Учительница дочери. Ты сдашься мне - Анастасия Сова

— И не поспоришь, — соглашается с моими словами Тихомиров. — И что делать думаешь?

Серьезно? «Что делать?».

— Уволюсь, конечно! — подскакиваю со стула. — Что же еще?!

— Сядь! — рявкает миллиардер.

— Вы просто не понимаете! С чего вы вообще взяли, что можете распоряжаться вот так чужими судьбами? Играть с ними? Кто дал вам и Назарову такое право?

— Села на стул и успокоилась! — приказывает Тихомиров. — У меня нет времени сопли тебе подтирать!

Медленно и обреченно оседаю на стул.

— Я вообще не понимаю, какого хера должен с вами возиться.

— Просто увольте меня, — предлагаю. — И все закончится. Я хочу работать честно, и блат мне не нужен. Тем более, от Назарова!

— Да как вы мне надоели! Оба! — Тихомиров откидывается в кресле и устало потирает переносицу.

Я просто жду его вердикта.

Зачем я сюда пришла? В глаза ему посмотреть. Узнать правду.

Узнала? Узнала.

Откажется увольнять прямо сейчас — напишу заявление, и через две недели меня тут не будет.

— Короче, — продолжает, наконец, начальник. — Хреново ему без тебя.

Усмехаюсь. Хотя, это не смешно.

— Это не смешно, — повторяю свои мысли вслух.

— А я и не смеюсь, родная. А Артура таким не видел… пожалуй, никогда.

— Послушайте, Богдан… или как вас там? Я понимаю, у вас с другом, наверное, взаимовыручка такая, но… как-нибудь без меня, ладно?

Начальник еще много чего говорит. Он хочет убедить меня, что Назарову не пофиг. Что ему, якобы плохо.

Но я не поведусь.

Я.

Не.

Поведусь.

Артур же всегда добивается своего, и это очередная его тактика. Только и всего. Поматросит и бросит, как говорится. Но это не мой вариант.

В итоге Тихомиров отказывается меня увольнять прямо сейчас, и я пишу заявление по собственному желанию. Придется потерпеть, отработать.

Девочек заверяю, что не знала о том, что блатная. И что покину их змеиный коллектив через две недели. Про змеиный, конечно, вслух не сказала, но подумала.

И вроде все опять удачно складывается, но мне не по себе.

Очередной крупный букет от Назарова сразу же летит в мусоропровод. А я укладываюсь спать с мыслями об этом мужчине.

Конечно, в своих голубых мечтах я бы хотела, чтобы слова Богдана были правдой, но ведь я понимаю, что такого быть не может. И нет никаких гарантий, что я откроюсь для Назарова, а он в итоге не плюнет мне в душу.

И уснуть не получается до самого утра. Я вообще в эту ночь не сплю. И в итоге моя доверчивая половина берет верх.

Да кого я обманываю?! Я скучаю по Артуру, и это факт. И прямо сейчас я хотела бы, чтобы он ворвался ко мне в квартиру и жестко взял прямо в коридоре…

— Оооох… — реагирую на свои же мысли.

Тело тут же становится горячим, а шея влажной.

Я просто поговорю с ним. Посмотрю.

А вдруг правда?

Я ведь даже Мире сказала, что каждый может исправить ошибки, если захочет. К тому же, я всегда была сторонницей того, что эти самые ошибки нужно прощать. Как говорится, не ошибается тот, кто ничего не делает.

Вызываю такси, что отвезет меня к дому Артура. Сегодня выходной, и я надеюсь, что Назаров дома.

Заранее не звоню, чтобы не спугнуть. Увидеть чуть больше правды.

И каково отказывается мое удивление, когда дверь в дом мне открывает какая-то девушка в коротких облегающий шортах и топе, закрывающем только ее аккуратную, но объемную грудь.

Она смотрит на меня, ожидая разговора, а у меня в голове в этот момент все перемешивается.

Какая же я дура!

— Я… я ищу Артура. Александровича.

— А вы, простите, кто? — уточняет незнакомка.

— Я?! Учительница. А вы? — пока ожидаю ответа, у меня, кажется, останавливается сердце.

— А я его жена.

Девочки, сегодня и завтра со скидкой за 99 рублей мой роман «Девочка для босса»

Читаем тут: https://litmarket.ru/books/devochka-dlya-bossa-1

«Я беременна от вас!».

Нет.

«Поздравляю, вы скоро станете папой!».

Черт! Тоже не подходит.

Босс вышвырнет меня из кабинета быстрее, чем я закончу фразу. Потому что это там, за дверями дорого клуба, он срывается с цепи при виде меня. А здесь… Я всего лишь временная секретарша, дико раздражающая своей нерасторопностью, о двойной жизни которой Абрамов ничего не знает.

Глава 43

Кира

Замираю в шоке.

Я понимаю, что должна сейчас уйти, но в голове все кружится. И я не сразу соображаю, что должна сейчас сделать.

Наивная идиотка, я ехала в дом к Назаровым с полной уверенностью, что…

А «что», собственно? То, что я сама себе напридумывала?

— А вы, получается, учитель нашей Миры? — довольно дружелюбно улыбается мне жена Артура.

— Получается, — не знаю, зачем вру.

Мало того, что я больше не работаю в школе, так еще и не ухожу, хотя мне явно тут не место.

— Тогда проходите, — хозяйка дома чуть отходит в сторону, чтобы пропустить мня внутрь. — Я как раз готовила смузи. Угощу вас. Вы любите правильную еду?

Все ее слова отчего-то смазываются для меня в один нелепый набор букв. Но я все равно прохожу в дом, точно все еще где-то в глубине души верю, будто все не то, чем кажется.

Словно еще может получиться.

У нас.

А потом смотрю на эту восхитительную и безумно сексуальную девушку, и… правда становится очевидной.

Но я не понимаю… все эти цветы, работа, драка, в конце концов! Зачем это все?

Значит, тогда нам нужно прекратить.

Хотя, что за бред я несу? Нельзя прекратить то, чего никогда не было?

— Надеюсь, вы хорошо относитесь к сельдерею, — как ни в чем не бывало, продолжает улыбающаяся мама Мирославы. — Я всегда добавляю его больше, потому что обожаю!

Она так и излучает дружелюбие и участие.

Я ее практически не слушаю. Осматриваю кухню-гостиную, с которой у меня связано очень много воспоминаний. Например, о том, как Назаров налетел на меня здесь в первый раз. Как прижал своим практически обнаженным телом. И как я дрожала под его натиском, стараясь освободиться.

И как Мира облила меня неизвестной субстанцией прямо здесь, вот на этом самом месте. А после я прыснула попавшимся под руку балончиком аккурат в глаза ее отцу.

Губы сами растягиваются в едва заметной усмешке. Но мне не смешно, на самом деле. А хочется заплакать.

Только сейчас, очутившись здесь, я поняла кое-что. Мне правда было важно, чтобы Артур оказался ко мне искренним. Чтобы это спасение и цветы… значили что-то.

А еще я вдруг осознала, что глупая надежда может ранить сильнее пули,