Город кошмаров - Б. Гринн

и погибают, растерзанные с невообразимой жестокостью. Одичавшим Бешеным ни к чему столовые приборы: своими длинными когтями и острыми как бритва зубами они рвут человеческую плоть, чтобы добыть пропитание, необходимое им для выживания. Человеческий страх не отравляет их так, как нас. Из-за жуткой генетической мутации они куда опаснее любого другого вампира в этом городе.

По спине пробегает дрожь, стоит лишь вспомнить тот день, когда Нокс впервые привёл меня сюда. Он был в бешенстве из-за моей… оплошности. Я и раньше видела мужскую ярость, но это было нечто совершенно иное. Нокс волок меня сюда за светлые волосы, а его отец не проронил ни слова, лишь молча вышагивая в паре метров позади. Именно в тот момент я осознала, что в этом мире всем на всё наплевать. Я смотрела на Киприана и умоляла спасти меня от гнева Нокса, но он даже не поднял на меня глаз — словно ожидал, что и его самого постигнет та же кара.

Нокс в ярости швырнул меня в первый попавшийся тёмный дом. В те времена Бешеных было совсем немного. Магия всё ещё была сильна, обращение новых вампиров, как правило, проходило гладко. Но лишённые разума, изголодавшиеся Бешеные, запертые в том доме, всё равно начали кружить вокруг. В тот день я смирилась со своей участью. С тем, что они меня сожрут.

Но, каким-то чёртовым чудом, Нокс передумал и вместо этого обрёк нас всех на жизнь в этом мире без единой капли магии.

— Ты мало того что трахнул моего Фамильяра, так ещё и обратил её, хотя я предельно ясно дал понять, что хочу вернуть её в мир людей! — процедил Нокс сквозь стиснутые зубы, обращаясь к Киприану, который молчал и не проронил ни слова в оправдание нашего поступка той ночью. Он запросто мог бы сдать меня, признаться Ноксу, что я — искусная интриганка, обманом заставившая его сделать это, ведь на самом деле я отчаянно хотела остаться.

Одно лишь это воспоминание воскресило всё то всепоглощающее чувство вины, что я испытала той ночью.

— А теперь я должен сидеть и смотреть, как ты щеголяешь ею прямо у меня перед носом? — Он был вне себя от ярости, меряя шагами пространство, словно не представлял, что с нами обоими делать. — Я не стану мириться с подобным существованием. А вот вы — будете. С меня хватит. Я больше не стану плясать под дудку магии и подчиняться вам.

Пятёрка и понятия не имела, что Нокс сдержит слово. Они полагали, что смогут обойтись и без его участия, но магия им этого не позволила. Отказавшись брать нового Фамильяра, он в одиночку разрушил всё, что они так долго строили. Весь их блеск и лоск обратились в прах, а порочный круговорот обмена между людьми и вампирами с каждой новой жатвой становился всё более отчаянным и извращённым, превращая это место в Город Кошмаров. Качественную кровь пришлось выдавать пайками, из-за чего низшие вампиры всё сильнее роптали, в то время как Пятёрка по-прежнему пила вдоволь и растрачивала жалкие остатки магии на пышные балы и празднества. Тщеславие и эгоизм пустили глубокие корни, придворные интриги с ударами в спину достигли небывалого размаха — а всё лишь потому, что Нокс любил меня.

С тех самых пор каждый человек, принесённый ими в жертву за эти долгие годы, разделял одну и ту же участь — был обречён на бессмертие в шкуре зеленокожей твари, забывшей всё на свете, в том числе и собственную человечность.

— С какой стати Деймону торчать здесь, если у него есть покои в замке? — возмущённо бубнит Дэнни сквозь рукав своего чёрного шерстяного свитера, вырывая из раздумий о прошлом.

Я закатываю глаза.

— Потому что он злодей, очевидно же. У злодеев всегда чокнутые убежища.

Идущая рядом Бетти ощетинивается, словно я нанесла ей личное оскорбление. Я ей не доверяю. В этой затее определённо есть что-то гнилое. С чего бы ей так охотно вкладывать эти идеи в голову Дэнни, если только на это не было прямого приказа её господина? Именно это и бросилось мне в глаза, стоило лишь услышать их разговор: это же чистейшей воды ловушка, а Дэнни всё равно готова нестись в неё сломя голову, да ещё и без дозволения Нокса. Фамильяры обязаны беспрекословно следовать правилам, многие поплатились жизнью за неповиновение… Так почему же в случае с Дэнни всё иначе?

Разумеется, я знаю ответ. Все, блять, это знают. Она особенная — потомок тех, кто создал этот мир. И я ничуть не удивлюсь, если здешние правила к ней попросту неприменимы.

Раздражённая, я отбрасываю волосы за спину и продолжаю идти. Кожу покалывает по мере того, как мы продвигаемся всё дальше по мощёным дорожкам. Здесь, внизу, царит мёртвая тишина и клубится густой туман; от гнетущего чувства чужого взгляда мои нервы натянуты как струна. Всем известно, что Бешеные не способны мыслить самостоятельно — если только не пришло время кормёжки. Им не нужен мыслительный процесс, чтобы жрать всё, что попадётся на пути.

Улица сужается без малейшего предупреждения.

— Идите гуськом, — командую я. — Я пойду впереди. Бетти, ты замыкаешь.

Дэнни фыркает.

— Мне не нужна защита.

Ох, если бы это было так. Тот факт, что вампиры связаны магическим контрактом, запрещающим нападать на неё, вовсе не означает, что Бешеные поступят так же. Они — мерзость, существа, которых ведьмы не учли при создании магии для этого места. Нокс называл их «неудавшимися обращениями». Трудно поверить, что кто-то из них когда-то был человеком или вообще испытывал эмоции. Если бы я собственными чёртовыми глазами не видела, как проваливались их обращения, я бы решила, что всё это полная чушь.

Проходя мимо, я оглядываю дома Бешеных. Окна забраны ржавыми железными решётками, выцветшие синие ставни едва заметно покачиваются от ветра, которого я совсем не ощущаю кожей. Деревянные двери сорваны с петель, обнажая полуразрушенные комнаты, залитые кровью, рвотой и заваленные перевёрнутой мебелью. Как это место дошло до такого запустения? Я всегда полагала, что за трущобами кто-то присматривает, но, похоже, Бешеных предоставили самим себе. Я напряжённо вслушиваюсь, пытаясь уловить рычание или хрюканье. Тишина. Жутковато, словно они все разом собрались где-то глубоко в недрах этих похожих на лабиринт кварталов. Но этого просто не может быть. Их создали разные члены Пятёрки Великих, а значит, собрать их всех в одном месте одновременно попросту невозможно.

Мои подозрения подтвердились, когда мы прошли мимо очередного дома, а через дверной проём я заметила на полу гниющее предплечье и что-то похожее