Бывшие. Любовь с осложнениями - Саяна Горская

— Я уже один раз потеряла тебя. Я помню, как это было больно. Думала, что если не допущу этих чувств, то когда рак вернется, мне не придется испытывать еще и боль душевную. Но… Проблема в том, что без тебя мне тоже больно. Невыносимо. Каждая секунда жизни без тебя теряет всякий смысл.

Богдан делает шаг ко мне, разрушая последний барьер. Ласково берет за плечи.

— Я не откажусь от тебя. Что бы ни случилось. Жень, жизнь так скоротечна и непредсказуема. Может случиться что угодно. Онкология, авария, неудачно вставший в горле кусок курицы… Мы люди. Мы хрупкие. И смертные. Но пока у нас есть жизнь, мы должны ценить каждое её мгновение. И мы обязаны быть счастливыми, пока есть такая возможность.

Подбородок дрожит.

Уткнувшись лбом в плечо Богдана, позволяю себе немного слёз.

Совсем чуть-чуть.

Всхлипываю.

Богдан за подбородок поднимает моё лицо. Наклоняется. Касается губами лба, закрытых век, солёных влажных щёк.

Находит мои губы…

Целует осторожно, будто боится спугнуть.

Я отвечаю, прерываю поцелуй только чтобы вдохнуть, ощутить его рядом в полной мере.

Всё вокруг перестаёт существовать.

Всё, кроме ощущения сильных рук на моей талии.

Рук, в которых я могу укрыться от любого горя. Рук, которые защитят меня от всякой боли.

— Прости меня, Богдан. Я была очень не права.

— Тебе было страшно.

— Очень, — шепчу.

— А сейчас?

— А сейчас страшно станет ещё и тебе, — вытаскиваю из кармана распечатку анализов, протягиваю Богдану.

Он забирает. На лице тут же появляется это выражение сосредоточенности, с которой он орудует в операционной.

— Ого, прошла обследование? Умничка. Так… СОЭ норма, СРБ норма, чуть повышены эозинофилы, но не критично. Ферменты печени в норме. ХГЧ высоковат, ферритин хороший… — зависает, возвращается глазами на строчку выше. Читает снова. — Жень, а почему ХГЧ такой высокий?

Я закусываю губу, сдерживая улыбку.

— Подумай хорошо.

Он поднимает на меня взгляд.

— Киста?

Достаю снимок УЗИ, сделанный двадцать минут назад.

— Поздравляю, через восемь месяцев вы станете папочкой для самой очаровательной кисты в мире.

Он смотрит на меня.

Сначала молчит, потом громко сглатывает.

— Женя.

— Богдан.

— Ты серьезно?

В глазах Богдана густой коктейль нечитаемых чувств.

— Как никогда в жизни, — чувствую, как дрожат мои губы от эмоций, сильней которых я, кажется, не испытывала никогда. — Серьезно. Я люблю тебя, Ларионов. Хочу от тебя детей. Хочу состариться вместе. Хочу любоваться рассветами и провожать закаты. Хочу преодолевать трудности вместе и идти в свои страхи с тобой. Хочу в горе и в радости. В богатстве и в бедности.

— В болезни и в здравии?

— Рука в руке. Навсегда.

Богдан улыбается.

Вытягивает свою руку.

— Ну, тогда пойдём?

Вкладываю свою ладонь.

Сплетаем пальцы.

Богдан комкает заявление, бросает точным трёхочковым в мусорку, стоящую у стены.

И мы уходим в наше общее будущее.

Вместе…

Эпилог

Три года спустя.

Женя.

Отстёгиваю Ваньку, вытаскиваю из автокресла. Он обхватывает меня маленькими тёплыми ладошками и радостно верещит, болтая ножками в воздухе.

— Ап-па! Па! Па!

— Да, сейчас мы найдём нашего папочку, заберём его и поедем гулять. Ваня любит гулять?

Ванька счастливо улыбается, демонстрируя мне все свои белоснежные зубки.

