Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

— Вот, леди, Ваше, — произнёс он, обращаясь ко мне. — Я его вырубил так, что до полудня точно не очнётся, — отчитался он императору.

— Похвально, Диего, — кивнул на его слова Константин и далее обратился уже ко мне: — Вы абсолютно правы, леди. Причина есть… — он горестно вздохнул и покачал головой. — Недавно на южных окраинах империи стало происходить очень много смертей от Чёрного плюща. И его источник, как мы выяснили, находится здесь, в королевстве Гиран.

Меньше всего я ожидала этого. Чёрный плющ — это мощное ядовитое растение, которое при определённой обработке становилось сильным психотропным веществом, вызывающее галлюцинации и моментальное привыкание. Он был дешёвым в производстве из-за частого и бурного цветения этого растения, но даже небольшой перебор по количеству приводил к мучительной и крайне болезненной смерти. Откуда я об этом знаю? Из оригинального романа. Там это упоминалось вскользь, ликвидация всех ферм и «притонов», где распространялось данное вещество, было одним из многочисленных достижений регента Александра.

— При всей моей благосклонности к тебе, мой дорогой, это слишком громкое заявление, — Августина обречённо покачала головой.

— Благодаря леди Амелии, мы теперь знаем, кто всем этим заправляет.

— Мне?.. — я аж застыла на мгновение, пытаясь понять, когда вообще могла дать какую-либо наводку на подобное, но следом вспомнила. — Маркиз Кроу…

— Кроу? О Богиня, этот выскочка⁈ — возмутилась королева. — Ещё его покойный отец не отличался особо чистыми руками, а этот решил дойти до такого⁈

— Боюсь, что так, — император грустно покачал головой.

— Достать чёрную бухгалтерию или свидетелей будет крайне тяжело… — рассуждала вслух я.

— Но это возможно? — спросила Августина, пристально глядя на меня. — Я могу обеспечить деньгами, даже если это будет стоить как столичный особняк.

— Не знаю, — покачала головой я. — Для этого нужно обратиться в теневую информационную гильдию. Если они возьмутся за это дело, то всё будет просто прекрасно. По утру я постараюсь узнать, как попасть к ним или договориться о встрече. Однако, мне кажется, стоит найти информацию на каждого из приближённых Ричарда?..

— Ты права. Если гильдия согласиться, то мы разом их всех уничтожим… — мечтательно-злорадная улыбка расцвела на губах королевы. — И ещё одного паршивца сместим с насиженного места.

— Я так понимаю, вы собираете сместить принца Ричарда с места кронпринца? — внезапно произнесла слегка ошарашенная и молчавшая до этого Карина.

Мы с Августиной переглянулись. Конечно, это был чистой воды заговор, за который нам, в случае обнаружения, светит казнь. Но повторения трагичного сюжета оригинала мне не хотелось, да и желание отомстить никуда не делось.

— Да, это я придумала, — с улыбкой сообщила я, смотря как меняются лица иностранных гостей: Карина испуганно прикрыла рот, Диего усмехнулся, а Константин немного насторожено принялся рассматривать меня, словно видел в первый раз.

— Мы вам поможем, чем сможем, — проговорил он спустя непродолжительное молчание.

— Ваше Величество!.. — начала возмущаться было служанка, но император её чётко и резко прервал:

— Карина, помолчи! Это дело не только королевства, но и нас. Если мы устраним лишь маркиза, на его место придёт другой. Нужно искоренить проблему на корню, пока не стало всё ещё хуже.

— Простите… — пролепетала девушка.

— Что ж… — Августина, тяжело опираясь на свою трость, встала с дивана и мы поспешили встать следом, как бы провожая её. — Вы, молодёжь, отдыхайте, а мне пора отбыть ко сну. Желаю вам всем приятной ночи.

Королева медленно, но величественно вышла из комнаты, грозно постукивая тростью. Согласно этикету, Диего поклонился, а мы с Кариной присели в реверансах. Единственный из нас, кому это не нужно было делать, был император.

— Ах да… Амелия, я отошлю приглашение. Ничего не планируй на седьмой день празднования.

— Как скажете, Ваше Величество.

Едва Августина скрылась за дверью, я поспешила всё же надеть туфли, перед этим тщательно их разглядев. На благо, от драки они не сильно пострадали, если вообще достаточно поношенную обувь можно назвать не пострадавшей. Впрочем, сделали их на совесть, уже не один бал пережили. Пока обувалась, Константин незаметно подошёл ко мне, отчего, подняв взгляд с пола наверх, я немного испугалась.

— Леди, позвольте пригласить Вас на вальс? — произнёс он с излишне довольной, слегка наклонившись ко мне и протягивая раскрытую ладонь. На благо, в перчатках, как и положено.

— Не откажусь, Ваше Величество, — с улыбкой ответила ему я.

* * *

Наше появление аккурат перед тем, как заиграли первые ноты вальса, произвёл эффект разорвавшейся бомбы. Окружающие косились в первую очередь на меня. Ещё бы, пару часов назад была невестой одного, а теперь собралась танцевать вальс с другим. Вальс считался крайне интимным танцем, в котором обычно кружились лишь женатые или помолвленные пары. Дебютанткам вальс был запрещён вовсе, а малознакомая пара вряд ли могла без скандала участвовать в нём. Напряжённый и порой возмущённый шёпот наполнил бы толпу людей, но оркестр очень вовремя начал играть.

Быстрый реверанс и поклон, после прижатые друг к другу тела, и танец захлестнул нас полностью. Музыка проникала в самое сердце вместе с горячими и сильными ладонями Константина, расположившимися на моей спине и слегка сжимающие ладонь. От многочисленных поворотов слегка кружилась голова, но, смотря на его весёлые, по-юношески искрящиеся глаза, я начала понимать, почему вальс считался столь интимным. Мы были катастрофически близко. Даже ближе, чем тогда, в таверне.

Императора приподнял меня на полусогнутых руках так легко, словно ничего не весила. Мне было легко и весело, словно поднимая меня, он сбрасывал весь тянущий к земле груз и давал взлететь. Слегка растрепавшиеся волосы немного прикрыли нас от окружающих, и на миг я снова пересеклась с ним взглядом. И я поплыла… Столько раз смотрела на него, в его глаза, но почему-то именно сейчас поплыла как юная дебютантка, едва познающая первую любовь. Предательское сердце принялось бешено стучать, а дыхание будто остановилось на миг. «Не влюбляйся! Не влюбляйся! Не влюбляйся, дура!» — орал ошарашенный мозг, желающий предотвратить катастрофу. А внешне я лишь улыбалась, продолжая отплясывать и пытаясь не выдать творящуюся в голове и