Барышня из забытой оранжереи - Лилия Орланд

– Думаете, ему можно доверять?

Госпожа Берри мягко улыбнулась, как умела лишь она, и кивнула.

– Марк – хороший мальчик. Даже если пытается демонстрировать обратное.

Я посмотрела на этого хорошего мальчика, который как раз уселся на своё место и расстилал на коленях льняную салфетку. Доверия он у меня не вызывал. Ни капли.

– Ладно, – я пожала плечами.

Постаралась, чтобы и жест, и тон не оставили у Берри ни тени сомнения, что я согласилась лишь для спокойствия тётушки. Если бы Азалия была здорова, я бы немедленно высказала всё, что думаю о её племянничке.

Однако когда подняла голову, наткнулась на его насмешливый взгляд. Казалось, Марка ничуть не заботило, что я ему не рада. А впрочем, почему казалось? Ему и было всё равно, что я думаю. Марк Берри из тех, кого заботит лишь собственное мнение. И собственная выгода.

Аппетит у меня пропал безвозвратно. Но я осталась за столом. Если уйду, Азалия подумает, что это из-за Марка, и расстроится. А я не хотела подвергать её лишнему стрессу.

И вообще, почему я должна уходить? Если этому столичному хлыщу что-то не нравится, пусть он и уходит.

Айне принесла ужин и начала себя вести точь-в-точь как та девица из ресторана. Бросала на Марка кокетливые взгляды, глупо улыбалась и демонстрировала полное отсутствие самоуважения. Казалось, не будь здесь тётушки и меня, служанка прямо сейчас перешла бы к активным действиям.

А Берри благосклонно взирал на её старания и улыбался.

Она и томлёной говядины положила ему побольше. И поинтересовалась, не хочет ли он ещё капусты. Кувшин с компотом поставила рядом с его рукой. А меня даже не спросила, хочу ли я пить.

Я хотела. Однако Айне уже ушла. И мне пришлось бы просить Марка. Или встать из-за стола и налить себе самой. Но встать – это нарушить этикет, которому госпожа Берри меня учит и искренне радуется, когда я всё делаю правильно.

Значит, нужно просить Марка. А я не могла заставить себя это сделать. Правда, есть, когда во рту пересохло, не могла тоже. Так и сидела, ругая про себя глупую вертихвостку Айне, несносного Берри, вздумавшего заявиться в усадьбу. И саму эту ситуацию, заставляющую меня к нему обращаться.

Я почти решилась, как вдруг услышала невероятное.

– Ксения, позволите поухаживать за вами?

«Не позволю» вертелось у меня на языке. Я понимала, что это глупое ребячество, которое расстроит тётушку. Лишь поэтому кивнула и заставила себя вежливо произнести:

– Благодарю, – а вовсе не потому, что жутко хотелось пить.

Когда я поднесла бокал к губам, едва не поперхнулась. Марк снова смотрел на меня со своей наглой усмешечкой.

До чего же неприятный тип!

Я всё же сделала небольшой глоток, чтобы смочить горло, и приступила к трапезе.

Говядина была великолепна, как и капуста, пропитавшаяся мясным соком. Марша, несмотря на возраст, превосходно готовила.

Если бы не Марк, я уже начала рассказывать тётушке о поездке в город. Но его присутствие отбивало желание беседовать даже о погоде. Поэтому я положила в рот кусочек мяса и принялась сосредоточенно жевать.

Берри хмыкнул, разгадав мой манёвр. А может, мне показалось. Ведь я намеренно не глядела на него, хотя сидел он практически напротив меня.

Ситуацию разрешила Азалия. Она предалась воспоминаниям о тех далёких днях, когда они с братом ещё были детьми и весело проводили время вместе.

– Гевин всегда был крепышом, – тепло улыбнулась она. – Как-то зимой мы играли у пруда. Стоял небольшой морозец, и вода у берега покрылась коркой льда. Гевин принялся её топтать и поскользнулся. Он промок, выпачкался в иле. Мне пришлось вытаскивать его и вести домой. И что вы думаете? Я простудилась и почти неделю провела в постели. А моему везучему братцу купание в холодной воде никак не навредило.

Азалия любила брата. Даже сейчас вспоминала только хорошее. Хотя он много лет не навещал её. И запретил приезжать сыну, оставив сестру совсем одну.

Иногда я поражалась великодушию этой женщины. Она вовсе не помнила зла и приняла племянника как дорогого гостя. Хоть он того и не заслуживал. По крайней мере, на мой взгляд.

Сразу после ужина я ушла в свою комнату, сославшись на усталость. Однако и во сне этот невыносимый Марк преследовал меня, усмехался и многозначительно приподнимал бровь. Все попытки избавиться от него ни к чему не приводили. А когда я попыталась вытолкать Берри, оказалось, что его ноги пустили корни в оранжерее. И Марк стал одним из апельсиновых деревьев.

– Позвольте поухаживать за вами, Ксения? – спросило дерево и опустило ветви, усеянные апельсинами.

Какая только ерунда не приснится, подумала я, переворачиваясь на другой бок и снова засыпая.

А утром обнаружила, что у ростка в горшке появился ещё один листок.

Глава 19

От радости я даже забыла об этом противном Марке. Правда, ненадолго.

Пока я варила кофе, довольная Марша прожужжала мне все уши, что приехал молодой господин. Чудесный племянник госпожи Берри был хорош со всех сторон. Не в силах слушать дифирамбы Марку, я сбежала, не допив кофе.

До «планёрки» ещё было время. Поэтому я взяла свой блокнот и прошлась по усадьбе, отмечая выполненные задания. Меня порадовали и работники, и изменения, которые они приносили. Хотя список всё ещё оставался большим.

До дома добраться не успела. Пришли новенькие, нанятые вчера на рынке. Пришлось показывать им домики, объяснять правила и выдавать задания.

Это заняло больше времени, чем ожидала. Я снова опаздывала на утреннее собрание. Занималась не тем, чем нужно. Не тем, чем хотела. Конечно, важно привести усадьбу в порядок, но мне не терпелось вернуться в оранжерею. Проверить косточки. Посмотреть, что вчера сделали мальчишки.

Однако вместо этого я вынуждена объяснять работникам, где взять инструменты, как организован быт, кто будет им готовить и прочие моменты, с которыми прекрасно бы справился кто-то другой.

Мне срочно нужен помощник!

Поначалу я рассматривала кандидатуру Айне. Однако вчера за ужином она так активно флиртовала с Марком, что забыла обо мне. Подобное недопустимо.

Теперь придётся приглядываться к остальным. Снова выбирать. Терять время.

Я направилась к дому, где уже собрались работники.

– Хозяйка! – окликнули меня. – Там у ворот экипаж. Возница говорит, по вашему приказу прибыл.

Демид!

Мысль сформировалась мгновенно. Будто только и ждала этого оклика.

– Спасибо! Впустите, пожалуйста, и отведите лошадь на конюшню, а самого возницу пришлите ко мне, – распорядилась я