Голос океана - Келси Импиччике

— Не нравится перспектива, а? — рассмеялся Рейден.

Селеста проигнорировала его.

— О, настоящий дипломат, — заметил он. — Но мы должны суметь найти для тебя отдельную каюту, если ты настолько хороша, как предполагает репутация твоей гильдии.

Бастиан снова потер виски, явно не в восторге от такого обещания.

— Итак, мы договорились, Селеста? — принц протянул к ней свою широкую ладонь.

Селеста вздрогнула и отпрянула — эхо воспоминаний о стражнике отозвалось в голове. Но она подавила это чувство и потянулась к нему, чтобы схватиться за запястья, как это делали сирены при приветствии или заключении сделки. Когда он вместо этого ухватил ее за руку, электрическая искра пробежала вверх по предплечью. Селеста судорожно вздохнула. Сирены держались за руки только в моменты близости; это прикосновение было зарезервировано для возлюбленных. Ладонь Рейдена была мозолистой и теплой, она крепко сжимала ее руку. Селеста ответила на рукопожатие, стараясь максимально повторить его действия. Не отрывая взгляда от его глаз, принц поднял их сцепленные руки и опустил вниз. Раз, другой. На втором движении белый рукав ее рубашки сполз, обнажая темный полумесяц на запястье. Из трех сделок, которые она заключила за последние три дня, она задалась вопросом: о какой из них она пожалеет больше всего?

Рейден улыбнулся.

Селеста собиралась ответить на его улыбку, пытаясь подыграть, когда он подался вперед, приблизившись губами вплотную к ее уху. Ее сердце забилось, как птица в клетке.

— Я знаю, кто ты, сирена, — прошептал он. Его голос упал так низко, что услышать могла только она. Селеста замерла. — И я выясню, зачем ты вернулась ко мне. — Его дыхание обжигало ее щеку. — Ты можешь быть моей спасительницей, но если ты подвергнешь опасности хоть кого-то из команды, я убью тебя.

«Не раньше, чем ты сам сдохнешь», — вскипела Селеста.

Из глубины тюрьмы донесся чей-то крик.

— Я думал, мы с ними покончили, — Рейден отпустил руку Селесты и повернулся к Бастиану.

— Видимо, кого-то пропустили, — пожал плечами его друг.

— Кого-то?

Раздались яростные выкрики нескольких человек.

— Или многих, — поправился Бастиан.

Рейден вздохнул, потер виски и обнажил меч. Шаги эхом отдавались от каменных стен.

— Может, есть запасной выход? — предложил Бастиан.

— Хорошая мысль. — Оба покинули камеру. Бастиан помчался прочь от шума, Адмирал с лаем следовал за ним по пятам, а Рейден придержал дверь открытой.

— После вас, любовь моя, — промурлыкал он.

Киями закатила глаза, подобрала юбки и побежала следом за Бастианом.

— А как же мои вещи? Там мой любимый меч!

— Мы купим тебе новый, — отозвался Рейден.

Селеста не двинулась с места. Она не была уверена в своей походке, а бег был для нее сейчас невозможен. И она отказывалась демонстрировать слабость перед принцем.

— Поторапливайся, — подгонял Рейден.

Шум был уже совсем рядом, в конце коридора.

— Вот они! — закричал голос. — Заключенные сбегают! — Это был тот самый стражник, который разрезал ее доспех.

Тело Селесты забила дрожь.

— Быстрее! — Рейден положил руку на эфес меча.

Селеста стиснула зубы, отпустила стену камеры и сделала шаг вперед. Ноги тут же подкосились. Рейден рванулся вперед, подхватывая ее как раз в тот момент, когда ее израненные колени должны были удариться о каменный пол.

— Прости, но времени нет, — сказал принц, подхватывая ее на руки и ногой захлопывая тяжелую дверь камеры.

Он сделал всего два шага в сторону остальных, когда Бастиан, Киями и Адмирал выскочили из-за угла, несущиеся прямо на них.

— Запасного выхода нет! — крикнул Бастиан, когда троица пробежала мимо по коридору, преследуемая стражником.

Рейден выругался.

Тот самый стражник с желтыми зубами заступил за угол, преграждая путь к отступлению. Он оскалился.

— Бежать некуда.

К своему величайшему ужасу, Селеста обвила руками шею Рейдена, вжимаясь в него, словно пытаясь спрятаться от взгляда мужчины.

Рейден посмотрел на нее сверху вниз, и вена на его шее дернулась.

— А теперь положи девчонку и марш в камеру, — стражник поднял меч. — Мы окружили вас.

Группа сбилась в кучу, прижавшись спинами друг к другу посреди коридора; двое из них были безоружны. Стражники рассмеялись, их клинки блестели в тусклом свете.

Рейден лишь вздохнул, вытащил из-за пояса пистолет и выстрелил стражнику в ногу.

— Вот что нам следовало сделать с самого начала, — сообщил он Бастиану.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Стражник рухнул на пол, вскрикнув, когда из раны на ноге хлынула кровь. Селесте пришлось подавить приступ ужаса.

— Мне казалось, мы договорились обойтись без кровопролития, — возразил Бастиан, прежде чем выстрелить из своего собственного оружия. Второй стражник упал, крича от боли. — И как мы теперь собираемся оставаться в городе и набирать команду?

Рейден крепче перехватил Селесту, поудобнее устраивая ее на руках.

— Полагаю, нам придется что-нибудь придумать, — сказал он, перешагнул через поверженного стражника и бросился по коридору. Остальные последовали за ним, готовые к бою.

Но сражаться не пришлось. Выбежав через главный вход, они обнаружили, что оставшийся стражник всё еще лежит без сознания. Киями быстро нашла свой пояс с оружием, проверила любимый меч, и четверо из них — плюс Адмирал — бросились прочь из тюрьмы.

Снаружи солнце светило ярко, почти ослепляя после темной камеры, из которой они только что выбрались. Селеста щурилась, осматривая город с новой стороны. Порт-Ромси казался совсем не тем местом, куда ее волокли прошлой ночью. Всюду, куда бы она ни посмотрела, люди занимались своими делами: перекрикивали друг друга, смеялись, торговались, ссорились. Она заметила несколько животных, похожих на Адмирала, копошащихся в груде грязных ящиков — их свалявшаяся шерсть разительно отличалась от ухоженной шкуры питомца принца. Ящики стояли рядом с парой прилавков, на которых лежало что-то похожее на еду — аромат от них исходил просто невероятный. Но прежде чем она успела рассмотреть всё получше, группа свернула на боковую улочку.

— Нам нужно в «Сломанный компас», — выпалил Бастиан, когда они нырнули в темную нишу, чтобы избежать встречи с проходившим мимо офицером. — Там можно затаиться. И набрать еще людей в команду. Предпочту это риску привести их прямо к моей семье.

— Стоит попробовать, — согласился Рейден.

«Сломанный компас», как оказалось, был самым печально известным трактиром в Порт-Ромси. Здание покосилось на углу двух пересекающихся под острым углом улиц, выглядя так, будто его сжали, чтобы оно втиснулось в пространство. Облупившаяся красная краска выцвела до розовой, а окна были мутными от грязи. Даже дверной проем был перекошен. Вход был отмечен большой деревянной вывеской, на которой был нарисован круг с четырьмя стрелками, причем та, что указывала вниз, была красной. Селеста