Фамильяр — изгой - Джеффи Кеннеди

Учитывая, что именно таков был его первоначальный план, он с ужасом осознал, как сильно ему не хотелось встречаться с леди Ханнейл в присутствии Селии. Все могло пойти только наперекосяк.

Еще хуже было Селии на другом конце их связи: ее тревога от того, что она не может говорить или двигать собственным телом, пока ее грузят в одну из колесниц стражи Ханнейл, была почти невыносимой. Если маленькие, замкнутые пространства напоминали ей о бессилии и уязвимости, то насколько хуже будет для нее эта ситуация?

Он жалел, что не владеет трюком Габриэля, позволяющим превращать фамильяра в альтернативную форму, не прикасаясь к ней. От него не ускользнуло, что поскольку он слишком много времени проводил в раздумьях, этот трюк не принесет ему никакой пользы: первое — он настолько погряз в магических долгах, что ему так же плохо, как и в Доме Фела, и второе — отказавшись принять Селию в качестве своего фамильяра, он все равно не сможет перевести ее в альтернативную форму.

Вот что он получил за попытку быть благородным и поступать правильно — только еще больше все испортил. И разве это было не предсказуемо?

* * *

Селли использовала недавно приобретенные дыхательные и медитативные техники, чтобы бороться с паникой, раздирающей ее разум от невозможности двигаться. Сейчас не время выходить из себя, яростно говорила она себе, желая, чтобы вместо этого бесплотный голос Джадрена произнес язвительный приказ.

Это было гораздо эффективнее, но, видимо, он говорил в ее голове только когда они не находились в обществе друг друга. Ее также очень беспокоило, что она не могла повернуть голову, чтобы проверить, как он там, но, по крайней мере, у нее была связь, которая позволяла ей быть уверенной, что он не упал с Вейла и не остался позади.

Не то чтобы Вейл когда-нибудь позволил бы этому случиться, но сейчас он был не в себе и не мог контролировать себя больше, чем она и…

Это не медитация, сказала она себе. Это скатывание в безумие и никому не поможет. Освободив разум и подумав о ярком свете, как учила ее Ник, Селли даже не приблизилась к цели, а сосредоточилась на связи между ней и Джадреном. Почему этот отвратительный волшебник назвал ее связь слабой?

Может быть, из-за ее ослабления? Ей пришлось сосредоточиться на боли, чтобы понять его. Насколько она могла судить, с ним все было в порядке. Он был обездвижен, как и она, но в сознании. И боялся, определенно беспокоился о ней.

Что бы ни хотела от них леди Ханнейл, ничего хорошего это не сулило. Тем более, что эта группа волшебников, должно быть, из Дома Ханнейл, и она, судя по всему, находилась на их землях, где пытались убить Джадрена. И им бы это удалось, если бы его можно было убить.

Из того, что Селли знала о политике Созыва, следовало, что для Дома Ханнейл убийство отпрыска Дома Эль-Адрель было бы большой проблемой. Значит, они не знали, кто он такой. И они не распознали ее магию. В чем-то это должно было сработать в ее пользу. Она могла использовать их невежество против них самих.

— Или, — сказал бесстрастный волшебник, который, похоже, был лидером, переместившись в зону ее видимости, — твое невежество может сработать в нашу пользу, маленькая фамильяр. Как так получилось, что ты не знаешь, что волшебники Ханнейл умеют читать мысли, как ты мечтаешь сделать со своим сломленным волшебником? Отпрыск Дома Эль-Адрель, да? Это делает ситуацию интересной.

— Это сильно усложняет нашу ситуацию, — добавил другой.

— Надо было убить его, когда у нас была такая возможность, — с отвращением прорычал другой.

— Мы ведь пытались, правда? — главный волшебник звучал почти весело. — Вы видели его. Он никак не может быть жив — если только здесь не замешана магия. Возможно, что-то вроде того, что Ариэль и Тадкиэль используют для создания этих неубиваемых охотников. Да, леди Ханнейл будет очень довольна нами.

— Достаточно для того, чтобы быть захваченным врасплох, — пробормотал один из группы. — Я говорю вам…

— Эй! Что это?

В этот момент произошло четыре события: Селли внезапно вновь обрела контроль над своим телом. Джадрен выкрикнул что-то бессвязное. Вейл сорвался в галоп.

И маслянистое ощущение охотников затуманило все ее чувства.

Группа волшебников, окружавшая их, теперь рассеялась, как дождь перед порывом ветра. Охотники, казалось, были повсюду, темные фигуры выскакивали из теней под окружающими деревьями, прыгая с неестественными, похожими на прыжки ласки движениями, в сочетании с собачьими крадущимися.

Одно из существ внезапно появилось перед ними. Взмах когтистых лап, и волшебник, зажавший Селли в колеснице, отлетел в сторону, оставив ее одну.

Вейл исчез из виду. С облегчением можно было сказать, что боевой конь вынес Джадрена из этой схватки. Волшебники Ханнейл добавляли свои крики к грохоту, кричали друг другу, что их оружие не работает, что они не могут мысленно взять нападающих под контроль.

Селли мрачно усмехнулась про себя, ничуть не жалея, что их самодовольное превосходство так основательно подорвано. Они были настолько уверены в своей власти над ней, что не лишили ее оружия. Она не до конца контролировала ситуацию, но была близка к этому.

Воспользовавшись моментом, как учил ее Хан, она достала еще один кинжал и зажала его между зубами, на всякий случай тупой стороной к себе — если придется схватиться в рукопашной. Охотники набросились на волшебников Ханнейл, но пара из них не сводили с нее взгляда.

Скорее всего, они выследили ее здесь. Видимо, просто само ее присутствие освещало магический ландшафт, как маяк, как и предупреждала Ник. Положительной стороной того, что охотники хотели ее схватить, было то, что они избегали сильно повредить ее, что давало ей тактическое преимущество.

Недостатком, естественно, было то, что ей нужно было сделать все, что в ее силах, чтобы избежать пленения. И неважно, что ей очень не хотелось становиться пленницей или собственностью того, кто поручил это дело охотникам. Джадрен нуждался в ней. Она не стала бы утверждать, что он не выживет без ее помощи, но уж точно бы не преуспел в выздоровлении. Особенно, когда за ним охотятся люди.

Она уже определилась с деревом. Выбрав момент, она бросилась к нему, используя всю ту изворотливую скорость и ловкость, в которой ее регулярно обвинял Джадрен.

Хотя охотники взвыли при виде ее движения, а двое бросились следом, чтобы встать на страже у подножия дерева, никто из них не смог ее остановить, и, казалось, даже не пытался. Без сомнения, они были вполне