Ромео и Джульетта на книжной улице - Поппи Александер

с которым Джулс не успела познакомиться на свадьбе. Габриэль извинился за Имо – малышка Рут стала плохо засыпать по вечерам, – и, конечно, не хватало Фрейи, вот с кем бы она с удовольствием поболтала, но сладкая парочка еще не вернулась из свадебного путешествия.

Разговор ожидаемо вертелся вокруг недавней свадьбы – Киран, смеясь, защищал своих многочисленных ирландских родственников, которые праздновали с таким размахом. Тетушка в зеленом платье, так увлекшаяся Романом, к концу вечера пропала с радаров и впоследствии была обнаружена мирно спящей в кладовке.

– Послушайте, тетя Брида – живая легенда, – заявил под дружный смех Киран. – Ее вечеринки на День святого Патрика длятся неделями. Эта женщина научила меня пить, не превращаясь в идиота, и я всегда буду ей благодарен.

– Жаль, что сама она своим советам не последовала, – беззлобно заметила Джесс.

– Ну что, финансовый магнат? – поддразнил Романа Эйден. – Монополизировал книжный рынок Портнита?

– Ничего подобного! – вспыхнула Джулс. – Если хочешь знать, на той неделе мои продажи выросли по сравнению с прошлым годом на восемь процентов!

– Ого, респект, – сказал Эйден, поднимая бокал. – Ты не просто хорошенькое личико.

– При чем тут… – покраснев, пробормотала она.

К счастью, разговор перескочил на другую тему, и никто не начал пытать их с Романом о том, что между ними происходит.

После двух «Негрони» Джулс начала терять нить беседы. Она внезапно оказалась рядом с Габриэлем – с которым ни разу в жизни не говорила, потому что он казался слишком высоким, аристократичным и красивым… в общем, пугающе совершенным.

Изображая заинтересованность, она начала задавать ему глупые вопросы о работе кузнеца-художника и вскоре устала поддерживать разговор на плаву. Когда Габриэль перевел тему на магазин, она оживилась и сказала, что будет ужасно рада принимать у себя Имоджен. Он заметно смягчился и с гордостью заговорил о талантах жены – художественном, писательском и материнском. Он буквально светился, говоря о ней.

Джулс не отрывала взгляда от губ собеседника – в шумном пабе трудно было разобрать слова, – и думала: как приятно, когда мужчина так искренне тобой восхищается. Она попыталась представить в этой роли Романа… но, честно говоря, исходный материал не внушал надежд. Каких комплиментов заслуживает человек, который просто что-то продает, как она? Хотела стать редактором, когда-то даже мечтала написать книгу… ни то ни другое не осуществилось. Да, она продает книги. Все. Никаких перспектив: ни свадьбы на горизонте, ни милого младенца вроде Рут, ни карьеры. А ее лондонская эпопея? Почти девять лет тяжелой работы, и ничего не добилась. Не самая завидная партия. Что мог увидеть в ней Роман? Что его привлекло? Сердце болезненно сжалось. А вдруг он просто ее использовал, и эти поцелуи – всего лишь игра, чтобы получить преимущество в конкуренции? Ее охватила дрожь.

Она вновь посмотрела на губы Габриэля, пытаясь разобрать слова, и комната поплыла перед глазами. В ушах зашумело, на периферии зрения заплясали черные точки, пространство сузилось до темного туннеля.

Сквозь туман вдруг прорезался уверенный голос.

– Ей надо в постель, – объявил Роман, вызвав шутливые одобрительные возгласы и дружный хохот. – Придурки, – буркнул он, набросил на нее пальто и, обняв за плечи, вывел на улицу.

Хлопнула дверь. Джулс жадно вдохнула прохладный вечерний воздух. Не обращая внимания на прохожих, она резко наклонилась, уткнувшись головой в колени. Сразу стало легче. Роман, слава богу, молчал и не суетился.

Через несколько долгих секунд она осторожно выпрямилась.

– Как ты? – спросил он.

Сквозь рассеявшийся туман она увидела его встревоженное лицо.

– Уже нормально. Прости. Голова закружилась.

– Ты стала белая, как бумага, – сказал он. – Там жарко. И неделя выдалась тяжелая.

– Я в норме, – отрезала она. – Возвращайся.

– Ни за что, – ответил он, взяв ее за руку, и почти волоком потащил по улице. – Ты пойдешь домой, а я тебя доведу.

У двери они обменялись нежным поцелуем.

– Спасибо за вечер, – сказала она, наконец отстранившись и положив руку ему на грудь. – У тебя классные друзья.

– Да, – согласился он. – Ты им понравилась. А я и вовсе в восторге. Марш в постель.

Обед с матерью Джулс рассматривала не как приятное воскресное развлечение, а скорее как визит к стоматологу на удаление нерва. Сжимая в руках роскошный букет тюльпанов, купленный в цветочном на холме, она села в автобус до Мидлмасса. День выдался чудесный, по-настоящему весенний, и Джулс радовалась, что забронировала столик у окна, с видом на сад. Вроде бы все предусмотрела, хотя мама найдет, к чему придраться.

Она тут же одернула себя: нельзя так думать. Да, они не очень ладят, но сегодня все-таки День матери, и вообще… приятно выбраться из магазина.

Правда, пришлось отказать Роману, который предлагал отправиться к развалинам замка и устроить пикник на вершине, но иначе она оказалась бы плохой дочерью. Тем более что вечер накануне они провели вместе, пусть и в компании его друзей.

– Ну ничего себе! – храбро восхитилась Джулс, когда хозяин заведения, Колин, принес огромные тарелки.

Обе заказали воскресное жаркое, и она с вожделением поглядывала на десерты – особенно ее заинтересовал розовый ревеневый крамбл на соседнем столе, утопающий в море ванильного крема. Но перед ней поставили такую гору еды, что планы на десерт могли не осуществиться.

Пока они ели, Колин рассказал, что жаркое приготовлено из свинины с фермы «Остролист», расположенной буквально в нескольких минутах от паба. Сочное мясо, огромные хрустящие шкварки, традиционный сложный гарнир… Он имел полное право гордиться. По словам Колина, ферма специализировалась в основном на молочных продуктах, а мяса производила немного и отличного качества, так что предприниматели со всей округи выстраивались в очередь, а владельцы отдавали предпочтение местным пабам и ресторанам, в том числе Фрейе.

– К счастью, старой школьной дружбы хватило, чтобы меня внесли в список постоянных клиентов, несмотря на отсутствие родственных или романтических связей, – заметил Колин.

– Кстати, о романтике, – сказала Джулс, подхватив эстафетную палочку после ухода Колина, – у тети Фло появился замечательный поклонник, который еще и отлично готовит. Здорово, правда?

– Старый дурак хуже молодого, – фыркнула Мэгги. – Только не говори, что она в своем маразме полезла в приложения для знакомств!

– Ну что ты, – улыбнулась Джулс и рассказала, как зародилась дружба Фло с Грэмом. – Их объединяет любовь к книгам и кулинарии. Ты должна за нее радоваться.

– Я прям подскакиваю от восторга, – сердито буркнула Мэгги. – Надеюсь, она это не всерьез.

– Почему? – спросила Джулс. – Лично я была бы счастлива, если бы тетя Фло вышла замуж за достойного человека. Она всю жизнь жертвовала своими интересами ради других. Пора уже и о ней кому-то позаботиться.

– Посмотрим,