Лунный свет среди деревьев 1 - Екатерина Александровна Боброва

Кому-то повезло меньше – клинок, дравшийся рядом с ним, свалился на пол с окровавленной головой.

Учитель отвлекся лишь на мгновенье, бросив в его сторону исцеляющее облачко цвета.

А Вей снова дрался с двумя.

Потом резко потемнело, темнота полезла из щелей, окутывая тело и промораживая до сердца. Вей покачнулся от нахлынувших страхов и черных мыслей, едва успел уклониться – лезвие прошило воздух в опасной близости от правого бока.

И тут же две гигантские сверкающие печати зависли в воздухе над головами собравшихся. Желтые лучи ударили в пол, – и тьма съежилась. Свернулась в тонкие жгуты, попыталась атаковать, но лучи выжигали ее, и тьма, гневно шипя, поспешила убраться прочь.

И словно это был последний бастион обороны – стражи дрогнули, отступая. Ошибся и сам глава. Вей не видел смертельного удара, нанесенного старшим дознавателем, просто почувствовал, как воздух дрогнул. Порыв ветра ворвался внутрь, выметая остатки душных благовоний.

– Сдавайтесь, ваш хозяин мертв! – крикнул старший, и стражи начали отступать. Кое-кто со звоном бросал мечи на пол, часть попыталась скрыться – половина клинков отправилась в погоню. Остальные принялись умело вязать пленных и перевязывать раненых.

Вей подошел ближе.

– Н-да, – с досадой протянул старший, разглядывая залитое кровью тело. – И кого теперь я на допрос в столицу повезу?

– У него брат есть, – бесцветно сообщил один из ловцов.

– Да? – оживился дознаватель.

– Вряд ли он что-то знает, – поспешил добавить Вей, вспоминая, как этот самый брат скакал на улице с выигрышем в руках. Редкостный болван!

– А что там? – мотнул подбородком в сторону девушки Ван Шуцзе.

– Да что там может быть? – пожал плечами Вей. Ясно же – покойница, но все же отправился к учителю.

А тот был занят странным делом – мотал что-то невидимое на палец, потом на кулак, то отклоняясь назад, то подаваясь вперед, словно вытаскивая из воды рыбу. Крупную такую… упрямую…

Вей судорожно сглотнул, представляя, как эта самая «рыба» вдруг появляется в пещере. Места тут немного. А если кто-то еще начнет бросаться, да хвостом все крушить…

– Помогай, – просипел учитель, роняя капли пота со лба. – Повезло дурехе. Водяной защиту поставил. Та ее душу с телом связала. Только нить совсем тонкая. Того и гляди порвется. Надо обратно тянуть.

Вей мало что понял, но ухватился за руку учителя.

– Я помогу, – проговорил один из мастеров печати, и по нити ушла волна фиолетового пламени.

– Маловато для такой туши будет, – насмешливо проговорил второй, и еще одна волна скользнула по невидимой нити.

Воздух дрогнул. Взорвался жаром.

– Ложись! – крикнул самый догадливый, и Вей рухнул на камни, вжимаясь. По спине словно солнце прокатилось, обжигая. Запахло паленым.

Он успел поднять голову, заметить, как из капелек пламени над девушкой складывается фигура дракона, а потом оседает вниз, растворяясь… Словно впитывается, но так ведь не бывает? И он потряс головой, долбанулся подбородком о камень, зашипел.

– Дочь, говоришь? – спросил старший тяжело, подходя к девушке и нависая.

– Она, может, и дочь, но в первую очередь моя ученица, – мастер Гу поднялся и встал с другой стороны.

– Она дочь заговорщика! – рыкнул дознаватель.

– И моя ученица! Ему не родная. Так что теперь ее фамилия Гу. Я принимаю ее в семью!

– Заговорщицу покрываешь?!

Вей мысленно застонал, закатывая глаза. Начинается… И ради кого спрашивается? Ради вздорной девчонки, которая обманом притворялась мужчиной? И которая водит дружбу с духом?

А перед глазами, не отпуская, стояла картина лежащего на камнях тела.

– Я присмотрю за ней, старший, – поднялся он, вставая рядом с учителем. – Отвезу в глухую деревню. Обещаю, о своем роде она и не вспомнит и больше вас не побеспокоит.

Ван Шуцзе задумчиво пожевал губу, колеблясь. Так-то вся семья заговорщика подлежала казни, но девчонка явно не знала о планах отца. Иначе не стала бы ученицей столь уважаемого мастера. Так что знает она немного, для допроса бесполезна.

– А мне вот интересно, где дракон? – прошелестел один из ловцов, и все дружно глянули на девушку.

– Защита водяного оборвала их связь, – пояснил мастер Гу. – Дух обрел свободу и уже далеко отсюда.

Вей настороженно обозрел окрестности – вдруг гадина не улетела, а прячется за камнями?

– Хорошо, – принял решение старший дознаватель. Ткнул пальцем в Вей. – Под твою ответственность. И, мастер Гу, надеюсь на ваш присмотр. Чэнь Линь Юэ мертва. Вашей же ученице год запрещено покидать деревню и появляться в Фухуа.

Мастер Гу согласно кивнул, а Вей с тоской подумал, что только что взвалил на себя еще один ворох проблем.

Первым звуком, который проник сквозь беспамятство, был плеск воды. Следом подкралась мерзлая сырость – та самая, что бывает на открытой воде. Дрожь сотрясла тело, и я распахнула глаза, окончательно приходя в себя.

Звезды. Множество. Яркие, тусклые, весело подмигивающие, завораживающе близкие и рассыпанные мерцающей пылью в глубокой черноте неба.

И я. Крохотная песчинка в чужом мире.

Все возвращается. Мы снова вместе, только на этот раз вместо поляны – жесткие доски, а вокруг река.

Я подтянула плащ на замерзший нос. Сжалась, пытаясь согреться.

И только через пару минут мозги соизволили включиться в работу и поинтересоваться: «А, собственно, где мы?».

Я приподнялась, растеряно озираясь с видом человека, пытающегося понять, где он: в раю, аду или еще в чистилище?

Я лежала в лодке на заботливо расстеленном плаще, укрытая еще одним. Позади, на корме, черным силуэтом темнел лодочник с веслом.

Первой панической мыслью было: «Это Стикс, а лодкой управляет Харон?» И тут плечо прострелило такой сильной болью, что я со стоном повалилась обратно. Силы кончились.

– Очнулась, ученица? – поинтересовался Харон.

И что-то такое знакомое прозвучало в его вопросе, что стало понятно – Харон отменяется. Стикс тоже. Я все там же, только проблемы, похоже, другие.

Тут память проснулась окончательно, подбросив последние события вечера.

Отец. Ритуал. Дракон. Полет. Столица. И мое эпичное сражение с князем.

Осторожно тронула ноющее правое плечо. Повязка. Значит, не бред и меня действительно ранили.

– А ты живучая. Его высочество лишь зацепил. Так… царапина.

Ну да… Падлы они такие… живучие…

И захотелось этому князю что-нибудь сделать… Членовредительное, а не то, что предлагает дурное сердце. Чтобы не тыкал мечом в дракончиков. Между прочим, милых на вид. Дурных, конечно, но добрых внутри.

Значит, меня спасли…

– Не понимаю, почему рана проявилась, раз связи с драконом больше нет? Но это твои дела и учителя, – мой перевозчик оскорбленно замолчал.

Обиделся, что его не