Три испытания - Кристи Каннинг

— Я не могу быть удовлетворенной, — говорю я со вздохом, злясь на саму себя.

Никто даже не удосуживается спросить, что это значит. Как будто они знают, что это мой разговор по душам самой с собой. Похоже, они меня изучили. Окончательно.

Вроде.

Они по-прежнему полностью игнорируют мой список ожиданий.

Иезекииль присаживается передо мной на корточки, проводя пальцем по синяку, и я вздрагиваю, с трудом сдерживая слабый стон, который я почти выпускаю от такого легкого прикосновения, которое не должно причинять такой сильной боли.

— Это сделал с тобой яд Люцифера, — говорит Иезекииль, скрежеща зубами. — Лейк получила его либо от него, либо от своего отца. Она была частью группы, готовившейся к свержению ада, хотя факты об этом все еще неясны, — добавляет он.

— Но она также была королевским эскортом...

— Нет, королевские сопровождающие носят на голове мешки. Я видела, как они выглядят без них, — замечаю я, а затем горько улыбаюсь. — Ей определенно не нужно было надевать мешок.

— Черт возьми, она отвратительна. Снаружи... ты сама видела. Баланс был гротескным в одном месте и изысканным в другом, — продолжает Гейдж, разминая шею.

— Подожди, ты имеешь в виду тех охранников, покрытых шрамами, обугленных, наполовину людей... Она выглядела как одна из них? Их заставляли надевать на головы мешки, потому что дьявол думал, что от них у него сводит желудок, и ему не стоит так часто их видеть.

Нахмурившись, я пытаюсь вспомнить, откуда именно мне известна последняя часть. Люцифер что-то говорил об этом?

— Суть в том, — продолжает Гейдж, выводя меня из задумчивости, — что она работала на две стороны. Возможно, она сделала это для восстания, потому что Люцифер нуждается в нас. Возможно, она сделала это для Люцифера, чтобы уберечь себя от продолжающейся выбраковки. Так что мы не знаем, кто из них хочет нашей смерти, а кто хочет, чтобы мы были на их стороне. Но за последний месяц, с тех пор как Джуд убил ее, все стихло. Даже Гарольд не звонил мне до сегодняшнего дня. Нам даже не предъявили обвинения в привлечении душ.

— Но почему… — мои слова обрываются, когда я чувствую, что что-то надвигается и в следующее мгновение я превращаюсь в призрака.

Я также надеваю первое, что приходит на ум, как будто прикрываю свою обнаженную фигуру, прежде чем кто-нибудь увидит меня и разозлит парней. Я им нравлюсь, а это значит, что они будут ревновать, верно?

Кажется важным, чтобы они ревновали, хотя я и не уверена, почему.

Я трясу головой, обвиняя тот факт, что я все еще немного не в себе, в том, что мой мыслительный процесс еще более хаотичен, чем обычно. По крайней мере, теперь я чувствую себя чистой.

— Она вернулась, не так ли? — спрашивает знакомый голос где-то позади меня.

Кай вскакивает, и я остаюсь на стуле одна, когда он проходит мимо меня и разворачивается, принимая оборонительную стойку.

Я просовываю голову сквозь спинку стула и вижу Ламара, который стоит там и выглядит чрезмерно взволнованным. Джуд крутит в руке меч, подходя и становясь немного впереди меня, как будто защищая.

— Я так и думал, — говорит Ламар, обводя их взглядом. — Мы слышали о неудачном нападении на одного из вас в Новом Орлеане в прошлом месяце. Потом я перестал ее ощущать. — продолжает он, подходя ближе. — Затем я почувствовал ее снова, и на этот раз без сомнения понял, что это она. Хотя, она чувствует себя ослабленной.

Джуд делает шаг к нему, и Ламар хмурится, как будто по какой-то причине обиделся.

— Я не совсем понимаю, что происходит сейчас, — говорит он, и в его голосе звучит неподдельное разочарование. — Я осознаю, что она каким-то образом воскресила вас как смертных и дала вам шанс жить в равновесии, которое противоречит всем законам. Она никогда не была сторонницей правил и довольно часто их нарушала. Но зачем продолжать этот фарс теперь, когда ты явно проиграла?

— Он говорит обо мне? Я думаю, он не в себе, — высказываю я ребятам, придвигаясь ближе к Каю, хотя теперь, когда адреналин спадает, рана начинает изматывать меня.

— В аду она поправится быстрее, — продолжает Ламар. — Вы это знаете. Они никогда не узнают, что я разрешил вам пройти, и вы сможете продолжать хранить свой секрет. Я не скажу им, если она действительно не хочет, чтобы они знали. Но зачем держать это в секрете от меня? — спрашивает Ламар, и в его голосе звучит обида. — Особенно, учитывая, что она больше месяца исцелялась от того, от чего могла бы немедленно избавиться с моей помощью.

— У кого-нибудь есть догадки, почему он звучит так, будто его предали? — театрально шепчу я.

— Нет, — говорит Кай рядом со мной, на его лице написано замешательство.

Ламар переводит взгляд с одного парня на другого, которые уставились на него так, словно он только что перевалился через край странного обрыва.

На лице Ламара на мгновение появляется смятение, когда он видит, что парни растеряны. Я не уверена, подражает ли он подсознательно, или его реально смущает их замешательство.

Все это действительно сбивает с толку, если хотите знать мое мнение.

Затем его глаза расширяются, как будто он только сейчас что-то понял, и он делает неуверенный шаг назад.

— Вы действительно понятия не имеете кто я такой, не так ли?

— Да… — Гейдж преувеличенно растягивает слова, как будто разговаривает с сумасшедшим. — Ты парень Манеллы.

— Только потому, что члены королевской семьи не верят в брак, ни в каком его проявлении, — чувствует он необходимость оправдаться. — Но, по крайней мере, ты сказал «парень», а не «любовник», — продолжает он.

Точно.

— Это все, что вы знаете обо мне? Вы не ведете какую-либо игру? — Ламар спрашивает так, как будто это очень важный вопрос.

Четверка обменивается недоуменными взглядами, и Ламар делает шаг назад.

— Сукин сын. Как, черт возьми, она это сделала?

— В его словах нет ни капли смысла, — отмечает Иезекииль.

— Спасибо, — простонала я. — Я боялась, что я просто глупая.

— Так вот как вы находите баланс? — Ламар говорит так, как будто только что подумал о чем-то, что делает его гением.

— Я собираюсь вытрясти с него все ответы, которые будут иметь смысл, если кто-то другой не сделает это за меня, — говорю я со вздохом.

В следующее мгновение Иезекииль хватает Ламара, но Ламар просто подмигивает, и мы внезапно оказываемся в комнате без окон,