Трансильвания - Оксана Пелевина

того не осознавая, девушка ближе придвинулась к Ирвингу, будто ища его защиты. Тем временем барон вонзил деревянный кол в грудь мертвеца. Выждал всего пару секунд и выдернул обратно. В эту секунду произошло то, к чему нельзя было подготовиться. В полумраке похоронного бюро, застыв над телом покойного, барон приподнял голову. И в этот миг его глаза всего на секунду блеснули ярким желто-зеленым светом.

Спрятав деревянный кол обратно за пазуху, Эрих попытался успокоиться. Не сразу, но ему удалось унять свой гнев. Дело, которое влекло его сюда, было сделано. Задерживаться барон не стал. Быстрым шагом пройдя через весь зал, он скрылся за черной шторой, вышел в холл, а оттуда выбрался на улицу. Каталина и Ирвинг еще долго молчали, боясь издать хоть один звук. Выждав время, они аккуратно выбрались из своего укрытия и направились в холл.

Все еще не веря своим глазам, Каталина растерянно поглядывала на Ирвинга.

– Что это было? – прошептала девушка, чувствуя, как все ее тело дрожит от страха. – Ты видел его глаза? Они светились… Почти как у папы в ту ночь… Только цвет был другим…

Ирвинг и сам пребывал в задумчивости, но, в отличие от девушки, он не был ни напуган, ни растерян.

– Мой отец всегда был прав… Во всем прав, – наконец, после недолгих раздумий, произнес юноша. – Не зря я затеял эту поездку. Папа всю жизнь бережно собирал любые сведения о вампирах. Искал истории, встречался с людьми, утверждавшими, что сталкивались с этими монстрами. Я же всегда смеялся над этим увлечением отца, думал, оно не имеет никакого смысла. Вот болван! После его смерти я изучил многие из собранных им материалов. Если верить им, получается, что вампиры всегда жили рядом с нами.

– Подожди, ты же не хочешь сказать, что Эрих… один из них? Он ведь не похож на отца… Он всегда выглядел… эм… нормально.

– Твой отец не был настоящим вампиром, он только обратился. Отец называл таких, как он, упырями – чудовищами с маниакальной страстью и безумным голодом, ищущих свежей крови. Не все вампиры такие. Есть те, кто живут на земле не одно столетие. Они давно научились скрывать от людей свою подлинную сущность.

– То есть они не пьют кровь живых? И никого не убивают?

Ирвинг устало усмехнулся.

– Таких вампиров не бывает. Всем им нужна кровь. Каждый из них настоящий убийца. Только за свою долгую жизнь большинство из них научилось хорошо скрывать свои кровавые деяния.

– Нет, нет… – Каталина упрямо затрясла головой. – Я не могу в это поверить. Барон… Он не может быть вампиром. О чем мы вообще говорим? Глупость какая… Наверняка, все это простая игра света или…или… что-то еще.

– Увы, я не склонен разделять твое мнение, – серьезным тоном произнес Ирвинг. – Я знаю, что видел, и предпочитаю верить своим глазам.

– Я так и не поняла, что он делал здесь. Зачем проткнул грудь ректора колом?

– Это как раз объяснимо: видимо, боялся, что ректор оживет, как и твой отец, и решил перестраховаться. Утверждать не берусь, но как он узнал, что в смерти ректора виноват вампир? Что, если убийство – его рук дело?

Сейчас Каталина боялась думать об этом.

– Как мне теперь жить с этим знанием? Он ведь стал нашим опекуном.

– Правда?! Оу, это нехорошо, – удивился Ирвинг и указательным пальцем задумчиво потер подбородок. – Тогда у нас появилась еще одна причина поскорее убраться из города. Кстати, ты все еще хочешь оставить сестру одну с этим вашим опекуном?

Каталине пришло время серьезно задуматься. «Что же делать? Брать Талию в Трансильванию опасно, кто знает, с чем нам придется там столкнуться. Но и оставлять ее одну с бароном мне теперь совершенно не хочется».

– Боюсь, придется взять Талию с собой, – наконец решила Каталина.

– Вот и отлично! Вместе веселее, – довольно усмехнулся Ирвинг.

– Кстати, – вдруг задумалась Каталина. – А что ты сам делал посреди ночи в похоронном бюро?

– Пришел взглянуть на тело ректора, конечно. Хотел понять, как он умер. Меня сегодня допрашивали жандармы. Я едва избежал тюрьмы. И больше не могу задерживаться в Дебрецене. Уезжать в Трансильванию нужно немедленно. Ты готова?

– Так скоро?!

Немного подумав, девушка кивнула головой.

– Да, я готова. Но мне нужно пару часов на сборы. И…некоторое время на уговоры сестры.

– Хочешь, я помогу? Мы с Талией, кажется, уже нашли общий язык.

– Я видела, – подозрительно прищурившись, произнесла Каталина. – Имей в виду, Ирвинг, я слежу за тобой. Позволишь себе лишнего в отношении Талии, я за себя не ручаюсь.

– За кого ты меня принимаешь? Я джентльмен до мозга и костей!

– Ладно, – махнула рукой Каталина. – Пора спешить. Встретимся у калитки нашего дома через два часа.

– Отлично! Значит сумеем выбраться из города еще до рассвета, – обрадовался Ирвинг.

Вбежав в гостиную собственного дома, Каталина буквально врезалась в перепуганную Талишу.

– Катиш?! Где ты была?! – вскрикнула сестра. – На дворе ночь! А тебя нет дома! Когда ты ушла? Почему ничего мне не сказала?!

– Талия, послушай меня, – серьезно попросила Каталина. – Все вопросы потом. У нас мало времени. Иди в комнату и собери самые необходимые вещи. Мы уезжаем.

– Что? – не поняла Талия. – Уезжаем? Куда?

– В Трансильванию, едем сегодня же ночью.

– Каталина, умоляю, объясни, что происходит. Ты пугаешь меня, – Талия обеспокоенно всматривалась в лицо сестры, будто пытаясь убедить себя в том, что Каталина не сошла с ума.

– Ладно, ладно, – выдохнув, старшая Эстерхази взяла Талию за плечи и усадила на кресло. – Сегодня ночью я следила за бароном Рифхогелем.

– Следила? Но зачем?!

– У меня появились опасения на его счет, и я просто хотела чуть больше узнать о человеке, которому мы доверили свои жизни.

– И что произошло дальше?

Каталина ненадолго замолчала, подбирая правильные слова. Ей не хотелось пугать и без того впечатлительную сестру, но и умалчивать о том, чему она стала свидетелем, девушка не могла.

– Я видела, как Эрих проник в похоронное бюро. Он интересовался телом погибшего ректора.

– Этому наверняка есть объяснение. Наверное, после визита жандармов барон хотел разобраться с тем, что случилось с господином ректором. Ведь ты теперь фигурируешь в этом деле.

– Все не так просто, Талия, – продолжала Каталина. – Барон пришел туда с деревянным колом, таким же, какой был у Ирвинга в ту ночь. И этим колом барон проткнул сердце мертвого ректора.

– Ты уверена, что все было именно так?

– Да, да! А еще…

– Есть и еще?!

– Мне кажется, наш опекун – вампир, – стараясь придать голосу спокойствие, выпалила Каталина.

– Что?! Вампир?! Каталина, о чем ты говоришь? – боясь, что ее