Черно-белые чувства - Дарья Волкова

Вот и нужная дверь. Артем продышался, зачем-то пригладил волосы, одернул рубашку — и нажал на кнопку звонка. Его звук слышался даже тут, на лестничной площадке. Но дверь не открывали. Что за дела? Таисия же знает, что Артем должен приехать. Да, чуть раньше, но… Так, Таисья Кирилловна, а куда это вы ушли? Больная, с температурой, головной болью? Или спит?

Артем почувствовал какую-то странную, непонятную тревогу. Нажал на звонок, тут же бросил. И забарабанил кулаком в дверь. Никаких реакций. Артем прислушался. Ему послышался какой-то звук, будто вскрик.

Да ну. Кажется.

Но рука сама собой нажала на дверную ручку. И дверь мягко подалась. Не заперто. Что за… Артамонов дернул дверь на себя.

Теперь точно не кажется. В квартире кто-то есть. И Артем быстро шагнул через порог.

* * *

Она лежала на полу. В неправильной, неестественной позе. А самым неправильным была навалившаяся сверху мужская фигура.

И Артем точно знал, кто это. Не узнал по спине, затылку, одежде. Просто знал. Чем-то внутри, точно и безоговорочно. Артамонов в одно движение за шиворот оторвал его от Таисии, без усилий отшвырнул в сторону. Один взгляд на Таисию, потом наклонился, подхватил подмышки, поставил на ноги, оглядел. На щеке след ладони, разбитая губа. И на этом все, кажется.

— Ты как?

Ее плечо под его ладонью дрожало. Губы дрожали. Выдохнула шумно, всхлипнула.

— Нормально.

— Так вот ради кого ты меня бросила… — раздалось за спиной. — Тупо, Тая, очень тупо…

Артем развернулся, задвигая Таисию за спину. У противоположной стены уже стоял на ногах Халяев.

И тут Артема накрыло.

У противоположной стены стоял человек, который лишил его самого дорогого — жены и дочки. И полетело вдруг в голове ослепительными, до боли в виске, вспышками.

Как ездил на опознание в морг. Что там увидел. Разговор со следователем. Разговор с Халяевым-старшим про деньги. Суд. Заседания. Лица Халяевых. Голос судьи, зачитывающий решение. Собственную истерику. Как выводили из зала суда. И бессильную, выжигающую ярость.

Все то, что не проявило себя, когда Артем увидел Халяева-младшего на операционном столе, захлестнуло его сейчас.

Тогда, пять лет назад, Артем не смог уберечь самое дорогое, что у него было. Он, мужчина, взявший на себя ответственность за женщину и ребенка, не смог уберечь их от мерзавца, негодяя. Который сейчас, снова посягает на то, что Артему важно и дорого.

Не в этот раз, мразь. Не в этот раз.

И он рванулся вперед.

* * *

Это было страшно. Гораздо страшнее, чем когда Павел прижимал ее к полу и пытался задрать кофточку. То было омерзительно, но понятно. А вот то, как свистнул кулак Артема, реально свистнул, Тая услышала этот звук, — это было страшно, очень страшно. И как мгновенно, словно потеряв все кости в теле, опал на пол Павел. Словно в слоумоушен Таисия смотрела, как Артем занес ногу, как со всей силы пинает лежащего Халяева куда-то, ей было не видно, куда именно. Да не важно, куда именно! Они же не сопоставимы по габаритам. Артем вон какой огромный на фоне Павла. И вид у него… Совершенно безумный. Белое лицо, два алых пятна на щеках и черный взгляд.

В ней снова все включилось — и Таисия бросилась к Артему. Поднырнула под занесенную руку, вцепилась в каменные плечи, обхватила двумя руками, прижалась. И зашептала что-то, не слыша ничего, кроме гула крови в ушах.

* * *

Алая пелена сползала быстро. От рук, обнимавших за шею. От прижимающегося женского тела. От быстрого шепота, который как-то пробивался сквозь забивающий гул крови в ушах, перебивал бешенный стук сердца.

— Не надо! Тема, миленькой, родной мой, не надо! Пожалуйста, прошу тебя, не надо, не надо, не надо!

Пелена сползала. Сердце стучало уже не так бешенно. И возвращалась способность мыслить здраво. Руки поднялись сами собой, он прижал к себе Таисию крепко. И смог выдохнуть только беспомощное:

— Тая…

А она все гладила и гладила его, то по шее, то по плечу, то по груди. И шептала:

— Все-все-все…

Все? Да нет, не все. Он напоследок прижал к себе Таю — и отпустил. Повернулся к Халяеву. Тот пытался встать, но очень неуверенно. Живой? «Жаль…», — шепнула алая пелена. «Брысь!» — ответил ей Артамонов.

Артем подошел к ворочающемуся на полу Халяеву.

— Тема! — раздался за спиной голос Таисии.

— Не подходи. Принеси мне веревку какую-нибудь.

— Веревку?

— Или пояс от халата.

Халяев все-таки сел. Лицо его было все в крови, взгляд совершенно безумный. У Артема, наверное, был такой еще минуту назад. А что было бы, если бы Тая его не остановила…

— Ну, все, — Халяев сплюнул кровь на пол. — Готовься следующие двадцать лет провести в тюрьме. А, может, и не выйдешь оттуда. Мы договоримся, чтобы не вышел.

За его спиной всхлипнула Тая. Артем выверенным движением, словно он на операции, протянул руку назад. И Таисия, как хорошая медсестра, вложила ему в руку пояс от халата.

— Эй, ты чего?!

Халяев пытался сопротивляться, но Артем без труда снова завалил его, брыкающегося и матерящегося, на пол, лицом вниз. Не зря, получается, Артем, после того, как перестал пить, переключился на спортзал и там вымещал свои эмоции. А вот по боксерской груше лупил, получается, зря. Чуть не убил.

Артем разогнулся.

— Артем, что… Что мы будем делать? — Таисия смотрела расширенными глазами на Халяева, который лежал на полу со связанным за спиной руками.

— Полицию вызывать.

— Полицию?

— Конечно. Незаконное проникновение, попытка изнасилования.

— Давай-давай! — хрипло расхохотался Халяев. — Вызывай! Они тебя и упакуют. Давай быстрее вызывай, самоубийца.

— Тая, дай мне носок.

Она хлопнула ресницами.

— Какой носок?

— Желательно, грязный и вонючий, но у тебя же такого наверняка нет.

Она несколько секунд смотрела на Артема все теми же расширенными глазами, а потом коротко рассмеялась. И тут же расплакалась.

Так, ну это она еще долго продержалась. И главное сделала. Артем коротко обнял девушку.

— Так, иди на кухню, чайник поставь. Только носок мне сначала дай.

Таисия с совершенно ошарашенным видом стащила с ноги носок.

— Одного хватит?

— Хватит, — и без всякого сожаления затолкал его в плюющийся рот Халяева. А потом вытянул ремень из его штанов и зафиксировал рот ремнем.

— Артем, что ты делаешь?..

— Лично я не собираюсь слушать его бред до приезда полиции.

— А он… он не задохнется?

Отличные вопросы Таисия задает. Значит, пришла в себя. Артем снова наклонился, проверил.

— Дыхательные пути свободны. Ничего ему