Вечерний изумруд - Иника Мин

– То есть ты думаешь, он конченый?

Замком прикусил губу.

– Это, скорее, я… – я принялась теребить рукава блузки, сгорая от стыда, – как сказать… Я точно не помню…

Влад ошарашенно уставился на меня, а мне захотелось прекратить разговор. Почему я вообще ему это рассказываю?

– Ты приставала к Мстиславу… в этом самом смысле?

– Не знаю. Не помню. Похоже на то.

– Это он так сказал?

– Нет. Такое ощущение. – Я все еще перебирала пальцами ткань. – А это… помимо Арины он с кем-то… ну…

Борясь с похмельем, Влад соображал долго, но все же соображал:

– Бывает. Его постоянно пытаются склеить. Он же, гад, красивый. Были бы у меня волосы, как у него, я бы, знаете, тоже был нарасхват! Рыжих почему-то девушки не сильно любят, – расстроенно подытожил он.

«Не думаю, что в волосах дело», – подумала я.

– Погоди, а тебе зачем? – прищурился Влад.

Наступила долгая пауза. Он переваривал услышанное, пытаясь сложить пазл в своей голове. Наконец он задал вопрос, поставивший меня в тупик:

– Тебе нравится Мстислав?

Неприятный холодок пробежал по спине, а пальцы рук закололо.

Нравится? Мстислав? Мне?

Почему-то ответила я не сразу:

– Мне? Нет – это же очевидно. Я просто выпила лишнего.

Влад ухмыльнулся.

– Тем не менее приставала ты только к нему. И к Арине цеплялась так, как будто ревновала.

Начиная злиться, я воскликнула:

– Какая к черту ревность?! Просто Арина мне не понравилась. Сам-то что?

– А?

– Что там по поводу сестры моей говорил, когда от выпитого язык заплетался?

Я ловко сменила тему: Влад стушевался.

– Да ничего такого… Хотя, знаешь, да. Все так. Я плохо помню, что именно нес, но не отрекаюсь от того, что чувствую: мне нравится Василиса. Очень. И будь вы все хоть сто раз против – мне все равно.

– Против? Против чего, собственно? Она вообще в курсе?

– Ну… – он снова замялся, опуская глаза, – разве уместно ей говорить?

– Что, смущает, что она к коляске прикована? Не хочется с этим возиться? – вспылила я. Когда речь заходила о неспособности Василисы ходить, я тут же закипала и была готова кому угодно нос сломать. Так и сейчас заминка Влада показалась мне признаком малодушия. Неужели он считает мою сестру дефектной, недостойной?

– Что? Нет! – тут же стал отрицать Влад, замахав руками. – О чем ты? Я об этом и не думал. Я ведь люб… то есть она мне правда очень нравится. Просто я… я ведь охотник. А она рассказала, сколько боли они вам принесли. Мне стыдно за всех охотников, правда. И еще… я разве подхожу ей? Ну, ты сама видела, какая она, а какой я… рыжий, несуразный, шумный, грубый…

– Так, – оборвала я его самобичевание, – то есть тот самый Влад, который всегда весело шутит, умеет найти тему для разговора и который очаровывает всех женщин в бюро, – он не уверен в себе перед моей сестрой? – Я заулыбалась, умиляясь его смущению. – Брось! Если это единственное, что тебя останавливает, то я запрещаю тебе такого рода глупости!

– Т-то есть ты не против, – он смотрел на меня полным надежды взглядом, – и ты правда думаешь, что у меня есть шанс?

– Да. Ты хороший парень. Если что-нибудь выкинешь – скормлю тебя химерам, делов-то. Только вот… – задумалась я.

– Что? – очень уж взволнованно переспросил Влад.

– Уходи из бюро. Если сестра влюбится – каково ей будет тебя потерять?

– Будем решать проблемы по мере поступления. А сейчас вставай. Поехали.

И он потянул меня за собой.

– Куда?

– В чувствах моих признаваться.

Глава 13

Признание

Мы правда поехали к Василисе в реабилитационный центр. Точнее, Влад каким-то магическим способом уговорил меня поехать с ним. «Для моральной поддержки», – точная его цитата.

И вот мы уже оказались в палате. Он принялся травить байки, а я – гадать, в чем конкретно заключалась моя роль.

– Влад, – одернула его Василиса, – ты какой-то… нервный сегодня. Что-то случилось?

И я, и он заметно напряглись, а сестра лишь еще больше забеспокоилась.

Влад начал мяться, что-то мычать себе под нос. Я закатила глаза и решила действовать сама:

– Не переживай, ничего страшного не случилось. Просто Влад, оказывается, очень стеснительный, хоть по нему и не видно. Он уже битый час хочет поговорить с тобой серьезно, но все никак не решится. Поэтому, – тут я встала и направилась к двери, – сейчас я лишняя. Удачи, Влад.

Я вышла в коридор, оставив ошарашенного Влада и заинтересованную сестру наедине. Скучая в зоне ожидания, я время от времени прокручивала в голове произошедшее. После всего, что со мной случилось на службе в десятом, я бы никогда не подумала, что захочу близости. Мне были неприятны даже прикосновения, но, если подумать, командир не раз дотрагивался до меня, и это не вызывало отвращения. Как вообще я смогла добровольно… В глубине души я очень хотела, чтобы это был всего лишь сон, и я не пыталась… а что, собственно, я пыталась сделать? Я правда пыталась соблазнить Мстислава? Это в голове не укладывалось. Зачем? Почему тогда мне было так больно оттого, что он меня отверг?

«Тебе нравится Мстислав?»

Вопрос Влада эхом раздался в голове.

Потом я вспомнила, как на вечеринке мы разговаривали с командиром на балконе. И снова эта улыбка, от которой скрутило внутренности, но которая будто бы вернула мне весну в разгар осени. Почему я вообще так реагирую? Это ненормально. «Он же, гад, красивый», – вспомнила я не к месту. Я почти что завыла, закрывая лицо руками. Этот человек вызывает во мне слишком много чувств. Очень хотелось вернуться в то время, когда я еще не знала Мстислава.

За круговоротом мыслей я совершенно не заметила, как прошел час и как задумчивый Влад уселся рядом. По его состоянию совершенно не было понятно, как прошел разговор, поэтому я спросила сама:

– Ну что? Тебя отшили?

– А? Нет… вроде…

– Вроде?

– Я так волновался, что, кажется, ничего не помню.

– Ты шутишь, что ли? Вы разговаривали почти час! И ты не помнишь о чем?

– Я не… мне было так хорошо, что я лишь восхищался.

Я смотрела на него как на умалишенного. Да, тяжелый случай.

– Ладно. Жди, я тоже с ней пообщаюсь.

Когда я вошла в палату, сестра думала о чем-то, смотря в окно. Но, увидев меня, улыбнулась:

– Влад наконец-то признался мне! – радостно сообщила она.

– Ты не выглядишь удивленной.

– Так это было очевидно, разве нет? Я все думала, когда же он решится. Хотела сама начать разговор, но