Сердце Белого бога - Рина Белая

— Вьюга.

Слово прозвучало едва слышно, словно дуновение ветра.

Я дернула ушами, плавно повернула голову к проснувшейся девочке, соскользнула с подоконника и подошла к ее кровати.

Селин подняла руку чтобы погладить меня по голове и улыбнулась, словно открыла для себя что-то важное.

— Вьюга, — сказала она чуть громче. — Это твое имя. Ты — вьюга.

Я тихо замурчала.

Селин повернула голову к Георгу.

— Георг, принеси мне, пожалуйста, теплого молока, — попросила она.

Глава 35

Виктор тихо вошел в комнату. Увидев, что Селин проснулась, он тепло улыбнулся и протянул ей стакан молока.

— Спасибо, папа, — слабым голосом сказала девочка, принимая напиток.

Она сделала несколько глотков и поставила стакан на столик у кровати. Затем ее взгляд скользнул по мне.

— Ну что, Вьюга, — спросила она. — Чем займемся? Может, посмотрим мультики?

Я покачала головой и, исчезнув в тени комнаты, оставила ее в легком замешательстве. Через несколько секунд я вернулась, неся в зубах Vinni, виртуального ассистента.

— Ты серьезно? — Селин рассмеялась, но ее голос звучал устало. — Ладно, включим.

— Привет, Селин, — раздался искусственный голос. — Чем я могу помочь?

Селин задумалась, затем перевела взгляд на меня.

— Покажи мне планету, с которой она прилетела, — прошептала она.

Виртуальный ассистент направил на меня свои сканеры. Через мгновение перед Селин возникло голографическое изображение — мир, покрытый вечным льдом и мерцающий серебром в лучах далекого солнца. Кратеры с замёрзшим голубым льдом пересекались глубокими трещинами, сквозь которые виднелась зияющая пустота.

Глаза Селин широко раскрылись.

— Это так красиво, — сказала она и, опустив голову на подушки, тихо попросила: — Vinni, расскажи мне о планете.

Голос ассистента наполнил комнату рассказом о Fratrrae — далекой суровой планете, известной своим беспощадным климатом и редкими обитателями, способными выживать в таких тяжелых условиях. Селин, завороженная рассказом, не отрывала глаз от голограммы. А я смотрела на Селин, чувствуя, как что-то болезненно сжимает мою грудь. Эта девочка, такая хрупкая, такая чуждая мне по своей природе, стала для меня всем.

Заметив мой взгляд, Селин попыталась мне улыбнуться.

В этой девочке не было зверя, не было той силы, которая связывает человека и зверя. И пусть это было неправильно, для меня это ничего не значило. Селин стала моей семьей. Она была моей стаей. Теплой, светлой, настоящей.

Взгляд привлекла голограмма корабля, причаливающего на Fratrrae. Я отчетливо вспомнила момент своего пробуждения на корабле: яркий свет, запах металла и реактивов и взгляд Дока, полный жадного любопытства.

Полет был адом. Я вспомнила как его «насекомые» прокалывали мою кожу, как странные и непонятные механизмы подключались к моему телу, оценивая реакции, исследуя мою природу, вспомнила свой молчаливый протест.

Зверь попытался стряхнуть воспоминания, но человек внутри держал их мертвой хваткой.

Сравнение Лоренции с Доком было резким, но точным. Лоренция тоже смотрела на меня, как на редкий экземпляр для экспериментов, с интересом, но сдерживаемым рамками морали и авторитета Виктора.

И тут меня осенило.

Я знала, как спасти Селин.

Молнией сорвавшись с места, я вихрем подлетела к Виктору. Он стоял у окна, погруженный в свои мрачные мысли, не замечая ни метели за стеклом, ни движений вокруг.

Я вскочила на подоконник и зашипела, пытаясь привлечь его внимание. Когда наши взгляды встретились, я мордой указала на Селин и попросила его вызвать Лоренцию.

Виктор нахмурился и медленно обернулся. Подойдя к кровати Селин, он настороженно посмотрел на меня. Я бросилась к нему и, спрятав когти, ударила его лапой по ноге, но в ответ услышала раздраженное:

— Успокойся.

Я зашипела.

Я чувствовала, как нарастает его раздражение. Видела, как напрягаются мышцы на его лице.

— Прекрати немедленно. Ты пугаешь Селин, — его тон стал резче. Гнев вытеснил усталость.

— Папа, почему она так ведет себя? — спросила Селин, встревоженно глядя на меня.

— Не знаю, милая.

Он не понимал. Не понимал моего языка. Не понимал, что я хотела сказать ему.

Я снова попыталась достучаться до Виктора, даже продемонстрировала ему свои клыки.

— Все. Хватит! — приказал он, делая шаг вперёд и хватая меня за шиворот. Свободной рукой он потянулся к коммуникатору и вызвал охрану.

— Посидишь в клетке некоторое время, — сказал он, бросая на меня злой взгляд.

Меня не пугала клетка. Замкнутое пространство. И возвращение к тому, что было раньше. Меня пугало то, что у Селин больше не было времени.

Извернувшись, я запрыгнула на кровать Селин, чем сильно ее напугала.

Словно прочитав мои намерения, Виктор выставил руку вперед и угрожающе прорычал:

— Не смей!

В следующее мгновение мои клыки сомкнулись на ладони Селин.

— Ай, — вскрикнула девочка и уставилась на рану, из которой проступила тонкая полоска крови.

— Дьявольское отродье, — взревел Виктор, бросаясь на меня.

Увернувшись от протянутых рук Виктора, я сорвалась с места и, толкнув дверь, выбежала в коридор.

Глава 36

Я не хотела причинять боль Селин. Ни на секунду. Ее тонкая кожа, пронзенная моими клыками, была для меня как порез на собственном сердце. Но это был единственный способ заставить Виктора немедленно вызвать Лоренцию.

Я знала, что у меня есть меньше часа до ее приезда. И я не хотела терять ни минуты. Моей целью был Георг. Он был человеком с ясным умом и добрым сердцем. Если кто-то и мог меня понять, то только он.

Я молнией пронеслась мимо охранников. Один из них попытался преградить мне путь, но я ловко увернулась. Их шаги и громкие крики эхом разносились у меня за спиной, но я знала все ходы и укромные места этого дома. Это была моя территория.

Добравшись до комнаты Георга, я на мгновение замерла, прислушиваясь к тишине по ту сторону двери. Затем резко ударила лапой по дереву. Как только дверь приоткрылась, я, не дожидаясь приглашения, скользнула внутрь.

Передо мной стоял Георг, уже в домашней одежде. Он явно собирался ложится спать. Его лицо выражало усталость, смешанную с удивлением.

— Вьюга? Что ты здесь делаешь? — спросил он, прищуриваясь. — Что-то случилось?

Я кивнула.

— Ты хочешь объяснить мне? Или я должен догадаться? — произнес он растерянно.

В комнате стояла напряженная тишина, нарушаемая лишь моим шумным дыханием. Хвост нервно бил по воздуху, глаза лихорадочно блестели, а когти скользили по полу в бесполезной попытке выцарапать слова, которые я не могла произнести.

Георг стоял неподвижно, скрестив руки на груди. Он внимательно следил за каждым моим движением, пытаясь понять, что происходит.

— Прости, Вьюга. Ты всегда была умной и осторожной, но