Долина слез - Изабелла Халиди

Она осмотрела его, выискивая любые признаки лжи и обмана. — Зачем вообще утруждаться расспросами, если у меня нет выбора?

— У тебя всегда есть выбор.

Дуна заворчала, бормоча ругательства себе под нос. И подумать только, что Каталу пришлось иметь дело с этим напыщенным придурком целую вечность. — Как именно ты планируешь помочь в борьбе с Апофисом?

— Апофис не может быть убит, даже мной. Даже если мы с моим братом объединим силы. Он может быть только изгнан в свое Царство Хаоса, что означает, что вокруг него нужно будет установить другую клетку. Такую, которая помешает ему сбежать. И я знаю, как это сделать.

— Но он может сбежать. Снова. Если клетка сломается. Снова. — Дуна покачала головой, боль ослабла, когда разряды молний отпустили ее. — Я не собираюсь предавать доверие Катала, особенно ради решения, которое является лишь временным. Мы найдем другой способ победить Апофиса без твоей помощи.

Нкоси выпрямился, его глаза весело блеснули. — Твоя преданность достойна восхищения, но, видишь ли, у меня действительно есть окончательное решение. То, которое гарантирует, что Апофис останется взаперти. Навсегда.

Беспокойство и трепет разлились по ее венам, когда Дуна затаила дыхание, не смея ничего сказать, чтобы он не передумал и не раскрыл свой секрет.

Могло ли это быть? У него действительно был ответ?

Или он подначивал ее?

Неземная фигура появилась на периферии зрения Дуны, и ее голова дернулась в том направлении. Только для того, чтобы встретиться взглядом с очень знакомой формой.

— Мы снова встретились, дитя богов.

ГЛАВА

20

Г

енерал восседал на тиросском троне из литой бронзы. Спинка была достаточно высокой, чтобы он мог неторопливо прислониться, не рискуя случайно напороться на ряд шипов, венчавших его верхушку.

Одна рука была небрежно перекинута через бронзовый подлокотник в форме вытянутой волчьей лапы, другой локоть покоился на противоположном подлокотнике, удерживая корпус Катала в слегка наклоненном положении.

Вкус его прекрасной богини все еще оставался на губах, напоминая о том, что ждало его на атласном ложе греха. О том, что случилось до того, как он неохотно покинул ее райское тепло. О сногсшибательных образах того, как его женщина снова и снова кончала на его члене.

Он улыбнулся про себя, вспоминая все восхитительно порочные вещи, которые вытворял с ней, прежде чем наконец позволить ей уснуть.

Ей повезло, что руки были в бинтах — этот факт заставил его быть с ней помягче, поэтому он оставил ее отдыхать и набираться сил, а сам потратил это время на то, чтобы уладить кое-какие дела.

Ноги широко расставлены, он занимал как можно больше места. Улыбка Катала погасла, когда его невеселый взгляд скользнул по ряду мужчин, выстроившихся перед ним в огромном Тронном зале Скифии. Том самом зале, что кричал об ужасающей, жестокой истории своего народа.

Все помещение было выдержано в землисто-коричневых тонах — от стен до пола, выложенного терракотовой плиткой. Там, где стена прямо напротив помоста была покрыта окнами высотой до потолка, пропускавшими солнечный свет, остальные стены были увешаны множеством самых простых и самых экзотических видов оружия, известных человеку. Трофейное оружие всех поверженных правителей со всего Континента, которых предыдущие тиросские короли свергали с момента прихода Магнуса к власти.

Свергали и отправляли в ранние могилы.

Катал оглядел свою аудиторию. Два смертных короля со своими братьями, соответственно, и Чародей стояли перед ним гуськом. Отсутствовал только Эдан, который, скорее всего, ухаживал за маленькой девочкой, спасенной им ночью. Словно школьники в ожидании нагоняя, мужчины нервно переминались с ноги на ногу.

Все, кроме одного.

— Шед, — обратился Катал к богу. — Подойди ближе. — И, как он и предполагал, отец Дуны сделал это без малейших колебаний.

— Ваше Высочество, — приветствовал его мужчина в привычных синих льняных одеждах, склонив голову с каштановыми локонами, прежде чем встретиться с пытливым взглядом Катала.

— Полагаю, вы проинформировали нашего нового короля Бакара и оставшихся членов его семьи о текущем положении дел на Континенте.

Шед утвердительно кивнул. — Да, он знает, чего от него ожидают.

— Я не об этом спрашивал.

— Они знают о резне в Большом Дворце и о том, что причиной были демоны. Мы работаем над поиском решения, Святой Принц.

— Решение очевидно. Найдите потомков королевы демонов и верните их в Бакар, где их следует казнить и сжечь вместе с их приспешниками-демонами, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля и распространится по всему королевству.

— Боюсь, все не так просто.

Катал зарычал низко и угрожающе. Привычка бога всегда иметь в рукаве очередной секрет выводила его из себя. — И почему же? Пожалуйста, объясни.

— Мы не знаем, кто ее потомок. И их только один или несколько. Это может быть кто угодно. Где угодно. Может быть, даже в другом мире — возможности безграничны. А у нас не так много времени. Пантеры могут сдерживать их недолго, и даже если бы я командовал каждым живым зверем в Восточном Королевстве, это все равно не гарантирует, что им удастся сдержать нашествие демонов.

— Там может быть только один прямой потомок, — возразил Катал. — Демоны размножаются не так, как смертные, они могут выносить только один единственный плод до полного срока за всю свою жизнь, и эта черта передается по всей их родословной. Это также должна быть женщина — именно женщины несут в себе определенные гены. И она здесь, на Континенте. Иначе демоны не проснулись бы. Они бы не отреагировали на наследника крови королевы демонов, если бы этот человек находился в другом мире. Они не могут чувствовать через порталы. Ты уже знаешь это, Шед.

Кто-то пошевелился в ряду мужчин, но он не обратил на это внимания. Пока этот кто-то не прочистил горло.

— Генерал, — сказал Киан, делая шаг вперед, но удерживаясь от того, чтобы подойти к возвышению, на котором стоял тиросский трон.

Его трон. И Катал на нем.

— Можете подойти, Ваше Величество, — подбодрил он грозного молодого короля, помахав рукой и терпеливо ожидая, пока тот подойдет. — Что такое?

Пронзительные серые глаза Киана метнулись к Чародею, словно оценивая его. Чеканный бронзовый обруч гордо покоился на его темноволосой голове, удлиненная эмблема ужасного волка с обсидиановыми шипами казалась такой же зловещей, как всегда, в устрашающем пространстве, переполненном остатками бурного прошлого его предков.

— Возможно, я смогу помочь с этим, — наконец ответил король Тироса, снова переводя взгляд на помост и Святого Принца, сидящего в его центре.

При этих словах