Эра белого орлогрифа - Анюта Соколова

— Служба гражданской безопасности Ашинора.

— Не пойдёт, — покачала я головой. — Без дара я не могу проверить, ваш ли это знак, или вы его украли или подделали. Сейчас вы, извините, похожи на обычных похитителей.

— Мы не носим с собой удостоверения! — взвился молодой. — Для нормальных людей достаточно знака!

— Извините ещё раз, но я не нормальная, — я ткнула пальцем в красный круг на моей куртке. — Поэтому никуда с вами не пойду, пока вы не докажете, что действуете в рамках закона.

— Пойдёте, — угрожающе начал молодой.

— Что здесь происходит? — вмешался проходящий мимо господин Гезур, и я от души поблагодарила Милосердную.

— Служба гражданской безопасности Ашинора, — повторил старший и чиркнул в воздухе знаком.

— Подождите, — господин Гезур нахмурился. — Вы из службы Северного Ашинора, а у нас здесь вообще-то Южный. Покажите знак ещё раз.

Старший с заминкой вынул знак и протянул его преподавателю.

— Мы здесь в рамках частного расследования, — нехотя пояснил он.

— Ах, частного? — иронично протянул Гезур. — В свободное от работы время? Тогда почему вы представляетесь госслужащими? Тем более что-то требуете? Что они от тебя хотели, Шиано?

— Чтобы я куда-то с ними прошла.

— Вы не понимаете, — горячо вмешался молодой. — Эта девица только что оклеветала…

Старший зыркнул в его сторону и, похоже, запечатал ему рот, как когда-то поступила со мной Зейла. Фраза оборвалась на полуслове.

— Если у вас есть соответствующие полномочия, Шиано последует за вами хоть на северный полюс. Если их нет и вы действуете в интересах частного лица — простите, любые разговоры допустимы лишь с согласия девушки, — Гезур теперь обращался к старшему. — Имеются ли у вас подобные документы?

— Мы хотели только поговорить, — ответил тот.

— Кто вам мешал разговаривать здесь? — рука преподавателя очертила полукруг, обводя практически безлюдный сквер.

— Это конфиденциальная информация.

— Для чего существуют щиты? — густые брови Гезура сдвинулись. — Я пятьдесят лет учу молодых людей пользоваться ими и впервые вижу, что кому-то неизвестны простейшие преобразования.

Старший досадливо закусил губу. Младший молча гневно сверкал глазами. Я постаралась запомнить их лица и благодарила свою интуицию.

— Ладно, Шиано, — прошипел старший. — Увидимся в другой раз.

Он открыл портал, буквально втолкнул туда своего спутника и ушёл. Повернувшись к Гезуру, я натолкнулась на суровый взгляд.

— Не благодари, — опередил меня преподаватель. — Я защищал не тебя, а своего друга. Арвелю не нужен новый скандал. И так к школе привлечено слишком много внимания.

— Разве это моя вина? — отчаяние заставило быть смелой.

— Увы, предъявить претензии Великой Тьме за рождение неполноценных людей мы не можем, — Гезур устало вздохнул. — И королю, который когда-то принял закон о равных правах, тоже. Остаёшься ты, Шиано. Девочка, потребовавшая равенства не на словах, а на деле. Поэтому ты и вызываешь ненависть. Можно смириться, что вы существуете где-то там, за закрытыми дверьми специнтернатов, но каждый день встречать таких, как ты, — страшно.

— Страшно? — удивлённо переспросила я.

— Именно, — преподаватель вздохнул. — Самое ужасное для любого человека — это утратить дар. Всегда видеть мир трёхмерной картинкой, слепнуть в темноте, мёрзнуть в холода, не иметь возможности перемещаться… Я мог бы ещё долго перечислять, Шиано, но, думаю, ты и так поняла. Ты — живое воплощение наших кошмаров, которое при этом не желает быть незаметным, а напротив, старательно лезет вперёд. Времена, когда вас уничтожали, были благом для Ашинора: у народа отсутствовал повод для страха и сомнений в собственном могуществе.

Я поняла, что сейчас не выдержу и разревусь. Ведь это не Зейла, не Катрина, даже не Виржин, а господин Гезур — мудрый, опытный преподаватель, который никогда не относился ко мне предвзято. Что же говорить об остальных?

Гезур пошёл дальше и вдруг обернулся:

— Шиано, ты не разгуливала бы одна. Мне сильно не понравился настрой этих «госслужащих». Ненавидеть в теории и на практике — большая разница. Я-то безобидный теоретик, а господа, которые приходили за тобой, похоже, практики.

Он направился к административному корпусу, а я угрюмо хмыкнула. «Не разгуливала бы одна»! А с кем? В общежитие я практически прибежала. Влетела в дверь — и натолкнулась на коменданта. Что ж за день сегодня такой?! Милосердная решила установить предел моей выдержки?

— Здравствуйте, уважаемая госпожа Дишур, — очень вежливо произнесла я. — Вы искали меня, чтобы выплатить компенсацию за уничтоженные вещи?

— Я действовала по инструкции! — взвилась она.

— Никто не спорит. В той же инструкции наверняка описаны варианты возмещения убытков пострадавшей стороне, — уступать я не собиралась. — А если нет, в Ашиноре существует гражданский кодекс. Там точно есть подобная статья.

— Сами виноваты, Шиано! — скривилась Дишур.

— В чём? В том, что не погибла в Ущелье? — я усмехнулась. — Извините, что не оправдала ваших ожиданий. Так что насчёт компенсации?

— Ваше барахло не стоило и шеза!

— Ошибаетесь. Одна ученическая форма стоила двадцать шезов, — возразила я спокойно. — Их вы мне точно должны, не говоря уже про личные вещи. По вашей милости мне даже переодеться не во что.

— Это не мои проблемы! — запальчиво выкрикнула комендант.

— А инструкция с вами согласна? — я нашла в себе силы мило улыбнуться. — Пока мне не выдали аттестат, уважаемая госпожа Дишур, меня обеспечивает школа. Пусть это «пока» — всего три дня.

— Я пойду к директору! — заявила комендант.

— Идёмте, — я схватила её за руку.

Разумеется, Дишур стряхнула мою руку, тут же открыла портал и ушла. Как же я завидую этой способности нормальных людей! Сколько времени высвобождается только из-за экономии на перемещениях! Мне же пришлось подниматься ножками. Фай в комнате не было. На миг я застыла перед зеркалом.

Красивая, как богиня, а что толку? Лучше уж быть обыкновенной, ничем не примечательной, тогда бы и Дин не обратил на меня внимания. Хотя разве Дин виноват, что мы по-разному понимаем слово «любовь»? Он же ничего мне не обещал, это я нафантазировала наше совместное будущее. И нечего обвинять кого-то в том, что сама оказалась дурой!

Хлопнула дверь: пришла Фай, сияющая, словно Третье солнце.

— Иржина, привет! Ты