Злодей моей мечты - Кира Лин

Вытираю кровь с подбородка тыльной стороной ладони и усмехаюсь. Горло саднит, лёгкие гудят от перегрузки.

Медленно подхожу к повозке, перевернувшейся у обочины. Кучер лежит неподалёку, едва дышит, но жив. — Очнись, старик, — говорю я, опускаясь на колени рядом и похлопывая его по щеке. — Мы с тобой ещё не отработали твой контракт. Дождись подмоги, слышишь?

Он морщится, хрипит, но глаза открывает. В порядке.

Поднимаюсь, отряхиваю руки и прищуриваюсь, глядя на дорогу.

Теперь осталось сыграть на опережение. Пока Вельторн приходит в себя, я поставлю его в тупик.

Кучер стонет и подползает к обочине, держась за голову. Я рывком распахиваю дверь перевёрнутого экипажа и морщусь от боли в боку — чувствую, как намокает рубашка. Кровь хлещет из раны.

Нахожу кинжал и прячу в ножны. Пригодится.

— Держись, — бросаю я кучеру.

Он слабо кивает. А я уже ковыляю к упряжке, отцепляю ближайшую лошадь, седлаю и пускаюсь в галоп.

Проклятье, если Вельторн видел караван с высоты... Он может напасть. Прямо сейчас. Но добивать его я не собираюсь — слишко рано. Не так я планировал нашу финальную встречу.

Лес мелькает слева и справа — чёрные силуэты деревьев, вспышки света между кронами. Пыль и сосновая хвоя бьют в лицо. Стискиваю челюсти, сливаясь с лошадью, как в бою. Магия гудит в венах, но я держу её под контролем. Обратиться — значит снова привлечь внимание брата и обречь остальных на гибель. Нет. Переживу как-нибудь без быстрой регенерации. Справлюсь.

Впереди слышен грохот.

Приближаюсь к поляне и вижу, что экипаж Лорса окружён. По меньшей мере шесть человек в чёрных масках вооружены короткими мечами и арканами. Засада. Я вырываюсь на открытое пространство, спрыгиваю с лошади на ходу и приземляюсь прямо в гущу схватки.

— Ра-айвен! — кричит Лорс, отбиваясь от двоих. Его левое плечо в крови, но он держится. — Где ты, ехидны тебя дери, был?!

— С братом встречался! — огрызаюсь я и поднимаю руку, бросая заклинание.

Поток силы срывается с пальцев. Воздух передо мной взрывается, отбросив двоих противников. Один врезается в дерево с мерзким хрустом.

Один из нападающих бросается на меня с мечом. Я ныряю под удар, разворачиваюсь и вонзаю кинжал ему между рёбер. Он оседает, как мешок с дерьмом. Второй бросается с арканом — магический хлыст выстреливает из моей ладони и сжимает его горло. Один рывок — и он летит в кусты, булькая.

— Слева! — орёт Лорс.

Оборачиваюсь, но движение кажется мучительно медленным. Боль в боку даёт о себе знать, простреливает до костей. Лезвие вспарывает другой бок — боль острая, горячая. Их оружие обработано ядом. Ублюдок, Вельторн!

Я падаю на одно колено, рыча сквозь зубы, но поднимаюсь. Нельзя. Нельзя обращаться. Вельторн почувствует. Я не имею права подставлять других.

Втягиваю воздух ноздрями и разряжаю щит — золотистый всполох отбрасывает врага. Лорс добивает его, и наконец наступает затишье.

Только стонущие тела на земле, пар от магии и кровь, капающая с пальцев.

— Мать твою, ты не в порядке, — Лорс подбегает ко мне. — Нужно перевязать.

— Потом, ты сам не лучше, — выдыхаю я. — Где остальные?

Ответ приходит сам собой: из-за поворота выезжают экипажи Ишивари. Лошади фыркают, копыта поднимают клубы пыли. Он выпрыгивает первым, с перекошенным от ярости лицом.

