Возвращение наследия, или Дипломная работа - София Шпиллер

— Да, успею, — тихо ответила Альма.

В её голосе мне послышалась грусть. Или это лишь игра моего воображения?

С появлением друга спокойная атмосфера рассыпалась в прах. Он то и дело обращался к ней, задавал вопросы, просил совета — явно не ради интерьеров.

А я боролся с желанием выставить его за дверь. В который раз пожалел, что позвал его сюда для восстановления второй половины замка.

И тут меня осенило.

Надо просто быстрее восстановить её. Тогда он уедет. Больше в его присутствии не будет необходимости.

От этой мысли настроение невольно поднялось.

— Ваша светлость, — обратилась ко мне Альма, — посмотрите, что мы выбрали.

— Абсолютно доверяю твоему вкусу, — ответил я, громко захлопнув книгу. — Роджер, можешь заказывать.

— Вы не будете смотреть? — в её голосе прозвучало искреннее недоумение.

— Вечером, — пообещал я. — Ну что, Колин, пойдём посмотрим, на что ты способен.

И подмигнув другу, направился к выходу.

— Не понял, — отозвался он, явно сбитый с толку.

— Сегодня начнём восстанавливать вторую половину замка.

— Но мы не подготовили третий этаж, — вмешалась Альма с явным беспокойством.

— Это подождёт!

— Но мне тоже нужна комната. Я живу в служебном крыле! — донеслось мне вслед.

«Тем более подождёшь», — мысленно усмехнулся я, но сделал вид, что не услышал.

Мы вошли во вторую половину замка — судя по остаткам лепнины и расположению ниш, это была бывшая малая столовая. Помещение выглядело удручающе: последствия удара огненной катапульты не щадили ничего. Верхние помещения над столовой полностью разрушены, потолок отсутствовал, крыша полность обвалилась, в стене зиял огромный проём, открывавшей вид на выжженные поля; посреди комнаты громоздилась груда камней — хаотичное нагромождение обломков, словно застывший взрыв.

— С чего начнём? — спросил друг, оглядываясь с живым любопытством. В его голосе звучало что-то мальчишеское — азарт первооткрывателя, которому дали в руки новую игрушку.

— Думаю, сначала нужно расчистить завал, — ответила Альма, скрестив руки на груди. Она даже не взглянула на него, изучая стены, будто считывала незримые линии прошлого.

— Куда ты хочешь, чтобы я переместил эти камни? Выбросить в проём? — Колин размял пальцы, демонстративно напряг плечо, будто собирался ворочать глыбы голыми руками. Позер.

Раньше его беспечность казалась мне лёгкой и заразительной. Теперь же каждое движение, каждый жест отзывались во мне раздражением — словно кто-то провёл ногтем по стеклу.

— Нет! Ничего не выбрасывай! — Альма резко подняла руку, останавливая его. — Мы будем действовать так же, как и во дворе. Гроссфорт знает, где что должно быть. Я буду направлять тебя.

Она закрыла глаза, сосредоточилась. На мгновение вокруг неё возникло едва заметное сияние — впервые её магия проявилась зримо. Искра откликнулась: свет пробежал по обломкам, очерчивая их прежнюю форму, словно подсвечивая память камня.

— Этот блок — сюда, — указала она. — А тот, с трещиной, поставь левее, он стыкуется с карнизом.

Колин подчинялся беспрекословно. Его магия — резкая, но точная — поднимала камни и аккуратно перемещала их в указанные места. Альма же соединяла фрагменты: её сила словно склеивала время, возвращая каждому элементу его законное место. Они работали слаженно, будто собирали огромный пазл, где каждый кусочек помнил своё предназначение.

Я стоял в стороне, снова чувствуя себя лишним. Наблюдатель. Страж. Тот, кто не участвует, а лишь следит, чтобы никто не пострадал.

К обеду левая стена столовой приобрела очертания — не просто груда камней, а восстановленная часть целого. Линия кладки, орнамент над проёмом, даже оттенок камня — всё возвращалось к изначальному облику.

В этот момент небо затянулось серыми тучами, и первые капли дождя ударили по каменным плитам. Мы решили сделать перерыв.

За обедом Колин, всё ещё под впечатлением от работы, загорелся новой идеей:

— А что, если создать совместное бюро по строительству домов? У нас отличный тандем: я — сила, Альма — видение.

— Только сначала закончите здесь, — буркнул я, не поднимая глаз.

«И ваши отношения желательно тоже», — добавил мысленно, но вслух, естественно, этого не произнёс.

После обеда мы вернулись на «стройку». Когда боковые стены столовой наконец приобрели законченные очертания, стало ясно: несмотря на ощутимый прогресс, впереди ещё много работы. Полы и потолки пока оставались нетронутыми. Альма решила начать с восстановления всех стен на всех этажах — системный подход, благодаря которому потом будет проще собирать межэтажные перекрытия.

Но вскоре работу пришлось прервать — и причина оказалась вовсе не в усталости.

Альма застыла, глядя на проём, где вскоре должны были появиться окна. Её лицо выражало не утомление, а глубокую сосредоточенность — словно она пыталась уловить что-то за пределами видимого. Затем девушка подошла ближе к краю и пристально посмотрела вниз.

— Не могу полностью разглядеть все части стены, — произнесла она тихо, будто разговаривала сама с собой. — Как будто их… нет. Словно там дыры. Я их не чувствую. Когда прилетел снаряд, много блоков упало вниз?

Она обернулась ко мне. В её взгляде читалась не тревога, а напряжённый расчёт.

— Да, — подтвердил я. — Много.

Понимаю что сейчас нам придётся спуститься к основанию скалы.

— Очень много! Какой был обвал! Я еле спас нас! — вмешался Колин, размахивая руками. — А потом поднялся настоящий торнадо! Мне пришлось срочно укрывать наших под землёй.

— Ты у нас герой, — отозвался я с едва заметной иронией.

— Торнадо? — переспросила Альма, снова переводя взгляд на меня. — Ветерок?

Я вспомнил тот миг: обрушившийся на нас поток воздуха, нечеловеческую ярость Гроссфорта, пробудившаяся от удара.

— Думаю, да, — кивнул я.

— Ветерок?! — Колин всплеснул руками. — Это был ураган! Торнадо! Нас всех так раскидало! Даже маги огня бежали, сверкая пятками!

— Так Альма называет магию Гроссфорта, — пояснил я другу. — Она с ним… подружилась.

— А-а-а… — протянул Колин, явно сбитый с толку. — Это как?

— Ветерок — неотъемлемая часть Гроссфорта, — объяснила Альма. — Это как мы: у нас есть тело и душа. Сам замок — это тело, а Ветерок — его дух.

Словно в знак согласия, лёгкий ветер поднялся вокруг неё. Он подхватил зеленые листья, кружа их в нежном танце, и мягко коснулся её волос.

— Он может быть опасен, — насторожился Колин, глядя на меня. — Ты можешь его контролировать?

Не успел я ответить, как Ветерок собрал все листья в плотную кучу — и швырнул их прямо в лицо моему другу.

— Опасен, — хмыкнул я. — Смотри не обижай мой дом… и Альму.

— Да я и не думал, — поспешно отозвался Колин, отряхиваясь.

Я подошёл ближе к Альме и взглянул вниз. Высота — не меньше сотни метров. Отвесная скала, острые выступы, россыпь камней у подножия.

— Ладно, тогда спускаемся, — произнёс я, принимая решение.