Возвращение наследия, или Дипломная работа - София Шпиллер

Кажется, я попал в точку.

— На самом деле, Ваша Светлость, все считали, что у вас с госпожой Альмой роман, — признался он, понизив голос и чуть наклонившись ко мне. — Но я знал, что это не так, и пытался всех разубедить. — Он приложил руку к груди, будто клялся в верности. — Честное слово, пытался!

Видимо, моя забота о ней всё же не осталась незамеченной, о чём так переживала девушка.

— Я не в её вкусе.

— Она вам так сказала? — удивлённо воскликнул он.

— Слышал краем уха, — ответил я, избегая его взгляда.

— Я, конечно, знал, что между вами ничего нет! У вас ведь есть невеста! — выпалил он с таким рвением, что мне захотелось закрыть глаза.

Понятно! Так вот откуда Альма это знает!

— И я, конечно, рассказал об этом всем, чтобы никто не думал о госпоже Альме плохо! — продолжил он с гордостью.

Молодец, Роджер. Просто молодец. Теперь все могли подумать, что Альма стала моей любовницей.

Я сложил руки в замок, оперся на локти, уставившись в одну точку. Мысли крутились, сталкивались, разлетались осколками. Интересно кто ей рассказал? Круг подозреваемых расширился — теперь в нём были все, кто мог что-то увидеть, что-то сказать, что-то додумать.

Мне было важно, чтобы о ней не ходили дурные слухи — она этого не заслуживала. Но теперь всё выглядело так, будто я лишь прикрываю собственные грехи.

В первое мгновение я даже подумал о том, чтобы уволить Роджера. Прямо сейчас.

— Но теперь все поверили, когда увидели, как милорд и госпожа Альма гуляют вместе, — добавил он, будто подливая масла в огонь.

— А что ещё они видели? — спросил я глухо.

Впервые в жизни я собирал сплетни от слуг — и это было противно. Противно до оскомины, до жжения в груди.

— Утром, Его Сиятельство подарил госпоже букет цветов. И вечером тоже… — Роджер замялся, но всё же договорил: — Они долго разговаривали у фонтана.

Я выдохнул, мысленно ругая Колина. Похоже, уже бывшего друга.

Как же не вовремя он появился!

Зря я его позвал. Нужно было оставить вторую часть Гроссфорта без ремонта подольше. Пусть бы стояла в руинах — зато я не чувствовал бы этого острого, царапающего ощущения, будто кто-то чужой трогает то, что принадлежит только мне.

— Ладно, Роджер, держи меня в курсе, если вдруг что-то произойдёт. Свободен, — сказал я, не поднимая глаз.

— Ваша светлость, один момент, — произнёс слуга, почтительно склонив голову. — Вчера вечером из столицы пришли каталоги, и госпожа Альма поручила мне выбрать палитру обоев, новые оттенки тканей для гостевых комнат. Я уже сделал предварительный отбор, но хотел бы получить ваше одобрение.

Я приподнял бровь:

— Разве Альма не собиралась сама заняться этим?

Мой помощник слегка смутился, переступил с ноги на ногу, но быстро взял себя в руки:

— Похоже, она спешила на свидание, Ваша Светлость.

Я нахмурился, обдумывая услышанное. Внутри появился неприятный осадок.

Вчера я сам лично освободил её от дел — хотел дать передышку, а не повод перекладывать свои обязанности на других. Раньше Альма с жаром бралась за любую задачу, её глаза загорались при виде новых возможностей, а в голове была куча идей как здесь всё обустроить. Теперь же…

Неужели её интерес к работе угас с появлением Колина?

— Немедленно позови её сюда! — резко бросил я, едва сдерживая раздражение.

— Хорошо, Ваша Светлость!

Мой помощник поспешно удалился, а я остался сидеть за столом, сжимая пальцами край столешницы.

Завтрак так и остался почти нетронутым. Еда казалась безвкусной, каждый кусок застревал в горле.

Мысли крутились вокруг одного: Колин. Его улыбки, его шутки, его букеты. Как легко он вошёл в нашу жизнь — и как стремительно занял место, которое, как мне казалось, должно было быть только моим.

Прошло около пятнадцати минут, прежде чем дверь кабинета тихо отворилась. Альма вошла без стука — так, как позволяла себе лишь в минуты особой сосредоточенности.

Она выглядела безупречно: строгий коричневый костюм идеально облегал стройную фигуру, волосы собраны в высокий хвост, придавая облику деловую собранность. Но что-то было не так. Что-то неуловимое — и всё же очевидное.

Лёгкий макияж. Едва заметная тушь на ресницах, нежный румянец, блеск на губах. Она никогда не красилась для работы. Никогда.

И я тут же понял: это для него!

АЛЬМА

Я зашла в кабинет, погружённая в свои мысли, и лишь на пороге осознала, что даже не постучалась. Роджер, следовавший за мной, чуть не врезался в мою спину, но успел ловко обогнуть меня и избежать столкновения. Он направился к столу, вежливо спросив у герцога, можно ли убрать приборы. Инар молча кивнул, не сводя с меня пристального взгляда.

Этот взгляд… Он будоражил, заставлял сердце биться чаще. Во мне вспыхнуло чувство дежавю: точно так же я стояла под его прицелом в день, когда отстаивала свой шанс получить работу. Тогда герцог казался раздражённым — и сейчас выглядел не менее напряжённым.

Внезапно раздался глухой стук, и внимание Инара переключилось на Роджера.

— Что такое? — резко спросил он.

— Я случайно что-то уронил, Ваша Светлость, — пробормотал слуга, ставя поднос обратно на стол. Затем он поднял небольшую открытую шкатулку.

— А где кольцо? — голос Инара прозвучал глухо, сдержанно, но в нём угадывалась скрытая тревога.

Роджер принялся осматривать пол, заглядывать под стол. Инар тоже наклонился, пытаясь разглядеть пропажу, но, судя по его сжатым губам и нахмуренным бровям, ничего не нашёл.

Я невольно шагнула ближе, тоже оглядывая пространство у стола. В голове мелькнула мысль: кольцо наверняка предназначалось для принцессы Корнелии. Колин успел рассказать мне о грядущем союзе Инара с королевской семьёй.

Новость тогда оглушила меня. Если раньше образ невесты казался чем-то далёким, почти мифическим, то теперь же…

Теперь я знала её. Слишком хорошо знала.

Каждый год в академии она отравляла мне жизнь. Её постоянные нападки, её презрительные взгляды, её уверенность в том, что я, безродная, не имею права превосходить её в магии. Из-за Корнелии со мной никто не рисковал общаться — никто не хотел навлечь на себя гнев Её Высочества.

Пока я рассеянно осматривала пол, в памяти всплыли её слова: «Ты думаешь, твоё место здесь? Достойна стоять рядом со мной? Ты всегда будешь чужой!».

И вот теперь Инар… Он станет её мужем.

Эта мысль ударила изнутри, словно ледяной осколок. Я резко опустила глаза, боясь, что он заметит в моём взгляде то, что я так старательно прятала.

— А оно точно было? — с сомнением спросил Роджер.

Он возмущённо посмотрел на него и