Учительница дочери. Ты сдашься мне - Анастасия Сова

— А Назаров, представляете, сельдерей терпеть не может! — жена Артур продолжает легкую, на ее взгляд, беседу, от которой мне тошно. — Сколько не пытаюсь его приучить — не выходит ничего.

Еще раз бросаю взгляд на маму Мирославы. Она потрясающе выглядит. Красивая. Ухоженная. Очень стройная. Наверное, модель. Точно модель. И ни один мужчина не устроит перед таким совершенным телом, особенно, если его преподносят вот так — в полуголом виде.

И, конечно же, Артур не исключение.

А это его жена.

— Извините, — вдруг произношу я.

И быстро направляюсь к двери.

Хозяйка дома что-то бросает мне вслед, но я не улавливаю сути. У меня в ушах шумит, а в глазах все утекает от скопившихся слез.

Какая же я дура, что приехала сюда!

Хлопаю входной дверью и, даже оказавшись на улице, не останавливаюсь. Даже быстрее бегу. По двору. За ворота. Мимо охраны.

И только оказавшись на нейтральной территории, позволяю слезам хлынуть из глаз.

— Дура! Дура! — ругаюсь на себя.

Нужно было дальше просто игнорировать, а я…

Слезы небрежно вытираю рукавами кожаной куртки, точно маленькая девочка. Иду по дороге быстро, едва не переходя на бег.

Скорее уйти. Скорее скрыться отсюда.

И я бегу вот так, не разбирая дороги, обещая себе, что больше никогда не буду такой наивной и глупой. Не стану ровнять всех по себе. Никогда.

Рядом проносится черная большая машина. Она летит вглубь поселка. А я снова, точно мазохистка, думаю о том, что это Артур может возвращаться к красавице жене. Придет, обнаружит ее в этом секси-костюмчике, и возьмет прямо на кухонном столе.

Мне кажется, я даже слышу его голос. Совсем близко.

— Кира!

Плотнее сжимаю губы и бегу дальше. Дальше от этого проклятого места, которое сломало меня изнутри. Вывернуло всю жизнь наизнанку.

— Кира! — снова слышу, и мне хочется крикнуть в ответ: «Уйди! Оставь меня в покое!».

Но я пока не настолько чокнутая, чтобы разговаривать с плодом своего воображения.

— Да стой ты! — голос Назарова теперь так близко… и вдруг кто-то хватает меня за плечо. Дергает назад. Вынуждает остановиться.

Я оказываюсь прижатой к горячему и крепкому телу Артура. Я чувствую его запах, в котором хочется раствориться. Ощущаю его силу, от которой можно сойти с ума.

Но я не хочу быть с ним. Не хочу видеть! Не желаю ощущать эту зависимость, что он сумел привить мне, управляя моей скрытой женственностью.

Взгляд Назарова меняется, когда он замечает мои слезы и раскрасневшиеся глаза.

— Ненавижу тебя! — кричу и пытаюсь вырваться. — Отпусти! Ненавижу! — реву во все горло.

И плевать, что подумают его высокоуважаемые соседи. Плевать, что вообще будет потом. Сейчас я хочу только одного — очиститься. Через слезы и боль стать свободной и легкой.

— Да что такое то — объясни! — Назаров не собирается меня отпускать.

— Да отстань ты от меня! Отстань! — кричу. Такая ярость зарождается в груди, что кажется, будто способна сейчас на многое. Горы свернуть. Даже убить. — Иди к своей жене!

Не хотела произносить последнее, но оно вырвалось само. Во все заговорила обида. Очень сильная обида.

— Так. Ясно.

Назаров спокоен. Ему ничего не стоит удерживать меня рядом.

— В машину сядь, — так же, почти без эмоций произносит он. — Живо!

Девочки, сегодня всего за 99 рубле мой роман «Отец подруги. Ты моя»

Читаем здесь: https://litmarket.ru/reader/otec-podrugi-ty-moya

— Обещайте, что ваша дочь не узнает!

— О чем?

— О том, что между нами было.

Он подходит ко мне, берет за подбородок, и я перестаю дышать.

— Конечно, не узнает. Ведь я не позволю ей общаться с моими подстилками.

— Что? — от шока у меня вот-вот выпрыгнет сердце.

— Ты все правильно поняла, Мила, так что раздевайся. У меня сегодня мало времени.

Глава 44

Кира

— Да не поеду я с тобой никуда! — продолжаю сопротивляться. — Отцепись!

— Как же с тобой сложно, учительница! — вздыхает Артур, и подхватывает брыкающуюся меня на руки так ловко, словно я совсем ничего не вешу.

Продолжаю биться. Не сдамся!

Бью мускулистую спину мужчины своими маленькими кулачками.

— Я. Не. Учительница! Из-за. Тебя! — в истерике кричу, проговаривая каждое слово, чтобы Назаров мог прочувствовать всю мою боль.

Но Артур уверенно несет меня куда-то.

— Успокоишься, тогда поговорим.

А я не хочу говорить!

Нам не о чем говорить!

Но я не могу совладать с тем чувством, как приятно снова ощущать Назарова рядом. Пусть даже вот так нелепо и неправильно.

Но эти мысли только сильнее заставляют злиться на себя. И я отчаяннее луплю своего обидчика по спине.

Машина Артура оказывается припаркованной у какого-то дома, и он ловко заталкивает меня туда, на переднее пассажирское сидение. Сам же обходит машину спереди и тоже усаживается внутрь.

Я, конечно же, пытаюсь выбраться.

Сил должно становиться все меньше, но их только прибавляется. Я завожусь все сильнее с каждой секундой, и мне жизненно необходимо куда-то слить это внезапное и очень мощное энергетическое возбуждение.

Артур все еще пытается меня успокоить, но я фактически дерусь с ним.

Сама не замечаю, как вдруг так получается, что мы начинаем целоваться, жадно, точно дикие.

Мир закручивается вокруг нас, и я перестаю ощущать его. Вокруг больше ничего нет.

Звериный рык. Кир подхватывает меня и тянет на себя. Или это я сама перебираюсь через сиденье, чтобы оказаться сверху.

Ближе.

Его тело огромное. Сильное. Горячее до одури.

И оно подо мной…

Я залезла на него так бесстыдно. Прямо в машине. И это кошмар! Для приличной учительницы совсем неприемлемо.

Вот только я уже не учительница, а Артур давно разбавил все мои правила приличия своими коварными выходками и притягательным телом, от которого не хочется отрываться.

Мне, как и всегда, не хватает воздуха рядом с ним. Нет никакой возможности перебороть себя и отступить. Да я и не хочу.

Хочу лишь чувствовать его дыхание совсем рядом, будто заживо сгорая в огне этой близости. Чувствовать его аромат, от которого кружится голова.

Это невероятно…

Мое тело снова оказывается во власти Назарова. Реагирует на него. Подчиняется. Сжимается и тает. Будто принадлежит этому человеку всецело, а не мне.

Секунда — и мы снова целуемся. Впиваемся в губы друг друга ненасытно и яростно. Мужские губы сминают мои, и я вся горю.

Артур укладывает ладони на мои ягодицы. Гладит их и сжимает. Сильнее набрасывается на губы. Он точно одержимый. И я такая же. Жадная. Нетерпеливая.

Назаров приподнимает мою попку одной рукой, а вторую проталкивает между нами. И я понимаю, что произойдет дальше, и