Подонок. Его наказание - Инна Матвеева

Сумка Леры и её телефон у меня в квартире. Девчонке так резко плохо стало, что я уже не думал там ни о чём, да и врачи тоже: главное ей было помощь оказать и в больничку забрать. Её вещи сейчас у меня, что очень кстати — телефон Леры как раз и может помочь мне осуществить задуманное.

Да, сейчас ночь, но похуй — отчаянно звоню Косте, снова и снова. Этот человек способен взломать всё. Ко всему прочему, он мой друг. Хотя если я и пользуюсь его услугами, то принципиально их оплачиваю. И он это ценит.

Нагло пользуюсь своим положением друга я именно сейчас — когда среди ночи набираю его, пока не проснётся. В итоге всё-таки добиваюсь своего. Поясняю всё как есть — я вообще сегодня охуительно откровенен со всеми. И это притом, что правда максимально неприглядна. И легче от её вываливания ни разу не становится.

И вот ближе к четырём утра Костя уже уезжает из моей квартиры, оставив мне телефон Леры в полном доступе. Открываю её переписку с братом, прикидывая, что и как ему написать, чтобы поверил. Никакого подвоха увидеть не должен. Никакого, блять.

И, конечно, чисто с этой целью как минимум просмотреть переписку Леры с Максом я должен. Чтобы примерно понять, как она ему обычно пишет, чтобы не облажаться.

Вот только я уже облажался. Феерично просто. Потому что читая, как девчонка сомневается даже в том, чтобы меня безобидно споить и выбить из гонки; понимаю, какой я мудак. У неё вопрос жизни и смерти был, а она до последнего не хотела мне чем-то навредить. В разгар сомнений как-то даже написала брату, что, мол «Филатову тоже зачем-то очень нужны деньги, вдруг там тоже очень важно». Хорошо, что Макс её образумил, напомнив об их положении.

Хорошо?..

Деньги мне действительно очень нужны на ближайшее время. Человек, который может вытащить отца из тюрьмы так, чтобы не поднялась лишняя шумиха и чтобы не стало известно про мать; по понятным причинам очень занятой. Он дал мне не так много времени на добычу денег — всего неделя осталась. Дольше ждать и возиться со мной не будет — заказчиков ему и так хватает. А даже если согласится ещё раз найти для меня окошко — ставка, ясное дело, повысится. И значительно.

Без него я вряд ли решу вопрос с отцом. Тем более так, чтобы не пострадала мать. И представить, откуда я добуду такую сумму за ебучую неделю, я просто не могу. Мотоцикл продать? Хату? Причём в такие короткие сроки?

Отбрасываю эти мысли нахуй. Потом обдумаю.

Сейчас важнее, что от Макса приходит сообщение вот прям сейчас.

«Проснулся, а тебя дома нет. Хорошо хоть в сети. Ты где?» — вроде не кипишует, не звонит, пишет просто.

Сглатываю ком, собираясь с мыслями. Так, судя по всему, Макс в курсе, куда и зачем Лера шла. Иначе бы уже панику поднял.

«Мне всё-таки удалось споить Филатова, — заметил, что Лера в переписке чаще по фамилии меня называет, вот и пишу так. — Пока побуду тут, чтобы убедиться, что точно не попадёт на гонку. Всё хорошо, теперь ход за тобой. Выспись до гонки, ты чего так рано проснулся?» — ну вот, вроде бы вполне в роль вписываюсь.

Девчонка бы сто процентов обратила внимание, что её братец в такое время не спит. Да ещё и перед ответственным днём.

«Охренеть, — тут же реагирует Макс. — Спасибо, Лера, ты лучшая! Это реально многое решит. Не сомневаюсь, что других я уделаю», — во как воодушевился.

Ну давай, уделывай. И про опасные повороты не забывай на том трэке — парочка из них может запросто переломить ход гонки, если неправильно к ним подойти.

Насколько я помню, у Макса были с этим проблемки на первых заездах. Сейчас-то он их наверняка решил — я видел, как он подходит к делу. Сосредоточенно, с умом.

И всё же я с трудом сдерживаюсь, чтобы не дать ему парочку советов по манёврам. Сразу ведь запалит, что не сестра ему пишет. И наверняка заволнуется.

Ладно, сам не дурак. Не сомневаюсь, что на тренировочных заездах, на которые я принципиально не ходил со всеми, Макс освоил каждую трещинку на асфальте, не то что свои проблемные вопросы закрыл. Вывезет.

Охренеть я за него волнуюсь. Аж сердце херачит — неспокойно ужасно.

«Я на гонку не попаду, хочу убедиться, что и Филатов останется. Так что не увижу, как ты их порвёшь. Но это же ничего?» — пишу, запрещая себе добавлять про повороты.

«Ну мы в целом так и договаривались, — к счастью, не задаёт лишних вопросов Макс. — Ты же говорила, что хочешь убедиться, что он очнётся и будет в порядке. Я справлюсь, не сомневайся. Постарайся уснуть», — как нахрен мило.

Сжимаю челюсть. Это же очень безобидное снотворное было — и всё равно Лера переживала, как я его восприму? Собиралась остаться больше ради этого? И принять на себя мой гнев, когда очнусь? Ведь при их раскладе я наверняка был бы в бешенстве.

И даже представлять не хочу, что бы я в таком случае с ней сделал.

Впрочем, зачем гадать? При любом раскладе у Леры не было шансов меня обхитрить таким образом. Лучше бы про болезнь мне просто рассказала. Или считала меня совсем уж мудаком, которому не стоит доверять?

Логично, хах. Я всё для этого сделал.

«Кто бы говорил про сон, — выжимаю из себя. — Тебе он сейчас нужнее», — и ведь не то чтобы заботу изображаю, на полном серьёзе хочу загнать этого придурка спать. Не хватало ещё, чтобы у него в башке туман был во время гонок.

Сам-то не усну — прослежу, чтобы проснулся вовремя и за дело взялся. Наседкой ему побуду, под моим контролем теперь.

Кто бы мне сказал несколько дней назад, что реально буду трястись за победу Макса… И что добровольно уступлю свою.

«Я лягу, если ты ляжешь», — разводит милоту он.

Морщусь. Я надеюсь, не потребует доказательств? Пора сворачивать всю эту хрень.

«Я уже легла, спокойной ночи», — пишу. Тут же выхожу из мессенджера.

К счастью, от Макса только пожелания приятных снов и заверения, что Лера поступила правильно. Не открываю их.

Просто некоторое время сижу в оцепенении, размышляя, что дальше. Вернуться в больницу? Торчать тут в ожидании вестей?

Блять, Лера…

Макс ведь знает свою сестру лучше, чем кто бы то ни было ещё. И, судя по тем заверениям, которые активно расписал