В плену. И после. История одного эльфа - Анна Жнец

— Как насчет того, чтобы устроиться здесь? — предложила Грид.

С облегчением Фай почувствовал, что его больше не сжимает со всех сторон гудящая толпа: слава богине, они нашли кусочек свободного пространства. Осмотревшись, он понял, что спустился к самой арене. Удивительно, но три нижних ряда мест оставались незанятыми, в то время как наверху люди едва ли не сидели друг у друга на головах.

— Ты уверена? — с сомнением спросил Сэйер. — Не хочешь подняться на второй ярус? Находиться так близко к огненным демонам…

— Боишься?

Какой мужчина после такого провокационного вопроса, да еще и заданного ехидным тоном, станет спорить и доказывать свою правоту? Выпятив грудь, бородач опустился на свободную лавку. Грид с улыбкой последовала его примеру — ей, как и Фаю, не улыбалось наблюдать за представлением, зажатой между другими зрителями до треска в ребрах.

— Начинается, — кивнул на арену Сэйер.

В этот момент Фай разглядывал притихшую публику на верху трибуны. Большинство дикарей были одеты в черное. Грид единственная вырядилась, как на бал, и в своем длинном блестящем платье казалась среди окружающих белой вороной.

— Смотрите, это воины тана, — раздался сбоку голос Сэйера. — Они целый год готовятся сразиться с демонами огня.

В центре арены образовывали живой круг шестеро обнаженных мужчин. Их наготу не прикрывали даже набедренные повязки, и Фай мысленно возмутился такому непотребству. Фу, сверкать половыми органами перед кучей народа! Сами же воины не стеснялись демонстрировать зрителям свои крепкие, бугрящиеся мускулами тела. Их бронзовая кожа блестела от масла. В руках воины держали золотые щиты. Когда свет, направленный на арену, отражался от идеально ровной поверхности этих щитов, то впору было зажмуриваться — так ослепительно они сияли.

— Сейчас верховный жрец храма откроет портал, — зашептал Сэйер в наступившей оглушительной тишине. Люди на трибунах сидели, как мышки, и боялись даже шевелиться, не то, что болтать. — Оттуда хлынут огненные демоны — псы Темнейшей. Их привлекает все пестрое, сверкающее, поэтому воины тана приготовили щиты. Тана станут дразнить демонов блеском своих щитов, и это будет напоминать танец. Очень красиво и зрелищно. А потом с помощью специальных заклинаний огненных загонят обратно в портал.

Что-то в словах Сэйера насторожило эльфа, он нахмурился, пытаясь понять, что именно.

— Какой в этом представлении сакральный смысл? — спросила Грид.

— Развлечь богиню, — пожал плечами Сэйер. — Ей нравится смотреть на то, как…

Его речь прервал стук барабанов. Ритмичный, он нарастал, становился громче, объемнее. Скамья, на которой они сидели, казалось, вибрировала от этого стука.

С громким кличем воины вскинули щиты. Высоко над ареной разверзлась черная дыра пространственного портала, из нее под общий испуганно-восхищенный вздох зрителей на свет хлынули существа, объятые пламенем. Тела тварей полностью состояли из трещащего, полыхающего огня. Их головы действительно напоминали собачьи — уродливые морды псов, оскаливших пасть. Ни лап, ни туловища в привычном понимании у демонов не было. Шея сразу перетекала в длинный змеиный хвост — сияющую огненную ленту.

Новые и новые демоны появлялись из дыры, из чернильного мрака открытого портала. Чудовища сновали туда-сюда, пылающие хвосты-ленты рассекали воздух над ареной и трибунами. Клацали зубы из огня, в распахнутых собачьих пастях ревело алое пламя.

Прав был Сэйер: зрелище завораживало. Фай почувствовал, как от ужаса у него перехватило дыхание, а от восхищения защемило в груди. Страшно и впечатляюще. Жутко и невозможно красиво.

Размахивая золотыми щитами, воины тана пытались привлечь к себе внимание огненных монстров.

— Я запомню это на всю жизнь, — сдавленно прошептала сидящая рядом с Фаем Грид и в порыве чувств прижала ладонь к губам. Несколько блесток на ее платье ярко сверкнули, отразив свет магических факелов.

И тут один из демонов, пролетающих мимо, резко повернул к Грид оскаленную морду.

В эту секунду, леденея от ужаса, Фай понял, что в рассказе Сэйера вызвало у него мимолетную тревогу.

Их привлекает все пестрое, сверкающее.

Воины тана станут дразнить демонов блеском своих щитов.

Платье химеры сияло столь же ярко, как их щиты.

«Вот почему люди на трибунах все в черном», — мелькнула паническая мысль.

А потом случилось то, чего Фай подспудно ждал. Разъяренный демонический пес метнулся к Грид.

Фай не успел подумать о том, что делает. Он резко бросился вбок, закрыв химеру собой, подставив огненным зубам монстра собственную беззащитную спину.

Боль ошеломила.

В ноздри ударил тошнотворный запах паленой плоти.

Его плоти.

Глава 18

Открыв глаза, Фай обнаружил, что лежит на животе в знакомой гостевой спальне. В поле зрения попали стена и зашторенное окно. Он узнал эти темно-зеленые обои и плотный коричневый бархат, преградой вставший на пути солнечного света.

Не в силах пошевелиться, Фай скосил взгляд. Рядом с кроватью, на которой он лежал, прямо на полу сидела Грид и нежно держала его за руку. Однако заметив, что эльф очнулся, она разжала пальцы и торопливо опустила ладонь себе на колено.

— Все будет хорошо, — сказала Грид очень тихо, как будто в комнате находился кто-то еще, кого она боялась разбудить. — Лекарь обработал твои ожоги исцеляющей мазью. Больно?

Больно не было, но кожу на спине неприятно стягивало. В голове словно плескалась мутная вода. Пришлось изрядно напрячь память, чтобы понять, какие события привели Фая на больничную койку.

Демон. Бешеный пес из пламени вцепился огненными зубами ему между лопаток.

— Эйхарри отправила к тебе своего личного лекаря, — со вздохом Грид опустила голову на край постели. Разделенные тонкой прослойкой воздуха, они смотрели друг другу в глаза. Теплое дыхание Грид оседало на его губах. — Эйвор Кален сказал, что даже шрамов не останется. Ну, может, совсем светлые, едва заметные. Жрецы Темнейшей вовремя подоспели и загнали демонов обратно в портал. О, боги, — она вдруг встрепенулась, отстранилась и закрыла лицо руками.

В тишине было слышно, как она всхлипывает, судорожно и тяжело сглатывает, шмыгает носом. Фай, которому трудно было пошевелиться, таким чужим, онемевшим чувствовалось все тело, протянул руку и коснулся ее плеча. Грид дернулась, отшатнувшись от его пальцев, словно это прикосновение ее обожгло.

— Я так испугалась, — прошептала химера из-под прижатых к лицу ладоней. — За тебя.

Она опустила руки и порывисто схватила его за кисть:

— Спасибо. То, что ты сделал… Никто… Понимаешь, никто… Я