Сегодня мы снова в больнице — он любит приходить сюда, видеть знакомые лица, слышать голоса людей.

Честно говоря, я тоже очень люблю здесь бывать.

Автоматические двери распахиваются перед нами.

Я вдыхаю этот специфический запах — смесь антисептиков, кофе и чего-то неуловимо родного.

Скучаю очень!

— Охо-хо! Женечка! — Раздаётся голос Медведева. — Привела нашего будущего коллегу? Ну как вы, Иван Богданович? Хорошо себя чувствуете?

Ваня радостно улыбается, а его ножки начинают энергично двигаться.

— А ну, дай сюда молодого человека!

— Да пожалуйста! — Передаю сына Олегу Викторовичу.

Ваня сгребает пухлыми пальчиками бейджик на его груди, тянет в рот.

— Нет, это нельзя. Грязно. Микробы.

Ванька обиженно выпячивает нижнюю губу.

Медведев лезет за ресепшен, достаёт горсть запечатанных деревянных шпателей для горла.

— Вот тебе игрушка. Учись держать в руках инструмент. Смотри-ка, Женечка, а хватка-то профессиональная! А как горят глаза!

— Он обожает больницу, — смеюсь я.

— Ничего, этот энтузиазм угаснет, как только он выйдет на зарплату, — шутит Медведев. — Вы за папой своим?

— Ага.

— Видел его двадцать минут назад. Он пасся у кофеварки на втором этаже.

— Спасибо, пойдём его оттуда отскребём.

Забираю Ваньку.

Идём к лифту, но двери открываются, и из него выходит Богдан. Он убирает телефон в карман и улыбается.

— Оп, а я как раз вам звонил. Давно приехали?

— Только что.

Богдан чмокает меня в щёку. Лохматит Ванькину густую шевелюру.

— Как мой богатырь?

— Наелся каши и проспал до обеда.

— Прекрасно. Хоть у кого-то из нас выполняет план по здоровому сну, — Богдан взмахивает в воздухе стопкой документов. — Ну всё, сейчас отдам карты пациентов — и я свободен, как ветер.

— Давай скорее, потому что я такая голодная, что слона сейчас съем.

Богдан передаёт мне карты, а сам забирает Ванечку, подбрасывает его вверх. Ваня заливается счастливым смехом.

Богдан прижимает его к себе, зарываясь носом в мягкие светлые волосики. Мы берёмся за руки и направляемся к выходу, попутно подкидывая на ресепшн карты.

Автоматические двери раздвигаются.

Навстречу идёт Марина. Рядом с ней — муж, а в их руках — по пухлощёкому малышу.

Марина замечает меня и, радостно взвизгнув, бросается в объятия.

Богдан кивает мне головой, показывая, что будет ждать на улице.

— Женечка Сергеевна! Как же я рада вас видеть! — Стискивает Марина мои плечи. Отходит на шаг. — Когда вы уже вернётесь? Нам, девочкам, очень-очень вас не хватает!

— Как только наш богатырь пойдёт в садик, сразу к вам вернусь. Сама уже очень скучаю по работе. А вы здесь какими судьбами? Не болеете, надеюсь?

Я смотрю на её девочек в смешных розовых комбинезончиках. Они с интересом изучают мир, каждая — со своей стороны.

Близняшки у неё помладше Ванюши. После того, как Марина восстановилась после химии, она возобновила попытки забеременеть. Пришлось прибегнуть к ЭКО, и вела её уже не я. Однако, это не так уж важно в этой ситуации.

Главное — всё получилось.

Как Марина и мечтала.

— Ой, нет, слава богу! — Смеётся Марина, перехватывая дочку поудобней. — Просто пришли на осмотр к педиатру, проверить рост, вес…

— Крепкие девчонки. Очень рада за вас! Искренне рада!

— Да, это наши лучики света. — Марина улыбается, целуя одну из малышек в макушку. — Это вот Женечка, она младшенькая. А это — Богдана. Она старше сестры на четыре минуты и явно чувствует своё преимущество.

Марина вдруг становится серьёзной.