Он тебя видит - Элизабет Нокс

— Ты права, — говорю я и опускаюсь на одно колено.

— О боже, — выдыхает Джульетта. — Ты правда сейчас это делаешь?

— Селеста Стерлинг, — начинаю я, поднимая кольцо. — Ты пишешь о тьме, а я её создаю. Ты воображаешь монстров, а я — один из них. Ты мечтала стать частью чего-то необъятного, а я хочу поглотить тебя целиком. Это кольцо принадлежало женщине, которая причинила мне боль, пыталась сломать меня, умерла, захлебываясь собственной жадностью. Я хочу, чтобы ты носила его как доказательство: прекрасные вещи можно вернуть, тьму можно превратить в свет, двое монстров могут создать нечто лучшее, чем то, что их породило. Ты выйдешь за меня?

Она не колеблется.

— Да.

Я надеваю кольцо на её палец, оно идеально подходит. Словно двадцать лет ждало нужную руку.

— Это безумие, — говорит Джульетта, улыбаясь. — Прекрасно, безумно и идеально.

Селеста разглядывает кольцо, потом смотрит на меня.

— Кольцо твоей матери на моём пальце. Кровь твоих жертв на наших руках. Наш союз благословлён твоей сестрой. Мы явно не материал для открыток «Hallmark».

— Нет, — соглашаюсь я, вставая и притягивая её к себе. — Мы нечто лучшее.

Джульетта прокашливается.

— Как бы трогательно это ни было, проблема с Моррисоном никуда не делась. Завтра он придёт с ордером и подмогой. Вам нужно исчезнуть или разобраться с ним сегодня ночью.

— Сегодня ночью, — говорит Селеста. — Мы разберёмся с ним сегодня ночью.

— Мы? — переспрашиваю я.

— Теперь мы помолвлены. Твои враги — мои враги, — она смотрит на Джульетту. — Ты поможешь?

— Я уже помогаю. Я устроила так, что одна из выживших жертв торговцев людьми завтра днём выступит публично. Большое интервью в крупном СМИ. Имя Моррисона будет упомянуто неоднократно. К завтрашнему вечеру он будет слишком занят защитой себя, чтобы кого-то арестовывать.

— Этого недостаточно, — говорю я. — Его нужно остановить навсегда.

— Согласна, — Джульетта достаёт из сумки маленькую бутылочку. — Поэтому я принесла вот это. Концентрированный дигиталис. Вызывает сердечную недостаточность, имитирует естественный сердечный приступ у человека с факторами риска Моррисона: избыточный вес, высокий стресс, семейная история сердечных заболеваний.

— Ты хочешь, чтобы мы его отравили?

— Я хочу, чтобы вы выжили. Оба, — она протягивает мне бутылочку. — Он остановился в «Мариотте» в Лейк-Плэсиде. Номер 412. Каждое утро в шесть он берёт кофе в лобби перед пробежкой. Очень предсказуемо.

Снаружи хлопает дверца машины.

Мы все замираем, потом я иду к окну.

Внедорожник шерифа Стерлинга стоит на моей подъездной дорожке, но он не выходит. Просто сидит, двигатель работает, он смотрит на мою хижину.

— Я разберусь, — говорю я, но Селеста останавливает меня.

— Нет. Мы разберёмся вместе.

Мы выходим в зимнюю погоду, Джульетта следует за нами. Стерлинг наблюдает за нашим приближением, замечает кольцо на пальце Селесты, сверкающее в свете фонаря у крыльца. Его окно опускается.

— Уже помолвлены? — его голос безжизненный. — Джейк ещё даже не в земле.

— Папа…

— Я знаю, кто ты, — говорит он мне. — Вы оба. Знаю, что вы сделали. Джейк, остальные, возможно, ещё больше, о чём я пока не знаю.

— Тогда арестуй нас, — бросает вызов Селеста.

Стерлинг смеётся, горько и надломленно.

