История одной ненависти - Дара Бояринова

Итан протянул мне стакан, до половины наполненный коньяком:

– Выпей!

– Налей всем, кроме Арти, конечно. Давайте вместе выпьем, – предложила я, глядя Итану прямо в глаза.

В этих глаза я увидела то, что он всё понял. Вот сразу всё. Конечно, он понял, что, пусть Арти сильный человечек и проявил себя как заботливый мужичок, но он все– таки ребенок, а женщинам сейчас необходимо почувствовать мужскую защиту и силу, и чтобы кто– то руководил, пока они рыдают, и дал возможность побыть слабыми, и слезы утер, и пошумел спокойствия ради

Мы не сели за стол, а выпили стоя, ничего не говоря, понимая, что эта рюмка боевая, не требующая закуски, а ставящая точку в сегодняшнем испытании. Все остальное – застолье, питье – это уже расслабляющее, снимающее стресс и смывающее с души остатки страха, запоздалых переживаний и осмысления случившегося.

– Лар, тебе придется мне помочь, мне нельзя мочить руки, – шепнула я, и шмыгнула носом.

– Идем, моя хорошая, сейчас будешь чистая и красивая!

– Итан, вы втроем сможете на стол накрыть? – боялась уйти от них, оттягивала я момент.

– Конечно! Идите, мы разберемся. Арти, покажешь, что здесь и как?

– Покажу. А вы кто? – нахмурился Арти, сообразив, что в доме посторонние мужчины.

– Меня зовут Итан, – представился Итан. – А это Ролан. Мы оба следователи, из прокуратуры.

– Ух ты! – восхитился Арти. – А вы расскажете про задержания всякие?

Мы с Ларкой посмотрели на Арти и поняли. Арти внутренним, обостренным детским чутьем принял этих двоих мужчин сразу, влет и без подозрений, почувствовав, что им можно доверять, и расслабился, отдавая ответственность за женщин взрослым.

Оставив мужчин хозяйничать, мы с Ларкой направились в ванную

* * *

Мы сидели за столом вчетвером. Арти стоял возле меня, не отходя ни на шаг, и поглаживал по спине ладошкой.

Пока мылась, выплакала в ванну и Ларке на плечо все свои слезы, страхи, воображаемые ужасы возможных вариантов развития событий – что могло быть, если бы!.. И почти успокоилась, когда отправила купаться Итана, и мы с Ларкой перерыли весь дом, подбирая ему хоть какую– нибудь одежду. Торопясь поставить точку в отношениях с Альбертом, я собрала все, до единой его вещи, впрочем, ни одна из них Итану не подошла бы по размеру.

Выход всё– таки нашелся. Из глубин шкафа была извлечена мужская сорочка огромного размера, она оказалась у меня случайно. Дворецкому леди Турсенс, Дереку Виброу однажды принесли не тот заказ из ателье, и он уже собирался вернуть эту сорочку, но я выкупила неудачный заказ, и оставила её себе.Она была мягкой, уютной и доходила мне до колен, а вот Итану была слегка маловата. В том же углу шкафа обнаружила брюки самого Дерека, доставленные из того же ателье уже после того, как Дерека не стало. Кстати, и эти брюки были бы Дереку чрезвычайно велики. Выкинуть их у меня не поднялась рука, так что я засунула их в дальний угол и забыла. Сейчас они оказались очень кстати, правда, были коротковаты героическому следователю из прокуратуры.

Экипировав Итана таким образом, затолкала в стиральную машину, ну как в стиральную, это я так ещё по– земному называю некоторые вещи, больше всего аппарат походил на небольшой таз со встроенным амулетом подогрева воды и очистки ткани. Так вот, все его вещи и остатки своего костюма, я затолкала в этот аппарат, окончательно сбрасывая с себя истерию этими нехитрыми бытовыми заботами.

– Все, все! Хватит суеты! – торопил всех Ролан. – Мисс, давайте уже присаживайтесь за стол!

Пока все мылись, переодевались, замазывали раны, он сходил в ближайшую лавку и купил еще две бутылки коньяка, поясняя Ларе, вопросительно вскинувшей брови:

– Все равно одной нам не хватило бы, чтобы потом не бегать. Если останется, уберем в холодильник.

– Вы очень предусмотрительный человек! – усмехнулась Ларка.

– А то!

Когда все наконец расселись, он поднял полную рюмку и предложил тост:

– Ну что, с боевым крещением вас, Тина!

– Это точно! – согласилась я.

Мы выпили и стали быстро закусывать. Оказалось, что все очень голодные, и стол, уставленный яствами, располагал к этому, да и отпускающий понемногу нервный перенапряг вызывал аппетит.

– А вот скажите мне, Тина… – начал Ролан, с аппетитом наворачивая плов, приготовленный мной накануне. – Как я понял, вам тоже всадили укол?

– Да.

– Тогда почему вы не отключились, как Итан?

Понятно, есть такие люди, хмыкнула про себя, и Ролан оставался следаком всегда, наверное, даже во сне.

– Все дело в том, что у меня с рождения неправильный обмен веществ, какой– то необыкновенный., – начала я рассказ очень отредактированной версии своей особенности, ну на самом деле, не могу же я всем и каждому рассказывать правду о себе. –В медицинских терминах это звучит очень заумно, а если просто, то я не воспринимаю никаких психотропных, снотворных, обезболивающих средств, даже на магической основе. Мой организм их сразу нейтрализует. Тетя все время боялась, чтобы я, не приведи Богиня, что– нибудь не сломала или не пришлось бы делать операцию. Правда, мне не проводили анализ на уж очень крутые препараты, но все более или менее известные лекарства, действующие на нервную систему, на мне испытывали.

– То есть тебе невозможно снять боль? – спросил Итан.

– Может, сейчас и есть какие– нибудь новые препараты и амулеты, которые на меня подействуют, но я таких не знаю.

– А спиртное? – спросил Ролан.

– Нет, – засмеялась я. – Меня лекарь сразу обрадовал, что алкоголичкой я никогда не стану. Единственное, что ненадолго притупляет боль и от чего я могу также ненадолго опьянеть, – это коньяк и водка. Но я их не очень люблю.

– Я думаю, что как раз ваш обмен веществ самый правильный, – сказал Ролан и предложил: – Выпьем!

Предложение было поддержано и реализовано.

– Тиночка, – задушевным голосом попросил Ролан, – я вас очень прошу, расскажите, как все произошло, если, конечно, это не вызовет новый поток слез.

– Не вызовет, я уже в порядке. Только у меня большая просьба: не заставляйте меня излагать это на бумаге. Вы лучше сами все напишите, а я подпишу.

– Конечно! – быстро согласился Ролан.

Я кивнула, усадила Арти рядом и строго велела ему есть. У