Боевая сваха в деле или спасайся кто может! - Мира Алексеева

— Неужели? — вежливо спросил принц, но в его голосе я уловила нотку сомнения.

— Да, да! — она улыбнулась так широко, что стали видны все тридцать два зуба. — Я с детства училась этому. Моя мать всегда говорила: «Дочь, помни — женщина — это украшение трона, а не тот, кто на нём сидит».

Я подавила желание фыркнуть. Украшение трона? В моём понимании императрица — это опора, защита и мудрость, а не приложение к чему — то или кому — то.

— А вы, Ваше Высочество, что думаете о роли женщины в управлении государством? — спросила она, стрельнув глазами.

— Я думаю, что умная жена — это помощница, а не украшение, — ответил Валентайн. — Моя мама всегда была правой рукой отца и помогала во многих критичных ситуациях. Без неё он бы не справился.

В глазах Саадат на мгновение мелькнуло что-то тёмное, но она тут же взяла себя в руки и снова улыбнулась.

— Это весьма... необычно. В нашей стране императрицы не вмешиваются в дела мужчин и тем более в политику. И все решения принимаются исключительно мужчинами.

— Возможно, поэтому у вас постоянные мятежи? — как — бы невзначай поинтересовался принц.

Я чуть не поперхнулась воздухом. Вот так новость! Валентайн, оказывается, умеет не только любезничать, но и масла в огонь подлить.

Саадат на секунду замерла, но потом рассмеялась — слишком громко и наигранно, смех был глубоким и не естественным.

— О, Ваше Высочество, вы шутите! Какие мятежи? У нас нет никаких проблем!

— Рад это слышать, — кивнул принц, но я видела, что он мне поверил. Джинна определённо что-то скрывала.

Остаток свидания прошёл в обсуждении погоды, цветов и достопримечательностей. Саадат была мила, остроумна и приятна в общении. Я бы сказала чересчур приятна. Как хорошо отрепетированная пьеса, где каждый жест, каждая улыбка и каждое слово отточены до совершенства. Взгляд преданный и учтивый, но на самом дне глаз прячется что — то темное и опасное.

Когда она ушла, я подошла к принцу.

— И какое у тебя сложилось мнение о ней?

— Она... — он задумаля, подбирая слова. — Слишком идеальна. Как кукла из фарфора. Улыбается, кивает, говорит то, что хотелось бы слышать от такой женщины. Но я не чувствую за этим ничего настоящего. Ни души, ни огня, ни даже простого женского интереса.

— Умный мальчик, — кивнула ему я. — Доверяй своему чутью и все будет хорошо.

Второе свидание — с Лагертой Сольвейг Гудрунтел — прошло совсем по другому.

Воительница встретила принца в том же малом саду, но одетая в простое, но элегантное платье приглушённо-синего цвета. На лице — ни тени кокетства, только уверенность и лёгкое любопытство.

— Ваше Высочество, — кивнула она, делая лёгкий реверанс (ей явно стоило труда вспомнить, как это делается). — Я не умею ходить вокруг да около, так что скажу сразу. Я не хочу быть вашей императрицей.

Валентайн удивлённо приподнял бровь, но кивнул позволяя продолжить.

— Я воспитывалась как воин, — сказала Лагерта, смотря в даль. — Моя жизнь — ветер и меч, а не балы и интриги. Я зачахну в этих стенах как цветок без солнца. Мне нужны походы, свобода, треск костра, а не шепотки за спиной и бесконечная борьба за власть.

— Я понимаю, — мягко сказал принц. — И не стану вас неволить.

— Благодарю, — она облегчённо выдохнула, и я заметила, как расслабились её плечи. — Но я бы хотела предложить другое. Мой отец, вождь нашего племени, желает наладить торговлю и дружеские отношения между Вольными островами и вашей империей. Если вы не против, я могла бы стать посредником. Дружба между нашими народами — разве это не важно? Мне кажется это более удачное вложение чем брак без любви.

Валентайн задумался, а потом улыбнулся — искренне, без тени притворства или злости.

— Леди Лагерта, вы меня поразили. Я согласен. Передайте отцу, что мы готовы обсуждать торговое соглашение хоть завтра.

— Вот сами и скажите, — усмехнулась она. — Отец приедет сам через пару недель. Я ему уже написала. Он будет рад.

— Вот как? — принц рассмеялся. — Вы всё продумали.

— Я не умею сидеть сложа руки, — тоже рассмеялась Лагерта. — Это не в крови вольного народа. А теперь, Ваше Высочество, если позволите, я пойду. Мне ещё нужно доделать кое-какие дела и хотелось бы по тренироваться.

Она сделала мужской поклон и, развернувшись, ушла, оставив принца с широкой улыбкой на лице.

— Ты в порядке? — спросила я, легко тронув его за локоть.

— Да, — он покачал головой. — Она мне нравится. Искренняя, сильная, честная. Но нравится именно в качестве подруги и соратника. Рад, что все случилось именно так.

— Она мне тоже нравится, — кивнула я. — И думаю, что ваша дружба имеет место быть.

— Спасибо, Ванесса, — он улыбнулся. — Твоя поддержка для меня много значит. Как ни крути, а первой подругой стала ты.

Мы направились обратно во дворец, и я уже начала расслабляться — день почти закончился, все живы-здоровы, тишина и покой…

Как вдруг впереди, у поворота в императорское крыло, послышались крики.

— На помощь! Спасите! Императора убивают! — истошный крик разнесся по коридору, эхом отскакивая от стен.

Я сорвалась с места быстрее, чем успела осознать происходящее. Принц мчался следом, но я была быстрее — годы работы в управлении и академия телохранителей это вам не хороводы водить.

В коридоре, ведущем в императорский кабинет, шел бой. Несколько стражников отбивались от людей, одетых во все черное, а один из них подбирался к явно оглушенному императору.

Он стоял у стены, прижав к себе какую-то бумагу, и мотал головой пытаясь прийти в себя. По виску стекала струйка крови. На него надвигался человек с ножом в руке и явно не для того, чтобы почесать спинку.

— Ваше Величество, назад! — рявкнула я, набрасывая на убийцу парализующее заклинание.

Тело мужчины обмякло на бегу, он споткнулся и рухнул на пол, но перед полной парализацией успел посмотреть на меня с ненавистью и метнуть кинжал. Я успела уклониться от прямого попадания в грудь, но лезвие все же полоснуло по правому плечу.

Боль обожгла, как огнём. Я почувствовала, как по руке течёт что-то горячее, и меня накрыла странная слабость. Не обычная от потери крови — иная. Словно кто-то выключил мою магию, а вместе с ней и силы. Тело перестало слушаться, и я начала падать назад.

— Ванесса! — крикнул принц, подхватывая меня и аккуратно опустил на пол.

— Император... — прошептала я, пытаясь мутными глазами найти его.

— Жив, — донеслось откуда-то сверху, и я наконец — то увидела склонившегося надо мной Джонатана. — А вот ты...

Попыталась улыбнуться, но сознание окончательно затуманилось, мир