Грехи любви: в паутине соблазна - Кэтрин Болфинч

— В этот раз я буду с тобой нежным, — прошептал я, опалив ее ухо горячим дыханием, из-за которого появились мурашки. Эмили повернула голову, касаясь своими губами моих.

— А будет следующий? — никто из нас не знал, и Эмили лишила меня возможности даже задуматься об этом — ее пальцы запутались в моих волосах, она притянула меня к себе и поцеловала, заставляя забыть обо всем, кроме этого момента.

Я отстранился, чтобы стянуть с себя брюки, и снова вернулся к ней, будто эти несколько секунд были сравнимы с разлукой в несколько месяцев или даже лет. Эмили развела ноги в стороны, готовая и открытая.

И какого хрена мы так долго друг от друга бегали и пытались отрицать притяжение?

Что, если оно пройдет после секса?

Может, так будет лучше.

Похрен.

Я толкнулся вперед, Эмили откинула голову, открывая шею, в которую тут же впились мои зубы. Я и сам себя не узнавал рядом с ней.

Что, черт возьми, она со мной творила?

Она буквально плавилась в моих руках, а мне нравилось смотреть на то, как из нее вырывались стоны, как закатывались глаза. Нравилось ощущать, как пальцы впиваются в мои плечи, а затем сжимают волосы у корней. Эмили прикусывала губы, сдерживая крики, а я двигался в ней и наслаждался каждой секундой.

Я перехватил ее руку, ногти которой с силой вцепились в мое плечо, оставил на запястье нежный поцелуй и, переплетя наши пальцы, прижал к матрасу.

Мы терялись в беспорядочных движениях, в каком-то бешенном и совершенно неправильном ритме, который почему-то приносил море удовольствия. Смазанные поцелуи, влажные от пота тела, шумные вздохи и стоны удовольствия. Секс буквально пропитал каждый сантиметр пространства этой комнаты.

Эмили скрестила ноги за моей спиной, выгнула спину и, ткнувшись носом в мою шею, сдавленно застонала. Ее ладонь крепче сжала мою. Тело пробила легкая дрожь.

Черт возьми, она кончила на моем члене.

Я нашел ее губы, кусая их, целуя так, словно больше никогда не смогу этого сделать. Мои движения стали резче, глубже. Эмили дрожала в моих объятиях, умоляла о большем, и я не хотел и не смог бы ей отказать. От ее наслаждения зависело мое наслаждение, и мы оба в нем утонули.

Уже позже мы все еще лежали в постели, так и не найдя сил подняться и хотя бы сходить в душ. Эмили устроилась под моим боком, иногда задумчиво обводя тату пальцем и оставляя поцелуи на плече, а я крепче прижимал ее к себе, то ли пытаясь согреться, то ли боясь, что она испарится, а все происходящее окажется лишь сном.

Эмили шевельнулась, заставляя меня замереть и даже задержать дыхание.

Все, сейчас она точно скажет, что ей пора и убежит. А я ведь не стану останавливать. Может быть, было бы правильно ограничиться лишь одной ночью.

Но Эмили снова удалось меня удивить.

Она перевернулась на живот, скрестила ноги и улыбнулась.

— Не нежничай со мной, Энзо, — Эмили склонила голову к моему плечу, потерлась о него щекой, словно кошка, а затем посмотрела в глаза. — Только не в сексе. Я хочу быть королевой днем, но ночью, в постели… — она покачала головой, а я едва не задохнулся.

Следующий раз будет. И за ним еще один. Потому что произошедшее нихрена между нами не изменило. Я все еще чувствовал это притяжение. И все еще хотел ее.

Глава 10. Эмили

Я не хотела пялиться на него, как в дешевом ромкоме, но утро наступило неожиданно, а я проснулась, лежа едва ли не на груди Энзо. Он казался спокойным и чертовски красивым.

Меня мучил вопрос, что будет дальше?

Мы провели отличную ночь вместе, но я не хотела тешить себя иллюзиями, что все изменится и нас ждет счастливый финал. Такое бывало только в фильмах и книгах, очень редко — в жизни. Особенно в тех ролях, которые играли мы. В нашем случае не могло быть ни долго, ни счастливо.

Я перевернулась на другой бок и уставилась в окно, из которого, правда, открывался потрясающий вид.

Может, стоило убежать, пока он не проснулся?

Но стоило только подумать о побеге, как простыни зашуршали, а с меня почти стянули одеяло. Я нахмурилась и развернулась обратно, заметив ехидный взгляд Энзо, которым он одарил меня.

— Не думал, что утро может быть таким добрым, — хриплым после сна голосом проговорил он, его теплая ладонь легла на мою талию.

Да, я тоже не подумала бы, что раннее утро бывает приятным.

Я была уверена, что после этой ночи магия рассеется, желание касаться его исчезнет, но оно почему-то только усилилось.

Энзо по-свойски придвинул меня к себе, поцеловал в плечо, запуская миллион мурашек по коже и еще не остывшее возбуждение. Если так будет продолжаться, то я точно сойду с ума. Вот только дальше невинного поцелуя зайти не получилось — дверь открылась, а на пороге появился Алессио.

— Какого черта, Энзо? — он выглядел помятым и уставшим, и его точно мучала головная боль.

Я села, придерживая одеяло у груди, пытаясь понять, что ему нужно. Рядом со мной пошевелился Энзо, и я успела прикрыть его член другим концом одеяла.

— Тебя не учили стучаться? Вдруг я голый. Ой, а я ведь и правда без одежды! — язвительно выпалил Энзо, кинув на меня внимательный взгляд. Проверял, что его другу не видно ничего из того, что этой ночью видел сам?

— Ты сделал именно то, что Анита просила тебя не делать? — Алессио вопросительно выгнул бровь и оперся плечом о стену.

— Это не ваше дело.

— Энзо, это охренеть, как наше дело. И меня бесит, что ты этого не понимаешь. Тебе совсем она голову отбила?

— Сказал парень, который напился вчера, как первокурсник из-за ссоры с девчонкой! — выплюнул Энзо. — Еще раз повторяю, это не ваше дело, — зло припечатал он, было понятно, что Энзо не потерпел бы возражений.

— Чего вы так орете с утра пораньше? — буркнула я, рухнув на подушки. Энзо подтянул одеяло на мне повыше. — Это всего лишь секс.

— Да, милашка, всего лишь секс, — ядовито отозвался Алессио. — Вот только я потом не хочу вылавливать Энзо по частям, как гребаного тунца на Лонг-Айленде. Потому что твой отец его четвертует, когда об этом узнает, — прошипел он, оторвавшись от стены. Я вздохнула