Стон океана - Эмма Хамм

Фортис вздохнул, готовясь уплывать. Встряхнув хвостом, он попытался понять, почему океан послал к нему жену. Чтобы напомнить, ради чего он все это делает? Глубинник и так помнил. Ради семьи и… друзей.

Из гейзера донесся низкий, раскатистый смешок. Буквально из гейзера. Словно сама глубина вздрогнула от эха древнего голоса, что недавно говорил с ним в бездне.

– Как же ты плохо слушаешь, – вздохнул божественный голос. Гейзеры запузырились от его мощи. Огромные пузыри лавы забулькали, выбрасывая в воду еще больше серы и окатив Фортиса желтой волной, которую тот тут же выплюнул, потому что даже для глубинника это был перебор.

У него что, начались галлюцинации? Дно не умело разговаривать.

– Я слушаю хорошо, – сказал он. – Я слышу тебя.

– Как и полагается. Но ты разговариваешь с мертвецами и не слушаешь то, что тебе говорят. Интересный ты глубинник, Фортис. Очень любопытно за тобой наблюдать.

Шипы на его руках и спине встали дыбом.

– Да кто ты такой?

– Я не сказал тебе этого в прошлый раз, и в этот тоже не скажу.

– Почему ты прячешься? Ты же был в том саркофаге, разве нет?

– Я везде, и я нигде. Я часть суши и океана. Я не поддаюсь твоему осмыслению.

Да что это был за голос? Фортис раньше разговаривал с Древними, но этот был на них не похож. Это создание не звучало, как гиганты из глубины.

Живот свело от страха. Уже много лет Фортису не доводилось так себя чувствовать. Глубинники вообще редко ощущали страх. Даже узнав, что его сына похитили ахромо из Альфы, он чувствовал лишь ярость. Крайне редко Фортис терял контроль над собой.

Но существо, с которым он сейчас разговаривал, не было похоже ни на что из того, что он знал.

– Ох, Фортис! – хмыкнул голос. Несколько пузырей лавы лопнули вместе с его смешком, выплевывая раскаленные капли в воду. – Ты слишком много думаешь. Я же чувствую, как мысли гудят в твоей голове. Я ведь немногого прошу.

– Так чего именно ты просишь?

– Твоя тугая голова мешает моим планам. Мне нужно, чтобы ты достал женщину из корабля. Заглянул дальше в ее сознание. Там точно есть информация, благодаря которой твой народ проберется в Тау.

– Я не хочу ее заставлять. – Фортис мог себя за это ненавидеть, но это было правдой. Даже произнося эти слова, он чувствовал, будто предает жену, которая только что была прямо перед ним. – Если у нее есть для меня информация, то я хочу, чтобы она рассказала мне ее сама.

Это было лучшее, что он мог предложить. После всего, что Алексия перенесла, после всего, что он видел, Фортис не хотел ее заставлять. У нее еще был шанс сделать правильный выбор.

По воде разнесся низкий гул. Лава успокоилась.

– Ты веришь, что сможешь завоевать ее расположение.

– Верю.

– Веришь, что она выберет встать на нашу сторону.

Он чуть замешкался, но вздохнул.

– Верю.

Еще один гул.

– Если так, то это нужно делать быстрее. Она сказала, что никогда не видела доброты, Фортис. Покажи ей доброту.

Какая ужасная идея! Она была воительницей, созданием, знавшим только сражения и насилие. Что ей сделает его доброта? Но чем дольше Фортис об этом думал, тем сильнее начинал подозревать, что этот странный, непонятный голос был прав. Может, Алексии и правда стоило узнать его с другой стороны.

Глава 17. Фортис

Как же глупо было доверять голосу со дна океана, у которого не было никаких причин ему помогать! Фортис даже не знал, кому подозрительный голос принадлежал, но эти переживания он оставил на потом. Пока что у него был план. План, который должен был помочь Алексии открыться. В этом голос был прав. Она ни разу в жизни ни от кого не видела доброты. Если бы только он мог показать ей это, может, убедить в том, что доброта чего-то стоит, то подтолкнул бы ее в правильном направлении. Алексии большего и не надо было.

Фортис чувствовал, что она уже и так близка к тому, чтобы им помочь. Она хотела сделать в этой жизни что-то хорошее, и если о том, что такое «хорошо», расскажет ей он – тем лучше. Да, наверное, это все еще считалось манипуляцией, но хотя бы в благих целях.

Подплыв к кораблю, Фортис с удовлетворением отметил, что она все еще экономит энергию. Не собиралась так просто разбазаривать его подарок. Свет внутри был выключен, и, несмотря на работающее отопление, Алексия, кажется, даже не попыталась починить передатчик информации в Тау.

Все это было хорошим знаком.

Она опять сидела в кресле пилота и смотрела в океан. Она часто так делала. Сначала Фортис думал, что она так бросает вызов своему страху. Он чувствовал этот запах пару раз, когда женщина была в воде. Его маленькая вираго не так хорошо прятала эмоции, как ей казалось.

Он замер вне поля ее зрения. Алексия ему не принадлежала, поправил Фортис сам себя. Да, она заслужила имя, но это еще не значило, что она стала «его».

Проклятые серные поля так и не вправили ему мозги. И что-то глубинник сомневался, что, отнеся ее туда, куда собирался, сделает лучше.

– Глупец, – пробормотал Фортис, встряхнув головой. – Возможно, это плохая идея.

Но его манила перспектива убедить Алексию открыться ему. Он знал, что то, что планировал, могло их сблизить, но в то же время и правда хотел, чтобы она стала ему ближе. Чтобы она увидела, что у нее есть причины помогать его народу. Фортис так устал силой принуждать других к правильным поступкам. Хоть раз ему хотелось увидеть, как кто-то делает правильный выбор по собственному желанию. Без пророчеств. Без заглядываний в будущее. Просто делает то, что должен, ради блага всего океана.

Он зажег все биолюминесцентные огни. Они вспыхнули по одному, от кончика хвоста до самого живота, где разбежались по грудной клетке россыпью ярко-желтого. Алексия перевела на него взгляд, но, кроме глаз, в ней больше ничего не пошевелилось.

Это хороший знак или нет?

Фортис знал, что рассудок у ахромо очень слаб. Начинал бояться, что если оставить ее на глубине одну надолго, то она сломается.

– Алексия, – сказал он, подплывая к окну. – Надевай гидрокостюм.

– Зачем?

– Просто надень, без споров.

– Домой ты меня все равно не отнесешь, – фыркнула женщина. – Так почему бы мне не погнить тут еще немного?

Да, она определенно слишком