Рождественский Грифон - Зои Чант

обратно и начали пробираться по снегу ближе, теперь, когда на пути не стояли три массивных дракона. Пебблс была на несколько лет старше ее и сияла поблескиваниями еще больше, чем обычно — Дельфина подозревала влияние Паскаля, и, конечно, способность превращаться вместе с украшениями, а не только с одеждой, могла помочь сгладить недовольство старейшин насчет ее пары. Цветные камни сверкали на ее пальцах и в несколько рядов в ушах.

Родители Пебблс, Дядя Мартин и Тетя Гризельда, были такими же, как всегда: мускулистыми и отстраненными. Брут, которому, если Дельфина правильно помнила, только что исполнился двадцать один, щеголял новым андеркатом6, а Ливия, четырнадцати лет, выглядела так, словно пыталась не показать, что запыхалась после недавнего полета. У нее был Первый Полет только в прошлом году, и она, вероятно, все еще привыкала к своим крыльям.

— Привет, народ, — весело бросила она, помахав им рукой. — Как вам Pine Valley?

— И это все? — сказал Андерс, притворно возмущаясь. — Это все, что ты можешь сказать, после того как пропала? Мы не спали ни днем, ни ночью…

— Изводились от беспокойства, — вставил Вэнс.

— … ни ели, ни спали, сходили с ума от волнения…

— Да ладно вам. — Дельфина подождала, пока Андерс подойдет достаточно близко, затем сделала нерешительный шлепок в сторону его головы. Он уклонился, его возмущение достигло пантомимных масштабов. Вэнс, хитро, оставался вне досягаемости. — Вы же на самом деле не искали меня, да?

Близнецы переглянулись так быстро, что она почти не заметила.

— Конечно нет, — сказал Андерс. Хардвик прочистил горло. — Мы присоединились к поискам дракончика, когда Мистер Хартвелл сказал, что он пропал.

— Мама не с вами?

— Неа. Она делает, как ты, заседает со старейшинами, чтобы остальные могли немного расслабиться. Кстати говоря…

Взгляды обоих близнецов скользнули к Хардвику и обратно к ней.

— Не то, чтобы мы лезем…

— Мы даже не спрашиваем, мы такие тактичные…

— Но если бы мы спросили…

— На всякий случай…

Андерс опустился на колени.

— Пожалуйста, скажи, что тебе удалось раздобыть дедушкиного проклятого пойла.

— Верно. Это вопрос, который вы хотели задать. — Дельфина скрестила руки.

— Прошло три дня, Дельфи! Это вопрос жизни и смерти. — Андерс полностью рухнул и перекатился на спину. — И смерть становится все привлекательнее с каждой минутой. Не могу поверить, что дед, которого мы знали все эти годы, был счастливым пьяным дедом.

Это была страшная мысль.

— И бабушка даже спрашивала о тебе, — добавил Вэнс.

Это было еще страшнее.

— Я была занята, — сказала Дельфина. — Не волнуйся, я не забыла о покупках. — Она зацепила одним пальцем спортивную сумку у ног Хардвика и приподняла ее, так что бутылки звякнули. Андерс драматично вздохнул с облегчением.

— Дельфина! — окликнула ее Тетя Гризельда. — Не собираешься нас познакомить?

Вэнс пробормотал, почти, но не совсем, вполголоса:

— Ну вот, испорти все, почему бы и нет. Я пытался найти способ сделать «Я была занята» похабным.

— Ты застрял на этом? — воскликнул Андерс. — Ты вообще мой брат? Да брось. Это классика. Она не вернулась, потому что была занята…

— Тетя Гризельда, Дядя Мартин. — Дельфина усиленно игнорировала своих братьев. — Я хотела бы представить вам Хардвика Джеймсона. — То, как она сжимала его руку, должно было выдать игру, но она все равно сказала это: — Мне, наверное, следует сказать сначала маме или дедушке с бабушкой, но… Хардвик — моя пара.

Тетя Гризельда улыбнулась так, что улыбка почти достигла уголков ее губ.

— Хардвик, да? И вы…?

Хардвик встретился с ней взглядом, и ее улыбка не дрогнула ни на йоту.

— Как мило, — сказала она.

Веко Хардвика дрогнуло.

Ой, с сочувствием подумала Дельфина. Это плохо кончится.

Она схватила спортивную сумку с одеждой и бутылками таким образом, который ясно давал понять, что в пути с ней нужно будет обращаться по-человечески, и разношерстная группа оборотней приготовилась отправляться. Дельфина уже собиралась снова забраться на спину к Хардвику, как в кармане завибрировал телефон. Она нащупала его и уставилась на экран в изумлении.

Если бы ей пришлось угадывать, кто может ей звонить, ее босс был бы на первом месте. Его ретрит должен был закончиться как раз сегодня, и, вероятно, у него накопилась тысяча проблем, которые ей предстоит решить, пока он добирается до аэропорта.

Но это был не он. Это была ее мать.

Дельфине было не по себе, пока она листала одно за другим сообщения от мамы. Ни в одном из них не было прямой паники, но уже сам факт, что их так много, говорил о том, как сильно та волновалась.

Ее мама. Беспокоилась о ней.

Даже несмотря на то, что она Белгрейв. Даже несмотря на то, что семейный девиз их семьи подразумевал, что все должны были думать, что с ней не могло случиться никаких неприятностей.

Все еще переваривая это странное чувство, Дельфина отправила быстрое, успокаивающее сообщение.

Я в порядке! Наткнулась на поисково-спасательную команду драконов по дороге обратно. Бедный Коул в безопасности, но, думаю, ему влетит! Скоро увидимся!

Она сразу же получила ответ.

Слава Богу. Не пугай меня так больше!

Не пугать ее? А чего тут было пугаться? Насколько ее мама была осведомлена…

Дельфина сунула телефон обратно в карман и прикусила губу.

Насколько ее мама была осведомлена, у нее не было причин для беспокойства. Но если знакомство Хардвика с остальной семьей пройдет так плохо, как она опасалась, все изменится.

Глава 22. Хардвик

Белгрейвы остановились в главной гостинице городка. Это была небольшая гостиница, но единственная в Pine Valley. Они забронировали почти весь номерной фонд и, как обнаружил Хардвик, когда они прибыли, вынудили менеджера предоставить им отдельный доступ в столовую на все приемы пищи. Куда ходили есть остальные постояльцы, он не знал, но понимал их, что те не захотели оставаться.

Он жалел, что Хартвеллы не пригласили их на ужин. Они казались хорошими людьми.

Не то чтобы все Белгрейвы действовали ему на нервы. Братья Дельфины были как любые придурковатые подростки, больше интересующиеся собственной жизнью, чем чьей-либо еще, а ее мать казалась милой. Она была невысокой и хрупкого сложения, с выцветшими светлыми волосами. Хардвик предположил, что она вошла в семью через замужество, и, пожимая ей руку, уловил проблеск ее внутреннего животного: домашнюю кошку.

Одержимость Белгрейвов статусом оборотня, сказал он себе, не может быть настолько плохой.

Через десять минут ужина он пересматривал это предположение.

Его усадили рядом с теткой Дельфины, Гризельдой, одной из оборотней, искавших маленького Коула. Он подумал, что это хороший знак, пока она