Кондитер-попаданка. Жена, от которой отказался дракон - Лилия Тимолаева

Значит, утром комиссия успела опросить ее отдельно.

— Есть также журнал выдачи ключей, — продолжил председатель, — подтверждающий доступ господина Рола в рабочий кабинет госпожи Вальд во время официального осмотра, и журнал бокового входа, подтверждающий его повторное посещение без действующего разрешения.

Одел заговорил жестче:

— И ни один из этих документов не доказывает, что я просил его что-либо красть.

— Нет.

Председатель не спорил.

— Поэтому Гильдия сегодня не рассматривает вопрос о вашем личном участии в незаконном проникновении. Это отдельное дело.

Одел промолчал.

— Мы рассматриваем другое: достаточно ли представленных вами материалов, чтобы сохранить регистрацию семи рецептур за вашим именем.

Впервые за все время я увидела на его лице настоящую тревогу.

Небольшую.

Но настоящую.

Председатель повернулся к комиссии.

Они совещались долго.

Очень долго.

На этот раз я не считала минуты.

Брина подошла ближе к ограждению.

Керран оставался на своем месте.

Я не смотрела на Одела.

Перед глазами почему-то стояла первая страница зеленой тетради.

Не сегодняшняя работа.

Не документы.

Первая неудачная попытка женщины, которая три часа делала одно и то же, а на следующий вечер вернулась снова.

Председатель поднялся.

Все разговоры прекратились.

— Комиссия вынесла решение единогласно.

Одел выпрямился.

Я положила ладони на край стола.

— Регистрация коллекции «Семь земель», оформленная на имя Одела Марвена, отменяется.

В зале стало шумно, но председатель продолжил:

— Представленные господином Марвеном материалы не подтверждают независимую разработку коллекции и содержат элементы, происхождение которых убедительно связано с ранними рабочими записями другой стороны.

Я услышала, как Брина коротко выдохнула.

— Авторство семи первоначальных работ признается за госпожой Мавеной Вальд.

Я подняла руку.

Председатель остановился.

— Да?

— Можно изменить имя, под которым будут зарегистрированы права?

Он удивился.

— На какое?

Я посмотрела на Керрана.

Потом на зеленую тетрадь.

Это дело не появилось благодаря Дому Вальд.

Наоборот, прежняя Мавена сделала все, чтобы впервые создать что-то вне него.

— Мавена Корд.

Керран поднял голову.

Значит, фамилию я назвала правильно.

Председатель уточнил:

— Ваша родовая фамилия до брака?

— Да.

— Закон допускает регистрацию авторского имени под родовой фамилией. Вы подтверждаете решение?

— Подтверждаю.

Он сделал запись.

— В таком случае автором коллекции «Семь земель» признается Мавена Корд.

Вот теперь зал действительно взорвался разговорами.

Не Вальд и не Марвен. Теперь — Мавена Корд.

Я смотрела на тетрадь и думала о женщине, которая, возможно, никогда не услышит этого решения. Я не знала, услышит ли она вообще, но имя осталось ее.

Председатель постучал по столу.

— Господин Марвен обязан прекратить использование семи спорных рецептур и снять свое имя со всех материалов, связанных с коллекцией. Вопрос о действиях господина Рола и иных лиц будет передан на отдельное рассмотрение.

Одел спросил:

— Мои остальные регистрации?

— Настоящее решение их не касается.

Вот и все.

Его не лишили профессии.

Не отняли все, что он когда-либо создавал.

Он потерял только то, что не сумел доказать своим.

Мне этого хватало.

Одел подошел ко мне уже после того, как комиссия поднялась.

Люди вокруг пытались приблизиться, но служители пока не пускали зрителей в рабочую часть.

— Поздравляю, госпожа Корд.

Он произнес новую фамилию без насмешки.

— Спасибо.

— Вы все-таки отказались от хорошего договора.

— Зато теперь мне не придется делить собственное имя.

Он посмотрел на меня несколько секунд.

— Рол не признается.

— Возможно.

— И меня не свяжут с его повторным визитом.

— Возможно.

— Вас это не раздражает?

— Уже нет.

— Почему?

— Потому что сегодня решали авторство. И его решили.

Одел кивнул.

— Практично.

— Вы ожидали мести?

— После всего этого — да.

— У меня заказ на тридцать коробок. Мне некогда.

Он впервые за день рассмеялся.

— Вот теперь я вам верю.

Мы разошлись без рукопожатия.

Так было честнее.

Выбраться из Гильдии удалось только через час.

Ирса успела увеличить заказ до сорока коробок.

Брина успела сообщить, что сорок коробок требуют еще одного рабочего стола.

Председатель успел заставить меня подписать столько бумаг, что к концу я перестала различать собственную подпись.

Когда мы наконец вышли, Керран ждал у лестницы.

Один.

Я остановилась.

Брина посмотрела на него, потом на меня.

— Мне нужно проверить поставку.

— Какую?

— Любую.

И ушла.

Предательница.

Керран подошел ближе.

— Мавена Корд.

— Непривычно?

— Очень.

— Мне тоже.

— Почему Корд?

— Потому что эту коллекцию делала женщина, которая хотела иметь что-то свое. Думаю, записать ее под фамилией мужа было бы странно.

Он принял это без обиды.

— Согласен.

Мы спустились на несколько ступеней.

— Я хочу кое-что предложить, — сказал Керран.

— Сегодня день предложений.

— Марвен тоже?

— Вчера. Половина дохода.

— И ты отказалась.

— Теперь уже можно сказать, что удачно.

Керран остановился у экипажа.

— Вернись домой.

Я знала, что когда-нибудь этот разговор будет.

Но не ожидала сегодня.

— Зачем?

— Попробуем сохранить брак.

Я смотрела на него.

Он не говорил «начать заново».

Не обещал, что теперь все станет правильно.

И это было хорошо.

Но ответ от этого не менялся.

— Нет.