Магия льда для экспертов - Нинель Мягкова

— Элианна… что она натворила? — дрожащим голосом вопросила Ливелла.

Как дочь министра здравоохранения, Ливелла отлично понимала, что арестовывать девушку только за то, что она замаскировала родинку на лице или синяки под глазами, никто не станет. Значит, госпожа Варрек устроила нечто из ряда вон.

— Пыталась обмануть комиссию, — ровным голосом отозвалась госпожа Химмарс. — Как видите, подобные попытки успехом не увенчаются. Если у кого-то имеются аналогичные намерения, прошу от них отказаться. Еще не поздно выйти из отбора по собственной воле.

Ни одна из кандидаток не шелохнулась.

Даже если их совесть нечиста, выйти по собственной воле, как это предложила распорядительница, не так-то просто. Пятно на репутации самой девицы и ее семьи потом не смыть.

Почему выбыла? Признала себя недостойной? Или же убоялась конкуренции? Возможно, не выдержали нервы — значит, истеричка. Или же семья потребовала отступить — значит, слабы, недостаточно влиятельны, чтобы бороться за трон.

Проиграть, отсеяться по жребию или из-за нелепой ошибки не так страшно, как сознательно отказаться от шанса.

— Ну что ж. Если все чисты помыслами и телом, то прошу проявить немного терпения, — после выразительной паузы продолжила госпожа Химмарс. — Вскоре позовут следующую.

Господин Кьеллар и правда не задержался. Его подручные вывели Элианну, к счастью, одетую, придерживая под локти учтиво, но жестко. Не вырваться. Она и не пыталась — едва переставляла ноги, с трудом осознавая, куда ее ведут и зачем, и чуть покачивалась на каждом шагу.

Однако лицо ее, по сравнению с тем, что я видела недавно, слегка порозовело. Видимо, манипуляции целителей помогли справиться с симптомами недуга. Надолго ли, не знаю, но на душе немного полегчало. Мне не нравилась затея с использованием девушки в качестве живого оружия против принца, тем более когда бедняжку доводят до смерти сознательно ради каких-то политических целей.

Если его величество позволит ей вернуться домой или — ещё лучше — уехать подальше от столицы, то исход можно считать благополучным. Пожалуй, в ссылке Элианне будет безопаснее, чем в кругу родных, учитывая, что они-то ее и отправили во дворец умирать.

Но мои догадки преждевременны: еще неизвестно, каким будет приговор.

Господин Кьеллар с добычей удалился, и на пороге кабинета вновь возник чуть встрепанный, но все еще учтивый целитель.

— Прошу следующую уважаемую претендентку пройти на обследование! — излишне зычно провозгласил он, так что особо слабонервные аж подпрыгнули.

Желающих сразу не нашлось. Пусть девушки ничего дурного не замышляли, но переступать порог кабинета, где только что арестовали их подругу, было страшновато. Пришлось снова перехватывать управление.

— Возможно, по алфавиту? — предложила я, чинно восседая рядом с госпожой Химмарс.

Целитель метнул на меня быстрый взгляд, узнал и кивнул.

— Госпожа Далгард! — недолго думал он, проявив недюжинную память. Весь список, поди, зазубрил перед сегодняшним днем.

Ливелла поднялась и, неуверенно теребя рукав, последовала за лекарем.

Дверь за ними закрылась.

В комнате ожидания наступила напряженная тишина.

Больше никто не шушукался и не хихикал.

Все мысленно перебирали ситуацию с Элианной, гадая, за что ее могли задержать, и примеряя вероятности на себя. Вряд ли кому-то пришло в голову, что девушку сознательно пыталась уморить ради сомнительной цели ее собственная семья, потому версии в умах претенденток бродили самые дикие.

Ливелла прошла проверку куда быстрее, в положенные двадцать минут. Вышла и позвала соседку.

Я поленилась заходить внутрь с каждой кандидаткой, не ожидая дурного. Потому раздавшийся на пятой посетительнице гвалт, который не заглушил даже артефакт тишины, стал для меня полнейшей неожиданностью.

Бегло оглядев оставшихся, поняла, что внутри Аурелия— та самая, которую я собиралась присмотреть в валькирии. И, не спрашивая разрешения госпожи Химмарс, бросилась внутрь.

Суматоха в кабинете после тишины приемной на мгновение меня оглушила. Но самое главное — никто не умирал и не убивал, уже хорошо.

Хотя вид Аурелия имела весьма бледный.

— Что же вы, голубушка, не предупредили, что у вас дар настолько силен! — выговаривал ей целитель, пока помощницы суетились вокруг массивного артефакта.

Диагностический зал оказался отдаленно похож на подвал Рекинсов, отчего у меня неприятно поползли по спине мурашки. Но смертельных опытов никто здесь не ставил, напротив, заботились о здоровье как могли.

Один из приборов — вертикальная капсула во весь рост с датчиками и проводками внутри — дымился и искрил, грозя полыхнуть вовсю. Ассистентки безуспешно ковырялись в проводке, пытаясь отключить его или нейтрализовать проблему.

Я бегло просканировала схему, выявила перегоревший узел и замкнула его.

Дым поредел и пропал.

Помощницы выдохнули с облегчением, решив что справились, и отступили от артефакта, возвращаясь к главной пострадавшей.

— В чем дело? Что опять произошло? — требовательно вопросила я, не заботясь о том, что подумает обо мне лекарь.

Как помощница распорядительницы имею полное право знать.

— У госпожи Эверглен случился магический резонанс. Она тоже целитель, и высокого уровня. Ее следовало проверять с особой осторожностью, но прибор не перенастроили, и вот результат, — целитель сокрушенно указал на сломанный артефакт.

— А с самой госпожой все в порядке? — нетерпеливо уточнила я, хотя и сама видела — обошлось.

Чуть подпалена кожа, покраснела в тех местах, где прикасалась к датчикам, но резерв и каналы в норме. Восстановится за несколько часов даже без заклинаний.

— Конечно, мы ее сейчас в себя приведем — и можно запускать следующую, — отмахнулся целитель.

Я только головой покачала.

Сегодняшняя проверка, в отличие от предыдущих, больше напоминала трагикомедию. То аресты, то несчастные случаи. Надеюсь, больше до вечера ничего не рванет.

Обошлось.

Еду нам принесли прямо в комнату ожидания. Тех кандидаток, которых проверили и одобрили, отвели обратно в покои — отдыхать после потрясений. Остальные сидели как на иголках и мало обращали внимания на перекус. Аппетита ни у кого не было.

Кроме меня.

Подобные мелочи меня расстроить не могли по определению, а восполнить силы — никогда не лишнее. Тем более после проверки я обещала явиться к господину Кьеллару на допрос. Вот дернуло ж за язык пообещать такое!

Безопасник тоже помнил о нашем уговоре, и ближе к вечеру в комнате ожидания появились уже знакомые гвардейцы. На этот раз всего двое.

У дверей кабинета остались только мы с госпожой Химмарс, что подремывала в ожидании результатов проверки последней кандидатки. Но при виде стражей, разумеется, тут же встрепенулась.

— Опять? — выдохнула несчастная в ужасе.

— Не переживайте, это за мной, — похлопала я ее утешающе по плечу и поднялась, обращаясь уже к мужчинам: — За мной же?

— Да, господин Кьеллар просил вас проводить, — склонил голову один из гвардейцев.

Проводить. Не арестовать и доставить.

Немного успокаивает.

Госпожа Химмарс тоже расслабилась, но