— Ты что, с ума сошёл?! — рычит он, подбегая. — Ты изменил маршрут, ничего мне не сказав. Проклятье, Райвен!

— Кто-то пострадал? — с придыханием спокойно спрашиваю я, пока Лорс отрывает полоску ткани от моей рубашки.

— Нет! — рявкает Ишивари. — Мы… мы взяли дилижанс.

— Вас засекли?

— Нет, — уже тише отзывается он и сжимает недовольно губы в линию.

— В таком случае, не вижу повода кипятиться, — бросаю я, опираясь на стенку дилижанса. Вытираю остатки крови с подбородка ладонью и смотрю прямо ему в глаза. — Мой план сработал идеально, как видишь, дружище. А твой вёл нас прямиком в ловушку Вельторна. Но он остался с носом. Благодаря мне.

— Райвен, — скрежещет он зубами. — Я отвечал за логистику. Я ставил метки. Я вёл наблюдение. Ты отрубил мою часть плана, как гнилую ветку.

— Потому что она и была гнилой, — холодно бросаю я в ответ. — Вельторн знал о нашем маршруте. Он ждал нас там, Ишивари. Я специально поехал по дороге, намеченной тобой. И встретился с ним нос к носу. Как мило, правда?

— Считаешь, в наших рядах завелась крыса?

Пожимаю небрежно плечами.

— Есть такая мысль.

Ишивари замирает, его зрачки сужаются. Несколько секунд висит тяжёлая тишина. Только шум листвы и ржание коней позади.

— Вельторн был там? — наконец, спрашивает осипшим голосом.

— Над лесом. В своём величественном обличье, — я усмехаюсь, наблюдая за его реакцией. — Подбросил меня в воздух, перевернул экипаж… чуть не вырвал мне лёгкие. Мы немного поговорили. По-драконьи.

— И ты… — он делает шаг вперёд. Оглядывает меня с ног до головы слегка расширенными глазами — Ты подверг себя опасности. Без прикрытия. Без меня! Я мог бы отвлечь его!

Я не отступаю. Только прищуриваюсь.

— Чтобы — что? Позволить ему убить нас обоих? Я всё ещё решаю, как вести свою игру. И, возможно, тебе пора об этом напомнить. Не забывай, кто здесь главный, Ишивари.

Его губы кривятся, шея багровеет, но он не смеет спорить. За моей спиной охваченный огнём экипаж и тела наёмников. Но…. Дилижанс наш. И нет ничего важнее сейчас.

— Нужно срочно возвращаться, — сухо отмечает Ишивари, проявляя беспокойство. — Ты кровью истекаешь. — Подходит ближе, намереваясь оторвать меня от дилижанса. — Я провожу тебя до экипажа.

Я останавливаю его жестом руки.

— Нет, дружище. Я поеду в дилижансе. Так мне будет спокойнее за трофей. А то мало ли, кому-то вздумается попытаться вернуть его обратно.

Ишивари сужает глаза, играя желваками. С каких пор он такой нервный?

— Как скажешь, Райвен, — выдаёт с ледяной ухмылкой. — Как скажешь.

Он больше ничего не говорит. Разворачивается и резко шагает к своему экипажу.

Смотрю ему вслед, и в груди начинает медленно разгораться огонь — не от боли в боку, а от предчувствия. Что-то глухо, навязчиво колотится где-то под рёбрами. Инстинкт? Чутьё? Или, может, нечто древнее, что не умеет лгать и дышит внутри меня драконьим жаром. Я всё меньше доверяю ему. У этого ублюдка что-то на уме — нутром чую. Ишивари давно перестал быть просто моим приятелем и правой рукой. Он играет в свою игру. Но я выясню, что он задумал. Вскрою его карты.

Бросаю взгляд на дилижанс, разворачиваюсь к дверце. Боль в боку усиливается, пульсирует в такт