Отец моей подруги - Асия Кравец

Карим наклоняется ко мне и его дыхание щекочет мою щеку, пока он пристегивает меня ремнем безопасности. Я чувствую его запах, этот властный, притягательный аромат, от которого кружится голова. Он захлопывает дверь, и звук её щелчка отрезает меня от остального мира. А уже через минуту мы едем. В сторону универа. Так мне кажется.

Меня трясёт от его присутствия. Колотит, как в лихорадке.

Он сидит совсем рядом, его локоть почти касается моего. Я с такой грустью вспоминала о его прикосновениях. А теперь он очень близко. И мне хочется протянуть к нему руку, чтобы потрогать.

- А что будет, когда о нас узнает Ясемин? - спрашиваю громко и четко, пытаясь придать голосу уверенности, хотя внутри всё сжимается от напряжения.

Он какое-то время молчит. В салоне звучит напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим гулом мотора. Потом Карим глубоко вздыхает, словно принимает для себя какое-то решение.

- Если моя дочь узнает, то так тому и быть, Юля. Она уже взрослая девушка. Справится с этим, - его голос, холодный и отстраненный. Уверенный.

- Она моя подруга! Слышишь, предатель?! Моя подруга! Я не хочу, чтобы она узнала! Поэтому мы должны прекратить эти встречи! Слышишь? Мы должны прекратить! - кричу я, почти срываясь на визг. Я пытаюсь достучаться до него, хотя понимаю, что это бесполезно. Его взгляд устремлен прямо вперед, на дорогу, а лицо непроницаемая маска.

Он не отвечает. Лишь молча продолжает ехать по шоссе, игнорируя мои слова, мои мольбы, мой гнев. А потом резко, без предупреждения, куда-то сворачивает. Нас слегка заносит, и я невольно заваливаюсь на него. Чувствую его твердое плечо. Это мимолетное прикосновение выбивает из колеи окончательно.

- Куда? Куда ты меня везешь? - спрашиваю я, чувствуя, как меня начинает накрывать паника. Я начинаю догадываться, что едем мы совсем не в универ. Мне хочется верить, что я ошибаюсь, но все не так. Слишком пусто, слишком далеко от привычных улиц.

- Не бойся. Тебе там понравится, - его голос звучит мягко, почти ласково, но от этого мне становится только хуже. Я не хочу его ласки и нежности. Однажды они меня уже обманули.

Глава 38

Его слова вместо того чтобы успокоить, наоборот, накрывают очередной волной паники. В его голосе никакого сомнения или просьбы.

Только холодная и абсолютная уверенность. Я чувствую себя вещью, мнения которой никто никогда не спрашивает.

Машина несется вперед, оставляя позади привычные городские пейзажи. Мы проезжаем мимо каких-то дачных поселков, которые кажутся бесконечными. За окном мелькают частные дома и деревья, растворяющиеся в серой дымке.

Куда он меня везет?

Мозг, лихорадочно работавший еще секунду назад, теперь словно парализован страхом. Я пытаюсь вспомнить, где я видела эти места, но все сливается в один размытый фон. Я не знаю, где нахожусь сейчас. Не знаю, куда он везет меня. Я ничего не знаю.

Пытаюсь дергать ручку двери, но она не поддается нажатию. Я в ловушке. Карим лишь бросает на меня быстрый взгляд, замечает мои тщетные попытки отрыть дверь. Вздыхает.

- Перестань, Юль. Не надо бояться. Убери эту панику. Я ничего плохого тебе не сделаю. Хотел бы – уже сделал бы.

От его слов не становится легче, хоть я и осознаю, что он действительно не станет причинять мне вред. Для этого он не стал бы везти меня неизвестно куда. Мог сделать это и в городе.

- Куда ты меня везешь? Ответь! - мои слова вырываются почти шепотом, голос дребезжит, я не узнаю себя.

- Увидишь, - снова этот спокойный, размеренный тон. - Скоро приедем.

От его тихого голоса по коже бегут мурашки. Это его спокойствие пугает меня больше, чем могла бы испугать ярость.

Я чувствую, как легкие отказываются принимать кислород и дышать становится тяжело. Воздуха в салоне не хватает. Сердце сильно колотится в груди, отдаваясь пульсацией в висках.

Проезжаем еще немного, машина сворачивает на широкую неасфальтированную дорогу, ведущую вглубь леса. Сосны, ели, высокие и грозные. Из-за них солнечный свет почти не попадает на землю.

Дорога усыпана гравием, машина трясется, а я держусь за сидение, вонзившись в него пальцами.

Через пару минут перед нами возникает высокий кованый забор, что-то скрывающий за собой. Забор высокий. Очень. За ним ничего не видно. Ворота медленно, бесшумно распахиваются и мы въезжаем на закрытую территорию.

Я вижу очертания большого, современного дома. Он сделан из темного камня и стекла, выглядит дорого, неприступно. Нет никаких признаков жизни. Ни других машин, ни людей, ни света в окнах. Только этот огромный, пустой дом, будто выросший из темноты леса. Мой желудок сводит судорога и я сглатываю комок.

Карим глушит мотор. Наступает тишина, такая пронзительная, что в ней слышен каждый удар моего сердца. Карим поворачивается ко мне.

- Мы приехали, Юля. Добро пожаловать.

- Добро пожаловать куда? – спрашиваю тихо, не осмелившись посмотреть ему в глаза. Мой взгляд вонзился ему в щеку, покрытую густой порослью волос.

- Выходи, посмотришь, - усмехается он. Довольно дружелюбно усмехается, никакого намека на то, что он собирается мне здесь навредить.

Я смотрю на него, не в силах произнести больше ни слова. Глаза широко распахнуты, я сглатываю комок снова. Он никак не хочет проглатываться.

Карим тянется ко мне и отстегивает мой ремень безопасности. Задевает мое плечо и от этого прикосновения меня электрическим током прошибает. Инстинктивно отшатываюсь, насколько позволяет ограниченное пространство салона.

Карим выходит из машины, обходит её и открывает мою дверь. Протягивает свою руку с широкой кистью, на которой сверкают подаренные мной часы.

Я мотаю головой, вжимаясь в спинку сидения. Слов нет, одни догадки, зачем он привез меня сюда. И они не успокаивают.

- Выходи, - его голос абсолютно спокоен. Никакой угрозы в нем не звучит. Но он и не спрашивает. Не просит. Это приказ.

Я медленно поднимаю взгляд на него. Луч солнечного света попадает мне в глаза, заставляя их слезиться.

Карим выглядит до неприличия безупречно на фоне этого мрачного, страшного дома. На нем черное длинное пальто, распахнутое так, что виднеется черная рубашка. Высокий и статный. Он настолько красив сейчас, что это только добавляет страха.

Все тело дрожит. Я не знаю, смогу ли вообще выйти из салона. И не уверена, что хочу.

Карим замечает то, как я дрожу и ласково берет меня за руку.

- Не бойся, не съем