Я сломаю тебя - Джиджи Стикс

Я осторожно протягиваю руку к краю матраса, стараясь не шуметь. Мои пальцы обхватывают ручку, и я снимаю с неё колпачок. Мне остаётся только притвориться, что я снова сплю, и он выйдет из своего укрытия, готовый к очередной порции. Затем я задерживаю дыхание и жду.

Я жду, что он нападёт, кажется, целую половину ночи, лёжа в напряжённой позе с этой чёртовой ручкой. Мои мышцы дрожат, по лбу катятся капли пота. Что он делает? Почему он не возвращается, чтобы поласкать мои пальцы языком? Что, если он добрался до моего нижнего белья? Что, если он уполз?

Бешеный пёс беспокойства мечется у меня в голове с вопросами, мыслями и домыслами. Он рычит, огрызается, с пеной у рта гоняется за своим хвостом, пока пена не поглотит моё сознание. Он хочет, чтобы я сделала первый шаг. Или, может быть, он заснул. Моё терпение на исходе. Я не могу оставаться в таком положении, ожидая нападения, которое никогда не произойдёт.

Адреналин бурлит в крови, вот-вот вырвется наружу. Я вскакиваю с матраса, включаю лампу и заглядываю под кровать.

Там пусто.

Я мечусь по комнате, распахиваю все шкафы и обыскиваю каждый уголок с лихорадочной поспешностью. Я не могу остановиться, хотя каждый скрип половицы кажется мне ещё одним ударом по моему и без того пошатнувшемуся рассудку. Я даже проверяю ванную, но там ничего нет. Никаких признаков незваного гостя.

Моё сердце продолжает бешено колотиться. В голове роятся все те же бесконечные вопросы. Может, мне всё это привиделось? Если это была тактильная галлюцинация, то как тогда объяснить запах мяты? Может, это обонятельная галлюцинация?

Я подхожу к окну и осматриваю сад в поисках Мрачного Жнеца. Его не видно среди деревьев.

Мой телефон вибрирует, и я вздрагиваю. Проверяю, нет ли сообщений, но их нет. Время 2:43 — до встречи с доктором Сэйнт осталось меньше пяти часов. Может, стоит поговорить с ней о моём рецепте. Может, стоит снова начать принимать лекарства, даже если из-за них я становлюсь вялой и у меня портится память. Что угодно, лишь бы избавиться от этого невыносимого смятения.

Вернувшись к своей кровати, я выпиваю стакан воды, чтобы избавиться от мыслей об ублюдках, сосущих пальцы. Я могу разобраться с ними утром. Зевая, я ставлю стакан, забираюсь обратно под одеяло и погружаюсь в сон.

Кто-то охотится за мной, и только часть этого происходит у меня в голове. Мне нужно покончить с галлюцинациями, чтобы я поняла разницу между тем, что реально, и тем, что мне мерещится.

Несколько часов спустя я снова просыпаюсь как в тумане. Я лежу поперёк матраса, с подголовником и подушками на правом боку, а обе ноги свисают с края. Мрачный Жнец с прошлой ночи стоит между моих раздвинутых ног, его глаза светятся в темноте.

Лунный свет, проникающий через окно, освещает капюшон его плаща. С этого ракурса он кажется почти семи футов ростом.

— Кто ты? — шепчу я.

— Ты знаешь, как меня зовут, — говорит он таким глубоким голосом, что я чувствую его всем нутром.

Его голос кажется таким знакомым, что мне становится больно.

— Ксеро?

Он кивает.

Я пытаюсь встать с кровати, но мои руки и туловище словно связаны веревками. Когда я поднимаю голову, вся белая ткань моей ночной рубашки собирается складками вокруг бёдер. Я вздрагиваю и поднимаю взгляд на призрака.

Его чёрные глаза приковывают меня к себе. Это безликое существо наполняет комнату чернильной тьмой, его присутствие настолько ощутимо, что кажется почти осязаемым.

На несколько удушающих мгновений воцаряется тишина, от которой у меня перехватывает дыхание, пока с моих губ не срываются слова.

— Ты здесь, чтобы убить меня? — выпаливаю я.

Он качает головой.

— Ты здесь, чтобы отомстить?

Он кивает.

Я сглатываю.

— Чего ты хочешь?

Он указывает костлявым пальцем мне между ног.

Сердце подпрыгивает к горлу, заглушая слова своим бешеным биением. Пульсация становится невыносимой, она бьётся так сильно, что её вибрации доходят до моего клитора.

Это всего лишь сон. Тяжёлое расстройство сна, вызванное стрессом. Если я смогу встряхнуться и проснуться, я смогу покончить с этим кошмаром. Но когда этот костлявый палец снова тычет в воздух, я вздрагиваю.

— Что это вообще значит? — шепчу я.

— Покажи мне свою киску, — отвечает он гортанным голосом.

Я зажмуриваю глаза.

— Что ты собираешься делать?

— Покажи мне, — приказывает он.

— Но я не могу пошевелить руками.

— Сейчас!

В горле застревает всхлип. Я пытаюсь пошевелить пальцами, вырваться из того, что, как я надеюсь, является сонным параличом, но они лишь скользят по бёдрам.

Меня охватывает паника, я пытаюсь развести руки в стороны, но они по-прежнему скованы невидимыми путами. Я зажмуриваюсь, пытаясь заставить мозг перезагрузиться. Если это не сон, то у меня какой-то приступ, вызванный возвращением дяди Клайва. Мой разум в кризисе, и он использует всевозможные отвлекающие факторы, чтобы помешать мне получить доступ к воспоминаниям, которые я подавляла. Теперь я представляю, как призрак Ксеро хочет, чтобы я посветила ему в темноте.

Когда я снова открываю глаза, я смотрю в окно. Он ушёл?

Холодные пальцы скользят по внутренней стороне моих бёдер, и я поднимаю голову, чтобы увидеть эти сияющие белые глаза, нависшие над моим промежутком.

— Я не буду просить дважды, — говорит он, и от его холодного дыхания кожа на внутренней стороне моих бёдер покрывается мурашками.

— А если я не соглашусь? — шепчу я.

— Тогда ты будешь лгуньей, — говорит он своим глубоким, звучным голосом, от которого у меня по спине бегут мурашки. — Ты поклялась, что наша связь будет вечной, и поклялась быть со мной и в этой жизни, и в следующей.

У меня перехватывает дыхание, а в глазах щиплет.

— Я говорила это Ксеро.

— Я и есть Ксеро.

— Откуда мне знать, что ты не самозванец?

— Кто ещё стал бы наказывать человека за то, что он воспользовался тобой? Гэвин лишился пальцев, потому что украл мою женщину.

Моё дыхание учащается, и грудь наполняется странным чувством тепла. Я не знаю, почему на моё тело производит впечатление призрак мстителя. Насилие не возбуждает. Это просто необходимость.

— Это действительно ты? — спрашиваю я.

Он кивает.

— Скажи мне что-нибудь ещё?

— В последний раз, когда мы говорили по телефону, ты сказала