Связанная с ним - Аврора Белль

Медленно, день за днем, она ломала мою защиту. Не знаю, сколько еще я смогу выдержать.

В одиннадцать тридцать четыре Виттория вышла из ванной в белых кружевных трусиках и подходящем бралетте (Бралетт — это лёгкий, мягкий бюстгальтер без косточек и жестких фиксирующих вставок) на тонких бретелях. Она подошла к кровати и взобралась на неё, медленно ползя на четвереньках и давая мне отличный обзор на её округлую задницу. Она легла с тихим вздохом, и я внимательно наблюдал, как она положила руки на голый живот. Когда она просунула пальцы под резинку белья, она спросила:

— Ты здесь, малыш?

Это было абсурдно.

Моя жена держала меня в железной хватке. Я был поглощен ею, днем и ночью, и как только я думал, что в безопасности, пока сплю, она проникала в мои сны.

— А где мне еще быть, topolina? — ответил я хрипло, моя рука уже была под простыней, сжимая пульсирующий член. Я провел большим пальцем по капле предэякулята, растирая её по головке.

Никто из нас не продержался долго, но когда мы кончили, мы сделали это вместе. И мне это понравилось.

Мне, черт возьми, это очень понравилось.

Глава 15

Элитное шампанское

Виттория

Из всех дней, что я провела в Нортпорте, сегодняшний был однозначно лучшим. Входя на кухню с глупой улыбкой на губах, я поставила коробку на стойку и задалась вопросом: как, черт возьми, мы прошли путь от тогда к сейчас за такой короткий срок?

Всё началось еще вчера вечером. После десяти чувственных ночей, проведенных в изучении собственного тела, я могла с уверенностью сказать, что открыла в себе вещи, которые удивили даже меня. Одно из открытий: мои соски оказались невероятно чувствительными, и я могла кончить, просто играя с ними. Мои губы часто пульсировали, когда я вспоминала голодные поцелуи мужа. И каждый раз, когда я была готова коснуться небес, я представляла себе только одно: выражение лица Этторе в момент, когда он кончал, — именно это всегда сбрасывало меня с обрыва. Кроме того, к настоящему моменту стало совершенно очевидно, что я, по сути, тайный эксгибиционист.

Кто бы мог подумать?

В этой роли было что-то необычайно дерзкое и в то же время странно безопасное. Всю свою жизнь я боялась только одного — быть отвергнутой. Но здесь, в своей спальне, такого шанса не было. Оставалось вопросом, действительно ли за мной наблюдают, но даже если Этторе не смотрел, я всё равно выступала для него. Причем с большим энтузиазмом.

Но вчерашняя ночь превзошла все остальные. Когда шоу закончилось и я лежала с широко открытыми глазами, тяжело дыша и поражаясь тому, как быстро мне удалось пройти путь от начала до конца, я изумленно выдохнула:

— Вау. Это было... — Мой мозг превратился в кашу. — Неожиданно. Сюрприз, но приятный. Это был оргазм высшей пробы. Лучший на данный момент. Прямо как элитное шампанское. — Чувствуя легкое головокружение, я выпалила: — Ого.

А когда я встала и направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок, я вымыла руки и подразнила мужа игривым:

— На твоем месте я бы волновалась. — Я подняла влажную руку и пошевелила пальцами перед зеркалом. — С такими пальчиками я начинаю сомневаться, нужен ли ты мне еще.

Поэтому, когда на следующее утро я вынесла Марко чашку кофе с вежливой улыбкой и радостным «Доброе утро», я была слегка ошарашена, когда он взял чашку, но протянул мне дорогой на вид матовый черный пакет. Я осторожно взяла его, спросив: «Что это?» Он был довольно тяжелым.

Марко отпил кофе и легко пожал плечами:

— Без понятия. Привезли рано утром.

Интересно.

Сгорая от любопытства, я села на верхнюю ступеньку и выудила из пакета черную прямоугольную коробку. У неё были золотые петли, а на передней стороне — золотой символ пик с тиснением буквы «А». Когда я поставила коробку и открыла её, внутри, на черном бархате, лежала золотая бутылка. Я тихо спросила:

— Что это?

Марко присвистнул:

— Это Armand de Brignac. — Я непонимающе посмотрела на него. — «Туз пик». — Он пожал плечами. — Брют. — Я вопросительно подняла брови, и он слегка вздохнул, видя мое очевидное невежество. — Шампанское. Дорогое шампанское.

Как только он произнес эти слова, у меня отвисла челюсть. Я подняла роскошную бутылку перед лицом, разглядывая её, и изумленно прошептала:

— Элитное шампанское.

Внутри всё перевернулось.

Ну, кажется, на один вопрос я получила ответ.

Теперь это было неоспоримо: Этторе действительно наблюдал за мной.

На моем лице расплылась медленная улыбка, но брови сошлись к переносице.

Как он это провернул?

Даже находясь в радиомолчании, в полной изоляции, он флиртовал со мной, и довольно успешно.

Я не могла не восхититься.

Марко прищурился, глядя на меня:

— Чувствую, что упускаю важную часть истории. Я вообще хочу знать, в чем дело?

Я покачала головой, но улыбка не исчезла. Я немного смутилась, ответив:

— Это личная шутка.

Марко удивленно поднял брови:

— У вас с Тором теперь есть общие шутки?

Бутылка сверкала на солнце. Внезапно грудь расширилась, и дышать стало так легко.

— Похоже, что так.

Я занесла бутылку в дом, вынула её из коробки и аккуратно поставила в холодильник. Я осторожно закрыла дверцу и выдержала небольшую паузу, прежде чем произнести вслух:

— Я знаю, что заслужила его, но приберегу для того момента, когда ты приедешь в гости.

Моя мягкая улыбка на мгновение увяла. Счастье немного померкло, когда я спросила:

— Ты ведь приедешь, правда?

Сердце словно сжало тисками, и я почувствовала, как моё эго растворяется в лужице у моих ног, когда я почти взмолилась:

— Пожалуйста, приезжай.

Дни шли, и мы приближались к середине апреля. Стоял прекрасный, теплый день.

Я услышала, как открылась входная дверь, когда начала спускаться вниз.

— Марко? — Мои волосы всё еще были влажными после душа. Я провела по ним пальцами, и милое цветочное платье с длинными рукавами прилипло к бедрам, пока я окликала его: — Раз уж ты на кухне, не мог бы ты налить мне чашку? — Все еще