Уютное Рождество - Дениз Стоун

Его совмещенная ванная комната проста, со всем необходимым, но просторна, уютна и гостеприимна, прямо как его спальня. А его простыни — это вообще нечто: я могла бы валяться на них целый день… и, честно говоря, так и делала. Они фланелевые, с самым нелепым новогодним принтом: машинки-пикапы везут покрытые снегом рождественские елки. Это до абсурда мило.

Девочки ночуют у бабушки с дедушкой, так что у нас был целый день вдвоем.

— Мне это записать, сэр? — Я прислоняюсь к плиточному столику, и прохлада давит на заднюю поверхность бедер. Крошечный синяк на ноге приятно ноет. Наконец Джейми поднимает взгляд, и его глаза расширяются, останавливаясь на моих розовых шелковых пижамных штанах и на моих сосках под тканью.

Я еще немного побаливаю после сегодняшнего дня, но вид того, как он счастлив, снова заставляет пульсировать что-то в глубине меня.

— Давай. Напиши на зеркале. — Он указывает подбородком на запотевшее стекло.

Я улыбаюсь и повинуюсь, ставлю телефон и, повернувшись, провожу пальцем по конденсату, записывая его список. Я повожу бедрами, зная, как соблазнительно выглядит моя попа. На коже все еще видны красные отпечатки ладоней.

— Ну же, — мурлыкаю я, оглядываясь через плечо.

Он делает шаг вперед, и мое тело вибрирует. Полотенце сползает еще ниже, обнажая узор из волос ниже пупка. Ткань в районе его члена шевелится.

— И ты ждешь, что я смогу сосредоточиться?

Я поворачиваюсь лицом к зеркалу, упираясь животом в столик, и пишу: Экскурсии.

— Ты мог бы даже проводить экскурсии. Показывать людям, чем ты здесь занимаешься. Ты очень хороший учитель.

— Джой.

— Я буду приезжать и помогать, — продолжаю я. — И навещать свою девочку, Джиджи, конечно.

— Мне бы это понравилось. — Я слышу, как его босые ступни шлепают по полу, пока он преодолевает пространство между нами. Он обхватывает мою шею рукой, запрокидывает мое лицо, чтобы встретиться с ним взглядом. — Я не знаю, как благодарить тебя. Усыновления, деньги, все это. Я годы выжимал из себя последние соки, а ты просто… вошла и все починила.

— Мне нравится помогать. — Я прижимаюсь к нему.

— Мне нравится, что ты здесь. — Он целует меня. Его длина касается задней поверхности моего бедра. — Мне нужно придумать достойный способ отблагодарить тебя.

— Мы опоздаем на встречу с Уинни в «Подвале дедушки», — говорю я, хотя в моем голосе нет и тени убедительности.

— Думаю, она может подождать.

Глава 18

Наберись терпения

Двенадцать дней осталось чувствовать себя частью семьи

Джейми открывает духовку и аккуратно вынимает красную чугунную кастрюлю. За окном с тех пор, как мы отвезли девочек в школу, выпало еще три дюйма снега, укрыв землю бледным, приглушенным серым светом. На нем белая футболка и пижамные штаны из фланели. К его щеке прилиб крошечный комочек муки.

— Твой первый хлеб на закваске, — объявляет он, снимая крышку прихватками. Внутри лежит идеальный золотисто-коричневый хлеб. Корочка потрескивает, а пар наполняет кухню тем поджаристым, дрожжевым ароматом, от которого все кажется таким уютным.

— Обожаю углеводы, — выдыхаю я, наклоняясь вперед, словно могу вдохнуть всю эту буханку целиком. — Я принесу масло.

— Не-а, — качает головой он, его зеленые глаза ловят мой взгляд, а непослушный завиток падает ему на лоб. — Надо подождать хотя бы час, пока остынет.

— Ты не говорил мне об этом, когда мы начинали! — стону я, легонько шлепая его полотенцем для посуды с новогодним узором.

— Пожалуйся еще, — он с шумом ставит буханку на деревянную разделочную доску. — Я обычно жду два часа.

— Я подожду только один. И поставлю таймер даже на пятьдесят семь минут.

Я беру телефон, чтобы поставить таймер, и замечаю письмо из лаборатории. Пробежавшись по нему глазами, я чувствую легкое торжество.

— Лаборатория получила результаты по образцу, — говорю я, перечитывая заключение.

— Уже?

— Я лучшая в городе, — говорю я с ухмылкой. — Образцы мха с деревьев, что мы взяли на днях, — слабый раздражитель. Долгосрочных эффектов не ожидается, но мох нужно соскоблить, а споры убить столовым уксусом.

Джеми прислоняется к столешнице и смотрит на темное окно. Сейчас всего одиннадцать утра, но за окном бушует метель, и снег громоздится по краям дома.

— Черт. Они раньше любили этот мох. Интересно, что изменилось.

— Это новый штамм, — говорю я, зачитывая отчет. — Возможно, перекрестное опыление или что-то в этом роде.

— Я могу нанять пару подростков, чтобы убрали его, на те средства, что ты помогла получить.

— Хорошая идея, — говорю я, глядя на ледяную корку, намерзшую вокруг кухонного окна. Это самый холодный день с моего приезда. Сегодня мы все равно ничего не можем сделать, так что мосту придется подождать.

Взгляд Джеми снова возвращается ко мне.

— Похоже, вся твоя работа здесь закончена.

Не думаю, что он хотел, чтобы это прозвучало холодно, но у меня по коже бегут мурашки, словно меня вытолкнули прямиком в эту бурю.

Он прав. Я приняла роды у Арриетты, стабилизировала состояние больного оленя и даже сделала то, чего он не ожидал, — обновила страницу заповедника в соцсетях и запустила программу усыновления. Но все это кажется таким незначительным по сравнению с тем, что он сделал для меня. Терпение. Радость. Я так много хочу ему сказать, но перечисление всего этого сделает ощущение того, что сейчас между нами, законченным. А я не готова прощаться.

— Но ты рад, что я остаюсь? — говорю я, обвивая руками его талию.

— Конечно, — говорит он, проводя большим пальцем по моей руке.

И я чувствую всё это — вину, тягу, эту невозможную смесь желания задержаться и понимания, что не могу.

Глава 19

Мчимся сквозь снег на оленьих упряжках, как весело дуть... ковбойскому папе, ЭЙ!

Осталось одиннадцать дней ощущения, что я часть семьи

Мы закончили работу пораньше, и, поскольку снег наконец перестал, Джейми решил, что сегодня идеальный день, чтобы посмотреть на ёлку, которую он нарядил вместе с девочками.

— Ты уверен, что мне не нужен шлем? — спрашиваю я, скептически оглядывая сани.

Джейми смеётся, и звук эхом разносится меж деревьев, что выстроились позади амбара. Вчерашний снег осыпается с ветвей на нетронутую землю. На нём его толстая куртка Carhartt, а щёки розовеют от холода. Прежде чем мы покинули амбар, он накинул на меня ещё одну куртку. На улице всего минус семь, так что я благодарна за лишний слой. Она глотает меня целиком, рукава свисают ниже моих перчаток, а пахнет она им: кофе, сено