову, посмотрела мне в глаза. Приподняла бровь.

— Зачем?

— У меня руки затекли.

Она хмыкнула. Коротко, сухо.

— Знаешь, Эвелин, когда вы мучаете людей в лагере, вас вообще не волнует их здоровье. Почему меня должно волновать твое состояние? Нет, развязывать я тебя не буду.

Я стиснула зубы. Она права. И плевать, что я делала это не по своей воле. Это тоже отговорка. Все это пустое. Я вообще могла выбрать смерть вместо этих терзаний. Зачем я подчинялась отцу? Думала, что это когда-нибудь кончится. Нет, не закончится если не дать отпор. Но есть ли у меня силы сражаться? Или легче умереть?

Я сжала зубы, откидывая эти мысли. Пока я еще жива. Тихо произнесла:

— Но я же вам помогла.

Варвара пожала плечами.

— За помощь спасибо. А дальше мы еще посмотрим, можно тебе доверять или нет. — Она замолчала на секунду, что-то обдумывая. — Вот, например, нам нужны воины, чтобы захватить лагерь. Как думаешь, откуда их можно взять?

Я пожала плечами.

Но Варвара не стала настаивать. Повернулась к рыжему, заговорила с ним. Я не понимала что они обсуждают

Потом Варвара снова посмотрела на меня и спросила:

— Эвелин, как работают шлемы? Каким образом транслируется изображение?

— Передаем информацию по внутренней сети, — сказала я. — Здесь недалеко, в поселении, есть центр, откуда идет вещание.

— Хорошо, — кивнула Варвара, сверяясь с картой. — А каким образом изображение генерируется?

— Специально обученные люди создают изображения и подставляют их на нужные объекты, — ответила я.

— Люди? — Варвара удивилась. — Почему не машины? Искусственный интеллект?

Я пожала плечами. Меня саму это всегда удивляло, но спрашивать было не у кого.

— Очень странно, но так даже легче, — задумчиво протянула Варвара. — Лишим центр связи — этого будет достаточно. Он охраняется?

— Под охраной территория самого поселения. Предполагалось, что этого будет достаточно. Кстати… — неосознанно выпалила желая узнать как они сюда попали, но тут же себя оборвала. Метка на мне все слышит. Если не сейчас, то потом отец будет прослушивать. Ему не надо знать эту информацию.

Варвара, снова что-то быстро спросила у рыжего. Наблюдая за их лицами, я понимала, что у них вырисовывается какой-то план.

—