Один неверный шаг - Оливия Хейл

— Хорошо. Отличная работа, — говорит он. — Если выполнила номер семнадцать, не рассказывай об этом. Я никогда не смогу смотреть на гостевую спальню в прежнем свете.

Смешок вырывается, но я не могу смотреть на него.

— Все еще неловко, что ты это видел.

Секс втроем, который я импульсивно внесла в список.

— Не думаю, что «неловко» — это то слово, которое я бы использовал, — бормочет он. Нейт делает долгий глоток напитка, его глаза задумчивы. — Двое мужчин? Мужчина и женщина? — его бровь приподнимается. — Или две женщины?

Я оглядываюсь через плечо.

— Мы не можем обсуждать это здесь.

— Почему нет? — спрашивает он. — Это вечеринка, разве нет?

— Это не такая вечеринка, — но затем я оглядываюсь — на красивых людей в элегантных платьях и костюмах. Впитываю напевную музыку, играющую из скрытых колонок. Изучаю изобильный бар. — Подожди. Это же не так, верно?

Он фыркает.

— Ты думаешь, я бы устроил оргию и пригласил тебя?

— Ты бы устроил оргию и не пригласил меня?

— Если бы я это сделал, — говорит он спокойно, словно это не самый глупый разговор, который когда-либо был, — я бы предупредил тебя заранее. А теперь признавайся, — он наклоняется ближе, встречаясь со мной взглядом. — Какой именно тройничок ты хочешь?

— Нейт!

— Что? Хочешь, чтобы я начал первым?

Мои глаза вспыхивают.

— Ты хочешь секс втроем?

— Я пробовал, — слова слетают с его языка так небрежно, плавно, а глаза не отрываются от моих. Словно это совершенно нормальная вещь.

— Пробовал, — выдыхаю я. — Какой вид?

— Я расскажу о своем, если ты расскажешь о своем.

— Это нечестно.

— Это совершенно честно, — говорит он. — Тебе просто это не нравится.

Это заставляет меня ухмыльнуться.

— Я пыталась создать ложное впечатление.

— Хорошая попытка, но я в них мастер, — заявляет он. Глаза ненадолго опускаются к моим губам, затем ускользают прочь.

— Значит, этим ты сегодня занимаешься? — спрашиваю я. — Создаешь ложное впечатление?

Его блуждающий взгляд замирает на мгновение. Но затем Нейт смотрит на меня и коротко улыбается.

— Есть скрытый мотив для проведения этой вечеринки.

— Скажи, какой, чтобы я могла помочь.

— Хотел бы я, Харп.

— В чем дело?

— Несколько из приглашенных людей важнее других, вот и все.

Я подхожу ближе, наши плечи соприкасаются... и оглядываю толпу. Окидываю их всех быстрым взглядом.

— Кто?

— Их невозможно описать.

— Почему?

— Потому что они все на одно лицо, — сухо говорит он.

Взгляд цепляется за группу женщин, стоящих у обеденного стола. Они все выглядят красивыми, но довольно похожими друг на друга, действительно. Платья, каблуки, уложенные волосы.

— Понятно, — уголки моих губ опускаются. Может, на этот раз позволит помочь? Здесь более простая обстановка, менее рискованная, проще представиться. — Ты в ком-то конкретно заинтересован?

— Что? — Нейт поворачивается, прослеживает направление моего взгляда. Раздается тихий вздох, когда видит, куда я смотрю. — А. Ты все еще полна решимости быть свахой.

— Разве не это ты имел в виду? — спрашиваю я.

Его глаза сужаются.

— Хочешь, чтобы я вернул должок? Здесь полно завидных женихов. Одиноких. Со стабильной работой. Свободных.

Я делаю долгий, медленный глоток своего напитка. Это ужасная идея. Я еще не готова ходить на свидания... но хочется быть дикой, выпить больше, чем следует, и принять новую себя.

Принимать плохие решения еще никогда не казалось таким веселым.

— По рукам, — говорю я.

— По рукам, — бормочет он, голос совсем рядом с моим ухом. — Пусть победит сильнейший.

17. Нейт

Харпер заставляет мое сердце замереть, когда спускается по лестнице.

Она делает это регулярно, но такими способами, к которым я уже привык — это скорее похоже на уколы боли, чем на прямой удар под дых. И сегодняшний вечер стал именно таким. Совсем как в тот первый раз, когда увидел ее в университетском баре: она сидела одна, но не выглядела одинокой, и смотрела по сторонам так, словно анализировала окружающих.

Она спускается по ступеням в облегающем платье в пол, и непослушные кудри рассыпаются по плечам. На губах мягкая улыбка, а в глазах — мечтательное выражение, пока обводит взглядом гостиную.

На кратчайшее мгновение кажется, будто спускается сверху — с нашего верхнего этажа — на вечеринку. Хозяйка при хозяине.

Я делаю еще один глубокий глоток «Негрони». Он уже третий, и стоит притормозить. Это не такая вечеринка, какие я закатывал когда-то. С друзьями, покером и единственной целью — нарезаться в хлам и ржать до упаду. У этой вечеринки есть цель.

И то, что Харпер ищет мне пару, в эту цель не входило.

И уж точно, черт возьми, целью не был поиск пары для нее самой.

Но вот он я: завороженный блеском ее глаз и дразнящими нотками в голосе, все равно делаю это. Ощущение, будто это какой-то повторяющийся сценарий.

В другом конце комнаты я замечаю, как она разговаривает с брюнеткой, стоящей у камина. Обе улыбаются. Осторожно и нерешительно в духе «привет-мы-только-что-познакомились».

Я отворачиваюсь. Разминаю шею и пытаюсь найти человека, ради которого, собственно, и затеял весь этот балаган. Здесь полно знакомых, да, есть и несколько друзей. Но есть один человек, с которым жизненно необходимо наладить контакт. Мадс Кнудсен.

Я замечаю его в саду, курящим. Сигарета небрежно зажата между пальцами, взгляд полностью прикован к молодому человеку, с которым беседует. Где-то здесь должна быть и любовница, ставшая второй женой. Потребовалось немало усилий, чтобы им отправили приглашение; и еще больше — чтобы его приняли.

Я допиваю «Негрони» и выхожу на задний двор. Кнудсен — мажоритарный акционер одной из крупнейших энергетических компаний Северной Европы, и это та доля, которую брат хочет заполучить. Это дало бы нам отличную инфраструктуру и корпоративный плацдарм для будущей экспансии «Контрон» в регионе.

Проблема в том, что этот человек не хочет ничего продавать.

Люди с большими деньгами делятся на два лагеря. Те, кому не нужно ничего, кроме еще больших денег в бесконечном цикле жадности. С ними легко работать.

Но есть и богачи, которых нельзя купить одними деньгами. Их нужно умасливать впечатлениями, обещаниями, статусом. Вещами, которые не могут просто так получить с помощью безлимитных кредиток.

Игра вдолгую, вот что это такое.

Кнудсен приветствует меня, когда подхожу. Представляет мужчине, с которым разговаривал — тот лет на десять моложе меня. Парень симпатичный в стиле «преппи»: с волосами, зачесанными набок, и гладко выбритым лицом. Я хорошо знаю этот типаж. Когда-то давно и сам был таким.

До того, как пришел в «Контрон» и постарел на десять лет.

Я ненавижу этого