— С какими доказательствами? Всё указывает на Джейка. Полиция штата удовлетворена. Дело закрыто. Город в безопасности, — он смотрит на дочь. — Ты действительно собираешься выйти за него?

— Да.

— Он убийца.

— Теперь и я тоже.

Стерлинг вздрагивает.

— Я подвёл тебя. Не смог защитить от Джейка, от него, от тебя самой.

— Ты подвёл тех семь женщин, которые жаловались на Джейка. Меня ты не подвёл. Я выбрала это сама.

— Знаю, — его взгляд перемещается на Джульетту. — Мисс Локвуд. Разве вы не должны быть в городе?

— Я приехала проверить Селесту. И брата.

— Вашего брата, — Стерлинг смеётся без тени юмора. — Вы знаете, кто он?

— Я точно знаю, кто он. И всегда знала. Человек, который спас меня от родителей, готовых полностью меня уничтожить, — Джульетта делает шаг вперёд. — А ещё я знаю, кто вы, шериф. Человек, который прикрывал хищника, пока тот не добрался до вашей собственной дочери.

Лицо Стерлинга темнеет.

— Осторожнее…

— Иначе что? Арестуете меня? За что? За то, что я говорю правду? — она достаёт телефон, показывает ему что-то. — Сара записала ваш разговор, когда вы убеждали её отказаться от обвинений против Джейка. У меня эта запись уже два года. Один клик и она разойдётся по всем новостным каналам штата.

Лицо шерифа бледнеет.

— Вы меня шантажируете?

— Я защищаю свою семью. Точно так же, как вы пытались защитить свою. Разница лишь в том, что мой брат действительно устраняет угрозы, а не потворствует им.

Стерлинг переводит машину на задний ход.

— Обручальное кольцо… Я его узнал. Ваша мать носила его на всех заседаниях городского совета. Демонстрировала, будто оно делало её лучше остальных.

— Теперь оно моё, — просто говорит Селеста.

— Да, — Стерлинг оглядывает нас всех. — Похоже, что так. Счастливого, чёрт возьми, Рождества.

Он уезжает, оставляя нас.

Вернувшись в дом, Джульетта собирает вещи.

— Моррисон останется проблемой, если вы не разберётесь с ним быстро. Интервью выйдет только завтра днём, так что у вас есть время — завтрашнее утро.

— Мы разберёмся, — говорит Селеста, и это «мы» согревает мне грудь.

— Хорошо, — Джульетта целует меня в щёку, затем Селесту. — Постарайтесь не попасться. Не хочу искать нового звёздного автора.

После её ухода мы с Селестой садимся у огня, чтобы планировать. На ней только моя рубашка и кольцо, бриллианты вспыхивают в отблесках пламени при каждом движении.

— Моррисон — детектив, — говорит она. — Он осторожен, подозрителен. Мы не можем просто схватить его, как Джейка.

— Нет. Нужно действовать тонко. Дигиталис — хороший вариант, но как его ввести…

— У меня есть идея, — она подтягивает мой ноутбук, начинает печатать. — Он бегает каждое утро? Даже зимой?

— Судя по его соцсетям — да. Постоянно об этом пишет. Философия «без оправданий».

— Тропа, по которой он бегает… Там есть безлюдные участки? — спрашивает она.

Я понимаю, к чему она ведёт.

— Несколько. Особенно участок у пруда Миллера. На милю в обе стороны ни одного дома.

— Значит, перехватим его там. Сделаем так, чтобы выглядело как сердечный приступ во время пробежки. Пожилой, полный мужчина, перетрудился на холоде.

— Ты уже думала об этом раньше.

— Я уже писала об этом. Глава двенадцатая моей третьей книги, — она показывает экран ноутбука, там открыта сцена. — Жертва бегает, убийца сначала использует парализующее средство, чтобы обездвижить, затем вводит смертельную дозу. Тело находят лишь через несколько часов, химикаты распадаются, всё выглядит естественно.

— Художественная литература становится реальностью.

— Наша специализация, — она закрывает ноутбук, садится ко мне на колени. — Но сначала у нас есть эта ночь.