Трансильвания - Оксана Пелевина

– Его глаза светились, Талиша! Я и сама не верю в то, что говорю, но… Я видела это! Видела! И была уверена, что именно ты меня поймешь. Кто там в Бралуе твердил мне о кровососах?

– Это совершенно разные вещи! То глухая румынская деревня со своими тайнами. Ты же говоришь о том, что человек, вхожий в наш дом много лет, – вампир!

– Посмотри на меня, Талия, – потребовала Каталина. – Скажи, я когда-нибудь давала тебе повод усомниться в своем здравомыслии?

– Ну, не считая последних дней, пожалуй, нет.

– То-то и оно. Талия, мы обе знаем, что вокруг нас происходит что-то нехорошее. Сначала загадочная гибель отца, потом его внезапное возвращение, смерть ректора, а теперь еще и барон. Я не знаю, что нам теперь делать. Но боюсь, если мы ничего не предпримем, странности продолжат расти. И кто знает, чья смерть станет следующей. Нам нужно поехать в Трансильванию и узнать, с чего все началось.

В гостиной повисла немая гнетущая тишина. Талия, обхватив себя руками, пыталась понять и принять доводы сестры. Каталина давала ей время, умоляюще глядя в глаза. Наконец, Талия заговорила:

– Еще вчера ты сама запрещала мне и думать о том, чтобы поехать с тобой.

– Все изменилось. Теперь я не могу оставить тебя здесь одну.

– Господи, Каталина, я даже представить не могу, что значит сбежать из дома.

– Знаешь, а Ирвинг очень обрадовался, узнав, что ты едешь с нами, – будто невзначай заметила Каталина.

– К чему ты это сказала? – с подозрением переспросила Талия.

– Надеялась, этот аргумент поможет тебе принять верное решение.

– Ну хорошо, хорошо. Я сделаю, как ты хочешь, Катиш, поеду с тобой. Но знай, Ирвинг здесь ни при чем.

«Ну, конечно, сестренка, ну, конечно», – мысленно усмехнулась Каталина.

Теперь, когда решение было принято, девушки, полные тяжелых дум, отправились собирать вещи.

Через пару часов, как и планировалось, Ирвинг с чемоданом появился у калитки дома Эстерхази. Девушки уже были готовы. Отыскав водителя, согласившегося довести их до границы с Трансильванией, они выехали из Дебрецена. Проезжая по знакомым улицам, Каталина вспоминала свою последнюю поездку с отцом. В тот раз она была готова выпрыгнуть из автомобиля, лишь бы остаться дома. А сейчас, забыв обо всем, сама бежала навстречу неизвестности.

До деревни Бралуй путники добрались лишь следующим вечером. Дорога оказалась сложнее, чем они предполагали. По пути автомобиль заглох, и им пришлось спешно искать другого водителя. Теперь, высадившись на окраине деревни, Ирвинг, Каталина и Талия шли по единственной улице, проходившей по центру селения. Их появление не осталось незамеченным. Жители вновь с любопытством взирали на чужаков, забредших в их края. Наконец, у крыльца одного из домов девушки заметили знакомую фигуру.

– Это местный староста – Драгош, – пояснила Ирвингу Каталина и громко окликнула мужчину.

– Добрый вечер, господин Драгош. Вы помните нас?

Услышав свое имя, староста обернулся. И в мгновение ока выражение его лица изменилось. В глазах отразился немыслимый ужас. Мужчина заметно побледнел и едва различимо прошептал:

– Зря вы вернулись… очень зря…

Глава 6

Куда пропала Тереза?

Из дневника барона Эриха фон Рифхогеля:

«Мое опекунство над дочерьми Петера вступило в законную силу. И отныне моя привычная жизнь должна значительно изменится. Талия – младшая из сестер, уверен, не доставит проблем. Она покладистая девушка, послушная, с ней можно договориться. С Каталиной же все сложнее. Ее скверный характер порой доводит до безумия. И я боюсь представить, сколько сил и времени потребуется, чтобы найти с ней общий язык…»

Венгерский городок Дебрецен, стоявший на границе с Трансильванией, привык пфосыпаться рано. С первыми лучами солнца улицы начинали оживать, наполняясь гомоном людских голосов, звуком шагов и гулом редких, но громких автомобилей. Спустя несколько часов после рассвета Эрих фон Рифхогель вышел из ворот своего поместья и направился к дому семьи Эстерхази. Эту ночь, по мнению барона, сестры впервые после смерти отца провели в полном одиночестве. И теперь, исполняя роль опекуна, Эрих спешил проверить своих подопечных. Добравшись до дома Эстерхази, барон поднялся на крыльцо и нажал на звонок. Выждав около двадцати секунд, Эрих позвонил снова. За дверью царила тишина. Прислушавшись, барон не услышал ни шагов, ни единого шороха. Понимая, что девушки могут все еще находиться в постели или спешно натягивать платье, чтобы спуститься вниз, барон тем не менее начинал нервничать. Долгое ожидание утомляло его и заставляло разум рождать тревожные мысли.

Позвонив в третий раз и вновь не получив ни единого намека на присутствие в доме хозяйки, Эрих потянулся к ручке, собираясь открыть ее, приложив силу, так же, как он сделал накануне. Но внезапно раздавшиеся позади него шаги заставили отложить задуманное и обернуться.

– Не ждите, господин, никто вам не откроет. Я торчу здесь уже не один час, и все без толку.

Позади барона, неподалеку от крыльца, стоял рослый мужчина средних лет. Крепкий, по-своему сильный, в заношенной практичной одежке, он был типичным представителем рабочего класса.

– Кто вы такой? – спросил Эрих.

– Я-то? Виктор. Виктор Барди.

Оценив внешний вид незнакомца, без особого дружелюбия в голосе, барон поинтересовался:

– И что заставило вас, Виктор, провести здесь столько времени?

– Я приехал навестить сестру. Тереза служит в этом доме горничной. Вы ее знаете? – спросил мужчина, вглядываясь в лицо барона. – Недавно я получил от нее телеграмму. Она писала, что хозяин дома скоропостижно скончался. Она была расстроена. Я посчитал нужным приехать и узнать, что теперь будет с сестрой. Удостовериться, что после смерти хозяина дома ее не выставят на улицу. Со вчерашнего вечера хожу здесь кругами, а в дом попасть не могу. Вы не поможете мне, господин? Не подскажете, почему никто не открывает?

Барон ни на секунду не дрогнул. Но упоминание горничной, чье тело он нашел на полу гостиной несколько дней назад, заставило его напрячься.

Он вспомнил собственный совет, что услышала от него Каталина. И сейчас решил неотступно следовать ему.

– Горничная семьи Эстерхази, насколько мне известно, сразу после смерти господина Петера забрала свое жалование и покинула службу, – уверенно ответил барон.

– Кто вам об этом сказал? – попытался уточнить Виктор. – Хозяйки дома? Не подумайте, что я сомневаюсь в ваших словах, господин. Но в телеграмме, что я получил от сестры, было сказано довольно четко – Тереза не собиралась покидать службу. Напротив, планировала оставаться рядом с молодыми хозяйками, чтобы поддержать их. Нет, Тереза не могла просто так взять и уйти.