Ретрит - Елена Владимировна Добрынина

Может, все-таки снять по приезду квартиру? И снова Мари стало страшно от одной только мысли об этом. Страшно и волнительно, как будто собиралась она совершить что-то дерзкое, не совсем приличное, но такое желаемое. Да только сможет ли она? Хватит ли сил?

Размышляя об этом, Мари едва не пропустила телефонный звонок. Это был Михаил Иванович.

— Мари, душенька, приветствую. Как вы проводите время?

— Спасибо, Михаил Иванович, отлично провожу, — усмехнулась девушка. — Гуляла по торговым центрам в поисках платья.

— Какая прелесть! Я знал, что вы умница-девочка и серьезно подойдете к моей просьбе. Как я рад, знали бы вы, Машенька! Аж от сердца отлегло! — Болтал без умолку распорядитель балов. — А я что вам звоню, как думаете? Чтобы сообщить адрес ресторана. Записываете? Девушка удивилась, ведь можно было и сообщением прислать адрес.

— Итак, 19.00, ресторан…

— Погодите! — Взмолилась Мари, — Сейчас карандаш отыщу.

Записав адрес и проговорив его по требованию собеседника дважды для надежности, Мари с улыбкой положила трубку. Какой же он все-таки смешной, этот Михаил Иванович! Она все еще держала смартфон в руке и думала о директоре дворянского общества, когда аппарат ожил и оповестил о сообщении. Мари сначала подумала, что неугомонный Мишель решил продублировать адрес в сотый раз, чтобы уж наверняка, но увидела текст и обомлела. В нем Арсеньев, как ни в чем не бывало, будто и не молчал больше суток, спрашивал совета: «Сегодня нужно быть на одном важном приеме по работе. Как думаешь, мой тезка выбрал бы фрак или все-таки остановился бы на костюме?»

Мари прыснула от смеха. Какого угодно ответа она ожидала, но явно — не такого. «Думаю, он выбрал бы офицерский мундир». «Чьорт, а ты права» — прилетело в ответ и Мари осознала, что растеклась лужицей прямо с телефоном в руках.

Глава 30

Встреча

Мари вышла из такси за пять минут до назначенного Михаилом Ивановичем времени. Она слегка волновалась и чуть не забыла в авто свой пакет с босоножками. Вот бы картина была, отругала саму себя, если бы пришлось остаться в ботинках.

Захлопнув дверцу, девушка осмотрелась, отыскивая взглядом вход. Судя по адресу, который был записан на бумажке, она не ошибалась, да только слишком крутым ей показалось размещать ресторан в огромном нарядном особняке с колоннами. Хотя… У владельцев подобных заведений, видимо, свои причуды.

Михаил Иванович встретил её на крыльце, вывалившись в сырую, сумрачную осень в одном только фраке. Боже! Как все серьезно! Мари даже выдохнула облегченно, что догадалась выбрать для этого приема вечернее платье. Если бы она приперлась в такое место в каких-нибудь джинсах, вот бы была потеха!

— Ого! — Не смогла она сдержать удивления. — Вы не говорили, что все будет столь официально. В таком… пафосном месте… ужин?

— Это не совсем ужин. Точнее, не только ужин. Я утаил, да, каюсь, Машенька! — Нетерпеливо пританцовывал рядом Мишель. — А как иначе? Вы бы ответили мне отказом! А это — никак невозможно, понимаете⁈ Совершенно никак.

— Больше пойти некому разве?

— Я же говорил, моя супруга будет грустить в одиночестве. Тут я не соврал вам, Мари.

— Так не честно, — закусилась Мари. Но не возвращаться же назад в самом деле.

— Если вы обидитесь, я пойму. Но вы останетесь довольны, уверяю! — Загадочно добавил распорядитель. — Ну, пойдемте же, что ж мы топчемся на ветру? Я совершенно озяб! Фрак, знаете ли, не предусмотрен для осенней погоды.

Он подал ей руку и повёл к двери. Та открылась и гости оказались в хорошо освещенном холле. Убранство особняка поражало роскошью и очень походило на оригинальную отделку. Но даже если это и новодел, то довольно искусный. Повсюду тут были люди. Дамы в вечерних платьях, в бриллиантах и жемчугах, мужчины же все сплошь во фраках.

Мари никогда не бывала на подобных собраниях и потому чувствовала себя неуверенно. Ей казалось, что и наряд плох и сама она не соответствует уровню. Да и ни одного бриллианта на ней не имелось.

Переобувшись и сдав вещи в гардероб, Мари подошла к ожидавшему её директору общества любителей дворянского быта.

Михаил Иванович беспечно болтал с кем-то по телефону.

— Да, все сделал в лучшем виде! Как и обещал, дорогой мой! Ну, ждем лишь тебя! — Он увидел Мари и поспешил прервать телефонный разговор.

— Я готова. Говорите дальше, что делать.

— Мари, вы прекрасно выглядите! Пойдемте же за наш столик, все уже заждались.

В зале, что соседствовал с холлом, были накрыты столы. За ними тут и там сидели гости, а на импровизированной сцене с одной стороны залы разместились музыканты. Квартет исполнял лёгкую, ненавязчивую музыку. Между столами сновали расторопные официанты. В отблесках хрусталя отражался яркий свет множества люстр.

Мишель подвел девушку к столу, накрытому на шестерых. За ним уже сидели трое — две дамы в вечерних нарядах и какой-то мужчина. Мари растерялась. Она-то думала, что приглашена лишь потому, чтобы составить компанию супруге Михаила Ивановича, но, как оказалось, это — неправда. Высказать своё «фи» Мари не успела, потому как присутствующие за столом посмотрели на них и Мари чуть не упала от удивления. За столом рядом с неизвестными ей дамой, сидел её непосредственный начальник и директор театра Павел Сергеевич вместе с женой.

— Здравствуйте, — обескураженно поздоровалась Мари, до сих пор не веря в то, что увидела. Откуда тут взялся ПалСергеич?

Начальник показался ей расслабленным и даже веселым, таким, каким Мари никогда не видала его в театре.

— Приветствую вас, Машенька! — Громов улыбнулся.

— Вот так сюрприз! — Не смогла сдержать удивления Маша. — Довольно неожиданно.

Она вдруг вспомнила, что, когда Павел Сергеевич отправлял её в командировку, он называл Мишеля своим старым приятелем. Так чего удивляться? Просто встреча друзей. Место, конечно, довольно странное. Какой-то светский раут в шикарном особняке, но в целом в предложенную версию укладывается.

— Знакомься, Мари, моя супруга Анна.

— Очень рада знакомству. — Улыбнулась спутница ПалСергетча. — Паша много о тебе рассказывал и работы твои хвалит.

Жена Громова выглядела утонченно и изыскано, в отличие от второй дамы за столиком.

— Благодарю. Приятно познакомиться.

— А это — моя Надюша, — довольно улыбаясь, представил наконец собственную супругу Мишель.

Мари снова удивилась: как же она подходила ему — с округлым личиком, с широкой и открытой улыбкой. В голове тут же всплыла картина, которую Мари представляла при первой встрече с Михаилом Ивановичем. Жена была ему подстать и отлично бы смотрелась на полотнах Кустодиева о мещанской и купеческой жизни. Мари тепло поприветствовала Надежду и присела на стул, который перед ней любезно