Пышка для Дракона: Отпустите меня, Генерал! - Алекса Рид

— Элиза, — его голос вернул меня в реальность.

— Сбегай, пожалуйста, в «Серебряную ложку». Принеси свежего чая, того, что с жасмином. У нас закончился. И… прогуляйся немного. Подыши воздухом.

Он сказал это обыденным тоном, как будто просил просто выполнить рядовое поручение. Но подтекст был ясен: «Уйди, пока мы говорим о деталях, которые тебе лучше не слышать. О том, как именно мы будем тебя подставлять». Меня будто слегка толкнули под лопатку, вежливо, но недвусмысленно.

Кивнула, встала и вышла из кабинета, чувствуя на его тяжёлый взгляд. «Боится потерять, — яростно думала я, надевая плащ в прихожей. — Боится, что я сломаюсь, услышав подробности. А за чаем-то меня отравить могут запросто. Какая разница, слушать план или идти по улице одной?»

Но спорить не стала. Мне и правда нужен был глоток воздуха. Нужно убежать от этого давящего ощущения, что моя жизнь превращается в шахматную партию, где меня двигают по клеткам умные, решительные мужчины, даже с самыми лучшими намерениями. А я просто есть…

«Серебряная ложка» была небольшой, но дорогой лавкой в двух кварталах от штаба, куда Рихард часто отправлял за особыми сортами чая или кофе. Воздух внутри густой и теплый, пах ванилью, корицей и сушёными травами. Я сделала заказ, и пока продавец заворачивал в крафтовую бумагу жестяную банку с жасминовым чаем, я подошла к окну.

Экипажи, пешеходы, разносчики. И среди этого потока я увидела её. Сильвию ди Сантис.

Она шла по противоположной стороне улицы, высокая, неспешная, в элегантном пальто песочного цвета и с небольшой шкатулкой в руках. Её белоснежные волосы были убраны в строгую, но изысканную причёску. Она смотрела прямо перед собой, её красивое лицо было бесстрастным, отстранённым. Казалось, она парила над суетой города, не замечая его.

Инстинктивно я отпрянула от окна вглубь магазина, надеясь, что она не заметила. Не хватало ещё этой встречи. Но, видимо, судьба (или чья-то злая воля) решила иначе. Когда я, расплатившись и зажав банку с чаем, вышла на улицу, мы почти столкнулись нос к носу на углу, видимо она передумала идти туда, куда шла. Да она явно свернула сюда специально!

— О, — произнесла Сильвия, её голос был ровным, без удивления. — Это ты.

Я попыталась пройти мимо, сделав вид, что не узнала её, но рука в тонкой лайковой перчатке резко сомкнулась на моём плече, разворачивая к себе.

— Не торопись, — сказала она, и в голубых, холодных глазах не было ни злобы, ни насмешки. Лишь усталая отстранённость.

— Я не собираюсь тебя кусать. Хотя, признаю, вид у тебя… потрёпанный. Новые очки? Идут.

— Отстань, Сильвия, — тихо, но чётко сказала я, пытаясь вырвать плечо. Её хватка оказалась на удивление сильной. Всё-же она дракон.

— Отстану, отстану, — отпустила меня, сделала шаг назад и взглянула оценивающе.

— Просто хотела прояснить позиции. Чтобы не было… недоразумений.

Я молчала, не понимая, к чему она ведёт.

— Мне самой выгоден ваш развод с Энзо, ясно? Меня просто связали по рукам и ногам., — продолжила она, как будто обсуждала погоду.

— Чем быстрее ты станешь свободной, тем быстрее он на мне женится. Он не святой, но у меня есть свои планы. На тебя я зла не держу, ясно?

Она произнесла это с такой ледяной простотой, что у меня перехватило дыхание.

— Ты… ты против него? — не удержалась я.

Сильвия усмехнулась коротко, беззвучно.

— «Против» — это слишком сильно сказано. Скажем так, я не против тебя, понимаешь? У всех свои цели. Мне до лампочки. Ясно?

— Поэтому хватит от меня шарахаться, как от прокажённой, — закончила она, поправив перчатку.

— Я не твой враг. Я просто сторонний наблюдатель с… собственными интересами. Удачи тебе, «дорогая». Тебе она понадобится. С Рихардом и с этим разводом.

И, не дожидаясь ответа, она развернулась и пошла прочь, растворяясь в толпе, как призрак из другого мира.

Я стояла, прижимая к груди банку с чаем, и чувствовала, как смешанные чувства, недоумение, злость, и странное, почти жалостливое понимание, бурлят внутри. Сильвия была монстром, но монстром честным. И в её словах была своя, извращённая логика.

Вернувшись в штаб, я была ещё под впечатлением от этой встречи. Но ощущения смягчились, когда, открыв дверь в приёмную, я увидела за моим столом седую, дорогую голову.

— Фрида!

Она подняла взгляд от вязания, и её лицо расплылось в такой тёплой, искренней улыбке, что у меня навернулись слёзы. Я бросилась к ней, обняла, вдыхая знакомый запах яблочного пирога.

— Милочка моя! Ну наконец-то! — Она отодвинула меня, чтобы рассмотреть.

— Ой, очки новые! Красивые! А сама-то бледная, как стена. Что они с тобой тут делают, эти драконы? Соскучилась по вам, как по родным! — Она хлопнула себя по коленям.

— Дома-то хорошо, внуки… иногда — радость, но тишина эта… она меня съедает. Решила проведать, как вы тут без меня управляетесь. И, как вижу, не очень-то!

Я не удержалась и выложила ей всё. Про Юму, про «Круг Пламени», про план Хекса. Её лицо становилось всё серьёзнее, а глаза — всё больше.

— Мать родная… — прошептала она, когда я закончила. — Так вот какую гадость они выкопали. «Круг Пламени»… Старая, ядовитая змея. Я думала, их корни давно выжгли. — Она покачала головой, а затем резко, почти сердито ткнула в меня пальцем.

— А ты, птенец бестолковый, согласилась? На приманку? Да тебя теперь на поводке держать нужно, коротком таком! И из дома не выпускать! Они же могут напасть в любой момент, где угодно!

— Но план…

— План! — фыркнула Фрида. — План у них в голове, а нож, у негодяев в рукаве! Ох, Рихард, Рихард… Ну что ж ты на свою голову такую упрямицу нашёл…

В этот момент дверь кабинета открылась. Из него вышел сначала Хекс, кивнувший мне на прощание с каменным лицом, а затем и Рихард. Увидев Фриду, он слегка удивился, но лишь кивнул.

— Фрида. К незваным гостям сегодня особый поток.

— А я и не гость, я тут завсегдашняя! — парировала она, но встала, видимо, чувствуя, что сейчас будет что-то важное.

Рихард подошёл к своему столу в приёмной, взял со стопки толстый, позолоченный конверт с печатью и повернулся ко мне. Его лицо было непроницаемым, но в глазах горел тот самый холодный, решительный огонь, который я видела во время планирования.

— Мисс Элиза, — произнёс он официальным тоном, но я поймала едва уловимый намёк на что-то другое в его взгляде.

— Корпус офицеров Имперской Гвардии проводит ежегодный Зимний Бал. Приглашения рассылаются высшему командному составу и их семьям. — Он протянул мне конверт.

— Это приглашение. На мое имя. И