Племянница из провинции - Дина Зарубина

– Из-за того, что простолюдины не учатся, и случаются опасные выплески и срывы, – пискнула Салли.

– За это казнить надо! – Важно сказал Лео.

Ребята заспорили, я промолчала. Случайные выплески даже у черных магов считаются несчастным случаем. Если человек не знал и не подозревал, что он маг, какое может быть наказание? Только учеба или запечатывание дара. Опять же, если дар редкий, то все равно постараются выучить, даже пожилого человека.

В Нейл-Аус, деревеньке возле моего поместья, у одной женщины заболела внучка, и та так распереживалась, что у нее открылся дар жизни на седьмом десятке. Внучку она исцелила, вся семья от счастья прыгала. Да что семья, вся деревня! А на третий день явились храмовники и забрали бабушку в храм. Учить, как они сказали. А на самом деле использовать. Кого за исцеление надо благодарить? Богов. Кому подношения нести? Храму, само, собой. А тут какая-то неграмотная бабка стала героиней целой деревни? Непорядок. Надо под контролем храма, под неусыпным оком служителей такое проворачивать, а то ведь крамола пойти может, засомневаются люди, как так, молитва не лечит, а бабка исцеляет? Это никуда не годится.

Настоятель и ближайшие помощники помолодели и поздоровели, провели парочку публичных сеансов чудесных исцелений, а потом бабушка, не привыкшая пропускать столько энергии через свои тонкие неразвитые каналы, перенапряглась и выгорела. Через неделю ее не стало, никакие молитвы не помогли. Шуму было на весь Уноа-Коэс. Магами жизни делиться надо, особенно с властями мирскими и храмовыми, а местный храм все себе решил захапать? Настоятель за свою жадность был низложен и сослан в горный монастырь обычным монахом-чернецом. А за семьей бабули стали очень внимательно присматривать, вдруг такое еще раз получится?

– Дженни, а ты что думаешь? – голос Салли вытащил меня из воспоминаний.

– Про учебу?

– Лео считает, что простолюдинов с даром надо просто казнить! Магия должна принадлежать только дворянам!

– Чего проще, открылся дар – получи дворянство, – хмыкнула я. Титулы королю ничего не стоят, листок гербовой бумаги да капля чернил. Да так оно по закону и надлежит на самом деле, только редко встречается.

– Правильно! Нечего сидеть, как собаки на сене! – Горячо подтвердил Реми. – От нас польза королевству будет, а дворянские задницы служить не пойдут!

– У нашей самьи и так денег достаточно, мне служить не обязательно! – задрал нос Лео.

– А как же обязательная отработка в течение десяти лет? – Удивилась Ирма.

– Пусть нищеброды служат! Припишут меня к канцелярии, да и все. Были бы у Дженни деньги, разве бы она работала? Она же дворянка!

Я только пожала плечами. Если бы да кабы… будь у меня наследство, будь у меня дар, останься в живых родители. Что толку мечтать? Хорошо, что молода и здорова, да и дар у меня определенно имеется. Болтать только про него не надо. Не зря Марк Холли советовал к профессору обратиться. К профессору мне идти не хотелось, меня полиция и так на заметку взяла, а если дар подтвердится, да еще ментальный, самый опасный, они же с меня тогда не слезут! Заберет тайная служба и прощай, свобода!

Буду учиться, тренироваться, авось что и выйдет. На Лео я совершено не обиделась. Глупый мальчишка. Кто он без своих родителей и их связей? Ноль без палочки. А я самостоятельная девушка, с местом. Даже с мужем, про которого мне очень хотят сообщить что-то интересное.

Наверное, у него есть любовница. Да что там «наверное»? Наверняка! Он же взрослый мужчина, с прошлым и настоящим. А хочется мне об этом знать? Вот ни капельки. Крепче спать буду. Меня вообще все устраивает. Вот смотрю на я Ирму и Салли… они просто, как котята! Такие наивные! Считают, что коробка с мамой-кошкой – это и есть целый мир. И парни их… дети. Чисто дети. Я совсем не такая, как они. Чувствую себя старше лет на десять.

Кто что сказал да как посмотрел, и навертеть десять тысяч теорий «как к тебе парень относится» и какие надо выстроить из этого стратегии, и придумать самые лучшие ответы, и чтоб все кругом завидовали… Тьфу!

Но зато есть с кем посмеяться, погулять, потанцевать. Что я правда, как бабка, разворчалась? Три дня выходных – это повод для веселья, а не унылого бурчания!

18

– Принцесса! Принцесса Эллибет! – раздавались приветственные клики.

Эллибет улыбалась с чувством полного превосходства. Она была великолепна! Белый тонконогий конь, лучший выходец из султанской конюшни, гордо нес свою всадницу. Эллибет была в ярко-зеленом платье и белом плаще с обильной вышивкой серебром. Волосы она решила распустить, в Кэллавейне жгучие брюнетки редкость, пусть любуются! На голове несколько жемчужных нитей, часть прядей перевиты зелеными лентами. Крупные изумрудные серьги спорили своим блеском с ее глазами.

Как можно такую красоту прятать в карете? Это лучшее, что эти смерды увидят в своей жалкой жизни. Она и эскорту приказала не лезть под ноги, пусть охраняют ее подальше, оттеняя ее совершенство. Пусть бесится неудачник Шинъяр. Она поедет одна и впереди.

Конь обвешан защитными амулетами, на ней целая горсть магических охранных побрякушек, а если и пролетит шальная стрела, то будет виновата принимающая сторона. Попасть в нее не попадут, но она может испугаться. И даже упасть в обморок от потрясения. Принцесса покосилась назад и вбок, прикидывая, не слишком ли далеко стража, чтоб успеть ее поймать?

В качестве компенсации можно поговорить о провинции Барбанус, например. Серебряные рудники, где добывают самородное серебро. Редкий электрум, природный сплав золота и серебра. Можно даже не навсегда, лет на двадцать. Отец будет очень доволен. Принцесса прищурилась на солнце, держа на лице ласковую улыбку.

К ее огорчению, смельчаков напасть на нее не нашлось. Жители столицы были утомительно дружелюбны, приветливы и искренне восторгались ею.

«Богиня», «фея» и «пери» звучали чаще всего. Ничего нового.

Конь, мягко ступая, нес ее ко дворцу.

***

– Удивительная красавица! – выдохнула Ирма, прижимая кулачки к груди.

– А какие серьги! – простонала Салли. – Девочки, вы видели?

Нам безумно повезло. Родственник Лео договорился с трактирщиком, заведение которого выходила террасой на Кроненмель, так что мы смотрели на шествие практически из первых рядов.

– От нее тухлятиной несет! – Буркнула