Племянница из провинции - Дина Зарубина

– Собой она не торгует. И покровителя у нее нет.

– Не понимаю, – потряс головой Шинъяр.

– Можешь не понимать, а мои сведения верные.

– Она магичка? – вспомнил сотник важное обстоятельство. Если магичка, то все сходится, им и дозволено многое, и защитить себя они могут без участия мужчины. Это конечно, нарушает основы мироздания, но чужая страна – свои обычаи.

– Не-а, – пропел агент, наслаждаясь гримасой на лице сотника.

– Да как же так? Что творится на белом свете? – спросил Шинъяр растерянно.

Шпион глумливо захихикал.

***

Первым делом я прогнала письмо через артефакт. Вредной магии не обнаружилось. Письмо для меня неопасно. Я посмотрела на конверт с укором. Таких совершенно нейтральных писем попадало очень мало.

Люди существа эмоциональные. А я, поразмыслив, решила, что запах – это проявление эмоций. В брошюре было написано про «ментальный запах». Плохие мысли дают плохие запахи, негативные эмоции сопровождаются неприятным шлейфом. Я это почему-то чувствую. И наоборот, светлые мысли и радостные эмоции приятны на вкус и нос.

Пришлось открывать. Почерк выдавал человека образованного, буквы ложились ровно, с легким наклоном. «Если вам интересны подробности, касающиеся вашего супруга, то приходите в таверну «Синий лев» в восемь вечера в эту пятницу. Доброжелатель». Ага-ага, у меня таких «доброжелателей» половина столицы, начиная с тети и дяди.

Лично мне совершенно не интересно, чем мой супруг занимается! Он черный маг, чем он может заниматься? Черные замыслы лелеять. Творить зло и нести разрушения. И служит он как раз там, где эти навыки востребованы, борется с нечистью.

Я негодующе фыркнула. Еще я по потемкам не бегала! Темнело довольно рано, и тащиться куда-то на другой край города ради сомнительных сведений… да мне же за них еще заплатить предложат, наверняка! Кто бы мне дал денег, а?

А я только что купила платье, тепленькое, из мягкой шерсти темно-синего цвета, с пуговками, обтянутыми тканью, с длинным рукавом, такое миленькое! Донна Роза принесла и сказала, что соседка продает дочкины вещи, которые стали ей малы, а мне как раз пришлось впору. Оно и не ношеное почти совсем. Так что четыре далера я отдала, и со следующей получки отдам еще два.

Я зловеще расхохоталась и кинула письмо в мусорку. Там ему самое место! Пусть жалкий вымогатель тщетно ждет меня и моих денег. И как ему удалось запахи затереть? Наверное, есть специальный артефакт. Или маги это сами умеют, прятать свои эмоции. Да, наверняка. Хотя, как по мне, не желай людям гадостей, не пакости, и все будет в порядке. А если приходится скрывать… ну, если чиновники высокого ранга, то ясно, там гостайна и все такое. Но где я и где королевские секреты? Значит, тот, кто писал, плохое думал и плохого мне желал.

Для очистки совести я спросила дона Куласа, где находится таверна «Синий лев». Судя по наморщенному в раздумии лбу, таверна была не из особенно популярных. В справочнике для гурманов ее тоже не было. Значит, обычная забегаловка для рабочего люда.

– Кажись, на Свечной, – наконец выдал дон Кулас. – Возле доков.

Я фыркнула. Свечная улица действительно находилась у черта на куличках. У нас десятое отделение, а там – то ли сороковое, то ли сорок шестое. В общем, как раз трущобы и есть, которыми меня попрекала тетя Дорина. Туда идти – это искать себе приключений на мягкое место.

Между тем рабочий день окончился, на крыльце почты меня ждали Ирма и Солейн. Я призналась, что платье уже купила. Но пройтись по магазинам мне это совершенно не помешает! Ирма и Салли (так она просила себя называть), щедро делились новостями об учебе, уроках, преподавателях, болтая, как сороки. Я с удовольствием слушала. У Ирмы было всего шесть единиц дара, а Салли вообще еле-еле набрала четыре, ее из жалости зачислили сверх набора, решили посмотреть, как она будет успевать. Салли держалась за учебу зубами и когтями. Я рассказала, как меня вызывали в полицию из-за ложного доноса, что я нелегальный маг. Девчонки охали и возмущались.

Мы обошли кучу лавок и магазинчиков, девчонки все увешались пакетами. Несколько пакетов несла я из солидарности. Все равно руки пустые. Девчонки только уговорили меня купить прехорошенькую заколочку с синими камушками к платью. Пусть будет, а то у меня совсем нет никаких украшений.

Парни мне не понравились. Какие-то они были… на Оттавио слишком похожи, дурные и неуемные, с желанием хорохориться, заклевать тех, кто ниже. Играли в царя горы: всю дорогу спорили, у кого дома конюшня лучше, да у кого слуг больше. Глупенькие такие. Но, с другой стороны, было завидно. У них есть родители, которые по первому писк переведут денег. И магия есть, они не будут прозябать на низших должностях, если вообще когда-либо пойдут работать. Лео и Фил были из дворян, а Реми простолюдин. Но дар самый сильный оказался у Реми; как первый маг в семье, он безумно гордился своим блестящим будущим. С важностью рассуждал, что его с руками отхватят в министерство, а то и сразу на придворную службу.

Я вежливо улыбалась. Ничего, после трех практик, к пятому курсу, он поймет, что все решают связи и деньги. Быть троюродным племянником третьего помощника бургомистра, как Лео, намного важнее количества пятерок в зачетной книжке. А не поймет, так очередным непризнанным гением будет больше. Маги спиваются и уходят на дно жизни гораздо чаще неодаренных.

Ирма держала Лео за рукав, Салли шла под руку с Филом.

У меня было много вопросов по основам магии, и я аккуратно направляла Реми на интересующие меня темы. Узнав, что я не одарена, Реми преисполнился важности, и стал не говорить, а вещать. Но вещал он любопытные вещи, так что на его снисходительный тон я не обратила внимания. Пусть поиграется в профессора. Так что, в целом, прогулка прошла не так скучно, как могла бы.

Учились первокурсники всего ничего, как раз шли базовые дисциплины первого полугодия, и упражнения им давались как раз из самых простых. Я запомнила авторов, которых следовало почитать и досконально выспросила про упражнения.

– Зачем тебе? – Удивился Лео. – Ты же не можешь ничего ощутить, у тебя нет магического ядра!

– Лео, чем ты слушал, – укоризненно сказала Ирма. – Зачатки ядра есть у всех, просто нужно много времени и специальные практики, чтоб добиться его формирования к пятнадцати-семнадцати годам!

– Простолюдины в пятнадцать