Английская жена - Эдриенн Чинн

Он оглянулся на Софи. Все бессмысленно. Завтра она уезжает. Сядет в самолет до Нью-Йорка, и на этом все закончится. Она вернется к своей жизни в большом городе. Ну и хорошо. Ну и правильно. Вот так, хоп – и вуаля! Раз-раз – и готово.

Глава 32

Норидж, Англия, 16 сентября 1942 года

Из темноты выступила чья-то фигура.

– Элли Мэй?

– Томас.

Он заключил ее в объятия, она вся отдалась поцелую. Открыв глаза, провела пальцем по его лицу, очерченному нетвердым лунным светом.

– Не могу поверить, Томас, что ты завтра уезжаешь.

– Знаю, девонька моя. – Он разглядывал Элли Мэй, пытаясь уловить и зафиксировать в памяти ее лицо до мельчайшей детали. Чуть вздернутый кончик носа, сияющие глаза, светлые брови, решительный подбородок. О, Элли Мэй, какой же я счастливчик, что у меня есть ты!

– Я не могу задерживаться, Томас. Дотти испекла торт к моему дню рождения.

– Иисусе правый, а я и забыл, что у тебя день рождения, и позвал на свидание.

– Не волнуйся. – Элли покачала головой. – Мне вообще не до праздника. Дотти… она пригласила Джорджа.

– Пригласила Джорджа? Вот негодница!

– Но он мой друг.

– Ты можешь думать так сколько угодно, девонька. Он согласился прийти?

– Конечно, согласился. Хотя я его не видела с тех самых танцев в «Самсоне» на День святого Патрика.

Томас сунул руку в карман и вынул оттуда маленький бархатный футляр.

– У меня тоже есть для тебя кое-что, Элли Мэй. Не знаю, сочтешь ли ты это подарком на свой день рождения, но я просто хочу, чтобы ты меня не забывала.

– Томас, я всегда помню о тебе.

Разомкнув объятия, он опустился на одно колено, открыл темно-синий футляр и протянул ей кольцо. Большой квадратный камень, поймав лунный свет, сверкнул в полумраке средневековой башни.

– Я же обещал тебе, что найду самое красивое кольцо в Англии? А обещания я всегда сдерживаю.

Элли расплылась в улыбке.

– Да, я помню, ты обещал.

– Элли Мэй Берджесс, окажи честь, стань моей женой и сделай меня самым счастливым человеком на свете!

– О, Томас, да! Да!

Он взял ее левую руку и надел на безымянный палец кольцо.

– Точно в пору. Оно как будто сделано для тебя, Элли Мэй. – Томас посмотрел ей в лицо, освещенное мягким серебряным светом луны, и вдруг заморгал часто-часто, прижав пальцы к глазам.

– Томас Парсонс, ты что, плачешь?

Он улыбнулся.

– И совершенно не стыжусь этого. – А потом Томас поцеловал ее ладонь. – Как же мне несказанно повезло! Ты просто ангел, девонька моя, просто ангел.

Глава 33

Типпи-Тикл, 16 сентября 2001 года

Сэм уверенно вел катер мимо серых утесов, упирающихся вершинами в самое небо. Вокруг в поисках корма летали, гогоча, свистя и покрякивая, морские птицы.

Километрах в десяти от катера появился маяк с белым домом, спокойно стоящим на самом неспокойном мысе посреди бушующего океана. Оставив Элли и Флори играть в криббидж, Софи прошла на капитанский мостик к Сэму и Бекке.

– Ты что-то узнала по тому номеру, что я тебе дал? – спросил Сэм. – Когда твой рейс?

– Пока неясно. Осталось всего несколько самолетов, и один из них мой. Я хотела сесть на какой-нибудь другой рейс до Нью-Йорка, но не получилось. Надо лететь на том же рейсе, на котором прилетела сюда. – Софи покачала головой. – Я должна пройти это собеседование во вторник утром, иначе придется возвращаться в Лондон, поджав хвост.

– В большой город, которому ты принадлежишь.

– В смысле? Я принадлежу не только большому городу. Я вполне могу жить где-то еще. Ребенком я много времени проводила в небольшой деревушке в Норфолке. – Вскинув голову, она посмотрела на океан и добавила: – Да я и здесь вполне могла бы жить при желании. Правда, моя жизнь стала бы совершенно другой, но это было бы возможно.

Откуда Сэм мог знать, что, сидя на каменной скамейке под старой елью и любуясь старой церковью со шпилем, океаном и прибрежными утесами, она представляла, будто живет тут, в домике на самом берегу, рисует картины и тем самым зарабатывает себе на жизнь. А в свободное время собирает ягоды с Флори и Беккой на секретных полянах. И время от времени проектирует дома. Она больше не носит дизайнерские костюмы. Фантастика, конечно, но вполне может быть. Почему бы и не помечтать.

– В одежде Элли, принцесса Грейс, ты сойдешь за одну из нас, – усмехнулся Сэм, – но все равно в душе останешься бизнесвумен. Я видел, как ты утром проверяла свой телефон.

– Проверять сообщения по утрам – обычное дело. Я смотрела, не нужно ли кому-то перезвонить.

– И за ужином тоже?

– В Лондоне у меня осталось много дел.

– Конечно. Но ты со своими делами рискуешь пропустить нечто важное.

– Что может быть важнее работы?

– Жизнь, принцесса Грейс.

– И это говорит человек, который сам отказался от всего.

Сэм присвистнул:

– Хочешь меня обидеть?

Элли подошла к ним и обняла Сэма.

– Какой прекрасный подарок на день рождения. Так мило, что твой клиент позволил прокатиться сегодня на своем катере.

Сэм рассмеялся и обнял Элли.

– Думаешь, я ему сообщил об этом?

– Хочешь сказать, он не знает о нашей прогулке?

– Нет, он знает, что мы должны обкатать катер после ремонта, проверить его на воде. Собственно, этого достаточно.

Софи поднесла бинокль к глазам и поискала китовьи фонтаны.

– А Эммет не захотел присоединиться к нам?

– Нет, – ответила Элли, доставая из холодильника две бутылки колы. – Он все еще переживает из-за того, что случилось вчера. Ему нужно время прийти в себя.

Софи убрала бинокль.

– Мне кажется, я должна извиниться перед ним.

– За что, Софи?

– Я… я спросила Флори, можно ли ему доверять. Прости, пожалуйста, тетя Элли. Столько разных историй…

– Ох, Софи! Эмми совсем не такой! Он мой сын. Как ты вообще могла такое подумать?

Софи почувствовала, как кровь приливает к щекам.

– Конечно, тетя Элли, конечно. Он твой сын. Прости меня. Я зашла слишком далеко.

Бекка похлопала Софи по руке и начала что-то быстро-быстро рассказывать жестами. Впереди по курсу, прямо у подножия маяка, в серо-голубых волнах мелькнула блестящая серая спина кита.

– Боже мой, это же кит!

– Кит, – кивнул Сэм. – Горбач. Хочет увести нас в бухту под маяком.

Фонтаны воды взлетали, оставляя на поверхности волны и растворяясь в легком тумане.

Бекка запрыгала, глядя на них, а потом обхватила себя правой рукой, подняла мизинец и помахала вверх-вниз левой.

– Что ты говоришь, Бекка? – жестами спросила ее Софи.

– Она говорит, что мы видим