Рыцарь-ворон - Диана Крымская

– Вы не стучитесь. Это не по-рыцарски, мессир.

Сердце ее громко стучало. Она боялась этого человека. Зачем он явился сюда? Он отныне властвует в Карлайле, не пришел ли он за тем, чтобы... Нет-нет, только не это!

– Пир начался, леди Эдель. И, конечно, мы бы хотели видеть на нем прекрасную хозяйку. Соблаговолите спуститься к ужину, миледи.

В голосе его звучал приказ. Но Эдель не торопилась с ответом. Наконец, она сказала:

– Хорошо. Я приду на ваш пир, мессир. Но сначала мне нужно кое-что сообщить вам.

Он скрестил руки на груди:

– Я слушаю.

Она глубоко вздохнула. Вот он, момент истины!..

– Дик – ваш сын, – быстро проговорила она. Его глаза в узкой прорези забрала блеснули непонятным блеском.

– Что вы сказали, миледи?

– Что Дик – ваш сын, – повторила она. – Помните взятие Фэрфакса? Девушку-кухарку, которая хотела ударить вас кинжалом, и которую вы взяли силой? Так вот: это была я. Я переоделась в чужую одежду и хотела убежать, но меня поймали и притащили в комнату, где находились вы. У вас голова была перевязана, и вы весь были заросший, так что лица было не разглядеть... И вы изнасиловали меня тогда.

– Вот как. А как же ваш муж? Вы уверены, что ребенок от меня, а не от него?

Какой у него спокойный голос! Хотя, может быть, он просто умело скрывает свои чувства. Но не мог же он забыть ту ночь?? Что ж, она расскажет все до конца. Признается во всем.

– Знайте, что я родила Дика не от Родерика. А от вас. Я... вообще не была замужем за Родериком. – Ну, вот, она это и сказала! – Я обманула всех. Потому что боялась. Потому что мне некуда было идти. Мой замок был сожжен. Если бы я сказала барону Карлайлу правду, он выгнал бы меня с позором. Родерик, действительно, вез с собой священника, собираясь жениться на мне. Но, когда я убежала от вас через подземный ход и прибежала в лес, то на поляне нашла только Лайонела. Все остальные были мертвы. И я придумала эту ложь... Сняла с пальца мертвого Родерика кольцо и надела на свой палец. А потом, когда барон принял меня, как родную дочь, и я узнала, что беременна... Я хотела избавиться от ребенка, но сэр Вильям был так рад, что я ношу под сердцем его внука, наследника Карлайла! И я не решилась еще и на такой грех. А потом, когда Дик родился, я...

Она остановилась, чтобы перевести дух, – и вдруг услышала, как он засмеялся. Смех его становился все громче, пока не превратился в громкий хохот. Пораженная, она уставилась на него.

– Вы смеетесь?..

– Леди Эдель, ну и ну! – воскликнул он. – Вот это да! А я считал вас образцом добродетели! А вы, оказывается, просто шлюшка! Да еще и лгунья!

Да как он смеет??

– Я никому не принадлежала, кроме вас! – она почти кричала, забыв, что совсем рядом спит Дик. – Если вы помните, тогда вы сами обещали утром вывести меня из замка, не дав вашим людям обидеть меня! Но я убежала через потайной ход! Клянусь богом, Дик – ваш сын!

– Мой сын, говорите? Ха-ха! Такой прелестный малыш, черт побери! Но кто бы мог подумать... Благодарю за эту чудесную новость, леди!

– Послушайте! Дик в большой опасности! Лайонел хочет завладеть Карлайлом. Он замышляет недоброе. Я боюсь за жизнь сына... нашего сына, мессир! Вы должны защитить его!

Но он продолжал хохотать. И вдруг она узнала его. Она вздрогнула и отступила. Неужели это...

– Филипп де Буажи?

Он медленно снял шлем и издевательски поклонился:

– Он самый, дорогая миледи.

...Вот почему она всегда боялась его, вот почему он внушал ей всегда такой страх! Рыцарь-ворон – Филипп де Буажи!

– Вы... вы не верите, что Дик – ваш сын? – слабым голосом промолвила она, чувствуя внезапную дурноту и с трудом удерживаясь на ногах.

– Я? Я охотно верю, что он – сын рыцаря-ворона, – широко улыбнулся де Буажи.

– Что это значит? Я не понимаю... – пробормотала она.

– Вы скоро все узнаете, миледи. Пока же повторяю, что желаю видеть вас сегодня на пиру. Даю вам полчаса, чтобы переодеться. Обещаю, если вы не явитесь, за вами придут и отведут на пир силой. Тем более, что мой верный союзник – Лайонел Мэтлок – жаждет также увидеть вас. Кстати, знаете ли вы, что сэр Лайонел когда-то помог мне взять Фэрфакс? Да-да, именно он. Он показал потайной ход, которым, как я понимаю, позднее воспользовались и вы... Вы побледнели? Сейчас я позову кого-нибудь из ваших слуг. До встречи, леди Эдель.

Эдель медленно спускалась по ступеням. После хлопот Сары ей стало лучше, но не намного. Вот она идет, в великолепном парчовом платье, с перевитыми жемчугом волосами, в залу, где пируют ее враги, – а ее супруг, закованный по рукам и ногам, сидит в подземелье, и никто не знает, увидит ли он завтрашний день...

А рыцарь-ворон – Филипп де Буажи! Она знала это, знала с самого начала, едва увидев его в Лондоне!

Но ему все равно, что у него есть сын. Да и помнит ли он ту ночь?.. Его безудержный хохот до сих пор стоял в ее ушах. А она-то думала, что он способен на жалость, сострадание, на отцовскую любовь... Да он дьявол, дьявол во плоти!

И Лайонел... Лайонел, которого она считала верным другом, и который предал Фэрфакс! О, как болит у нее сердце!

Она остановилась на середине лестницы, кусая губы, чтобы не заплакать. Она так одинока, и некому помочь ни Дику, ни ей, ни ее несчастному мужу!

Она уже решила спрятать Дика. Завтра на рассвете она укроет его в надежном месте, где никто его не найдет. И, даже если ее будут пытать, не выдаст это место!

При мысли о пытках она снова вспомнила о муже. Его тоже наверняка ждут муки... Рыцарь-ворон ненавидит его и, конечно, не ограничится просто убийством.

– Антуан! – вырвалось у нее почти стоном.

И вдруг чья-то темная тень мелькнула ниже на ступенях, и молодая женщина испуганно остановилась.

– Кто здесь? – прошептала она, вся дрожа.

– Это я, – раздался знакомый голос, и через мгновение перед нею появилась Мириам – по-прежнему в одежде пажа.

– Боже! Как ты меня напугала!.. Но где ты